2 дня назад
Читать 18K
Можно сказать, что сформировались три группы неформального влияния. Они представляют собой своего рода политический и экономический клан, ищущий альтернативные пути выхода из нынешнего кризиса. Каждая группа имеет значительное влияние, значительные экономические возможности, понимает свое положение и имеет собственное руководство.
Их представляют Сергей Собянин, мэр Москвы, и следующие за ним бизнесмены и бюрократы. Собянин пытается сохранить свою репутацию и избежать войны. Он делал заявления в поддержку спецоперации, чтобы не вызвать подозрений Кремля, но не с энтузиазмом: он был одним из последних, кому запретили въезд в Европу, потому что его чуть не сфотографировали с Z. Одним словом, маневренность.
Желание Собянина стать президентом не скрывалось ни от кого, включая Путина, отношения которого с мэром Москвы ухудшились. Собянин, который не является близким соратником главы государства, вызвал беспокойство в Кремле, и службы безопасности, очевидно, ожидают приказа о возбуждении уголовного дела против его заместителя. Собянин, безусловно, понимает, что его политические ресурсы постепенно иссякают, но он явно не спешит действовать, потому что второго шанса у него не будет. Перед нами пример Бориса Ельцина, который также переехал в Москву в конце 1980-х годов, резко критиковал федеральное правительство и был обижен, но в итоге занял свое место в Кремле на волне народного протеста.
Собянина поддерживает так называемое либеральное крыло режима и огромные финансовые ресурсы. По неофициальным данным, довоенный бюджет Москвы сопоставим с бюджетом Министерства обороны. Однако самой большой проблемой для мэра является почти полное отсутствие энергетических ресурсов.
Другой кандидат на предварительных выборах - это, конечно же, "Чико" из Автомобильной и Финансово-сервисной компаний. Нынешний министр обороны - один из самых опытных российских политиков. Он много лет проработал в московской областной администрации и МЧС, организовывал боевые подразделения в качестве армейского офицера. цайцу амбициозен и честолюбив. Его родной город Тенва, например, является местом преувеличенного культа личности.
Однако очевидно, что министр обороны достиг верхнего предела своей карьеры и ему больше некуда идти. Путин опасается Сиги, рейтинг популярности которого явно выше, чем у других министров. Он, конечно, не собирается становиться премьер-министром и не рассматривается в качестве преемника. Вместо этого он пытается ограничить влияние Сиги путем усиления политической роли начальника Генерального штаба Герасимова, который выступает против обороны. Благодаря огромному оборонному бюджету, личному вниманию генералов и военным частям, находящимся под его командованием, начальник Генерального штаба Сегер является самым могущественным военачальником в стране.
В последние годы Сига был осторожен и последователен в назначениях на правительственные и губернаторские должности. Министерство обороны, с другой стороны, критикует службы безопасности, подчеркивая, что они коррумпированы. Она также вступила в конфликт с частными наемниками Путина под руководством Евгения Пригожина, известного как "кремлевский повар". Близкое доверенное лицо Путина Шайгу резко критиковал провал программы спецопераций в Украине и низкий характер министра обороны. В данном случае его, вероятно, расстроило то, что бизнесмены назвали министра обрывистым маршалом, и он принял решительные меры.
Затем появилась третья сила, возглавляемая Мишустиным, нынешним главой правительства. Мишустин пришел из налоговой службы, и правительство поставило перед ним задачу упорядочить и рационализировать деятельность. Будучи самым молодым премьер-министром во время войны, он теперь должен оплачивать раздутый военный бюджет, вводить беспрецедентные санкции, исправлять экономическое неравенство и разжигать природный кризис.
Более того, необходимость мотивировать и убедить других экономистов взглянуть в лицо реальности без предупреждения о войне до сих пор не входила в расчеты. Естественно, бюрократы и бизнесмены, недовольные сложившейся ситуацией, собираются вокруг Мешустера. Согласно конституции, он является вторым по значимости бюрократом в иерархии Российской Федерации. Если бы Путин внезапно исчез, Мешустин автоматически стал бы исполняющим обязанности президента или даже главнокомандующим вооруженными силами.
Хотя это важная карта в аппаратной игре, она также является самой большой слабостью Мишштейна, и разведывательное сообщество параноидально настроено по этому поводу.