Графиня удобно устроилась, в знак приветствия просто кивнула графу Борху. Тот улыбнулся.
- Вы очень расслаблены. – Сказал он. – И я могу сделать вывод, что все прошло удачно.
- Однако, причин для радости я не вижу. – Ответила на это юная графиня. – Я помирила двух баронов.
- О! Мир между ними теперь невозможен. – Уверил граф Борх.
- Не понимаю…
- Да… нужно было раньше вам объяснить. На самом деле ситуация барона Шпилевского начала напоминать ситуацию вашего ненавистного вам супруга. Вы удивлены?
- Немного. Но продолжаю не понимать.
- Брак баронов Шпилевских отличается от вашего. Вас заставили. Они же сами стремились к этому. Брак по любви. Столь редкий среди двора. Именно поэтому барон бережно оберегает свою супругу.
- Двор полон сплетен. Нужно быть более сдержанным и не стреляется из-за каждого слова.
- Верно. Но все не так просто. У баронов до сих пор нет ребенка. Ни одного. Согласно сплетням, и в них есть истинна, баронесса Шпилевская потеряла дитя, коего носила. Зимние балы коварны. После бала она разболелась и просто чудо, что она до сих пор с нами. Но дитя, что она носила, сберечь не удалось.
- Это печально.
- Не столь печально, как то, что начало происходить после. Появился слух. Баронесса нездорова. Никого это не удивило. Вызывало сочувствие и поддержку. Прошло время. Баронесса оправилась. И стали говорить другое. Говорили, что каждую ночь супруги проводят вместе. Но время идет, а дитя нет. И тут кто-то задался вопросом, то ли уж графиня так больна, а может дело в бароне? Этот вопрос появился совсем недавно. Ведь баронесса румяна и бодра. И не похожа на больную. И честь барона, его достоинство было задето.
- Получается, барон на дуэли защищал свою честь, а не честь супруги.
- Он защищал честь своей семьи. Ведь подобные слухи и сплетни вредят. Вашему супругу повредили. С ним не хотели иметь дело, так как любые сделки рассматривались как краткосрочные. Ведь случись что, наследство графа достанется неизвестно кому, да возможно, и не одному человеку. Никто не захотел рисковать.
- Но теперь у него есть сын.
- Теперь это мало что меняет. Все уже привыкли к такому положению дел. Но возвращаясь к двум баронам, Шпилевскому и Тишкину, дружба меж ними невозможна. Барон Шпилевский точно знает, что это барон и баронесса Тишкины пустили слух. Сначала про его жену, а после и про него.
- Остается один вопрос – зачем они это сделали?
- Причин много. Какая на первом месте, решайте сами. Зависть. Зависть к браку по любви, которого у них нет, зависть к той нежности с которой бароны Шпилевские относятся друг к другу. Зависть к их положению, которого у баронов Тишкиных нет. Жадность. Жадность до власти. Жадность до денег. Жадность к влиянию. – Барон замолчал и усмехнулся. – Я сказал много причин. Но, как видите, их мало.
- Полагаю все это связанно так, что не разорвать.
- Черноту чужой души не познать другому. – Сказал граф. – От вас же избавились по той же причине. Я помню, какой вы прибыли. Молодая, прекрасная, звонкая! И, главное, утонченная и умная. Вот от тебя и избавились. Да еще и в такие руки, из которых ты не должна была выбраться.
- Константин Модестович, что же теперь делать?
- Поставить их на место. Это, конечно, будет временно. Но Тишкина не пикнет в ответ. И вам добавится весу. Главное, не перегните.
Графиня улыбнулась.
- Вы его очаровали? – Спросил граф.
- Легко очаровать того, кто готов очаровываться. – Спокойно ответила графиня. – Но он болен. Если не оправится к охоте? Как быть мне?
- Все будет хорошо. Не переживайте. На охоту он попадет, через боль прибудет и будет улыбаться. А я его немного так же расшевелю в отношении вас.
Некоторое время ехали молча.
- Почему вы не женились? – Спросила Катерина.
- Брак – это похуже лотереи. И пока я не готов в нее сыграть.
Катерина ничего не ответила. Только горько улыбнулась.
- Когда она будет готова, вы пригласите меня посмотреть? – Спросил Константин Модестович.
Юная графиня удивленно посмотрела на графа. А после немного наклонилась вперед.
- Вы хотите взглянуть на горгулью? – Спросила она тихо.
- Да. Хочу.
- Тогда несомненно я приглашу вас. Я уже вас пригласила. – Ответила она и откинулась она.
Граф кивнул.
Вскоре экипаж остановился.
- Вы отправитесь дальше. Я приеду отдельно от вас, что бы не порождать излишних сплетен. – Сказал граф. – Пусть ваш казачок иногда заглядывает ко мне. он шустрый малый.
- Могу ли попросить я вас еще об одном?
- Конечно.
- Не могли бы вы проследить за отъездом скульптора. Я хотела бы быть уверенна, что он действительно окончит все свои дела тут и уедет, не оставив долгов.
- Я отправил человека, который будет за ним наблюдать. С ним все будет в порядке.
- Благодарю вас. – Тихо сказала юная графиня.
Барон слегка поклонился и вышел из кареты. Катерина посмотрела ему вслед. Граф быстро сел в ожидающую его карету, но та осталась стоять. А вот ее карета двинулась дальше.
«Придет время мне расплатиться за оказанную помощь», - подумала Катерина. – «Но я не буду думать об этом»
Юная графиня быстро переоделась в другое платье. А после поспешила на службу. Время нельзя было терять. Сплетни распространялись быстро, и, если дойдут до ушей императрицы или до Шешковского, то ничего нельзя будет уже остановить. Действовать нужно на опережение.
Она вплыла в комнаты, словно и вовсе не спешила. И сразу отметила, что тут находится Обер-гофмейстрина Викулина Пелагея Ивановна, да и баронесса Тишкина, как и другие были тут. Судя по всему императрица была в своих комнатах, раз статс-дамы собрались тут.
«Это мне даже на руку» - подумала Катерина. – «Все складывается мне на руку»
Катерина поприветствовала присутствующих. А после обратилась к Обер-гофмейстрина Викулиной.
- Пелагея Ивановна, есть дело к вам. Мне нужен ваш совет в том, как поступить. – Обратилась Катерина.
- Конечно же я помогу гофмейстрине. – Натянуто улыбнулась Обер-гофмейстрина. Катерина знала, что ее назначение не по нраву Викулиной. И той достаточно малейшего повода для того, что бы осадить юную графиню.
- По дворцу пронеслись неприятные слухи, в которых была замешана и находящаяся в моем подчинении статс-дама. – Сказала Катерина. – Речь шла о дуэли. И причастности жен дуэлянтов к поводу дуэли. Я не стала раздумывать и воспользовалась тем, что нахожусь в добрых отношениях с обоими дуэлянтами и нанесла визиты в дома обоих.
- О! Вы про эти слухи? – Спросила Обер-гофмейстрина. Она поерзала на месте и осуждающе посмотрела на баронессу Тишкину, которая стала бледнее полотна.
- Верно. Я о них. Но меня ждало приятное удивление. После конечно же, постигло некое разочарование… но речь не о том. И барон Шпилевский и барон Тишкин сильно простужены. И по этой причине находятся дома.
- Отчего же они заболели летом? – Спросила статс-дама Панина.
- Про этот случай слышали, верно каждый. После одного из вечеров, которые друзья бароны провели в веселье и после вместе отправились домой. И свалились в реку. Их выловили их слуги, благодаря чему им и удалось скрыться. Но итоге оказался печален. Оба болеют.
По комнате послышались смешки, а после начался подниматься шепот.
- Вы правильно сделали, что пресекли подобные сплетни, которые, несомненно, могли бы навредить чести двух семей. – Сказала Обер-гофмейстрина. – Всем известно, что барон Тишкин и барон Шпилевский добрые друзья. Но вы хотели спросить совет?
- Верно. За здоровьем барона Шпилевского и за его лечением следит его супруга. Барон Тишкин находится в более печальном положении. Он просил отпустить его супругу к нему. И как быть я не знаю.
Обер-гофмейстрина улыбнулась.
- Императрица может только отпустить. Конечно, мы подобное порекомендуем.
- Благодарю вас, Ваше Высокопревосходительство! – Сделала реверанс Катерина.
- Графиня Офольская, я благодарю вас за оказанное доверие и за то, что вы во всем разобрались! – Сказала баронесса Тишкина.
- Я очень сомневаюсь в искренности вашей благодарности. Хотя, возможно, это просто глупость. – Сказала Катерина. – К гофмейстрине принято обращаться «Ваше Высокопревосходительство. Вы же постоянно пытаетесь меня принизить. Но, не важно. Этим вы показываете свою глупость и склочность своей натуры. Однако, я бы хотела обратить ваше внимание на другое. То, что вы с вашим супругом оказались в центре подобных сплетен – виновны вы сами. Вы начали распускать сплетни про баронессу Шпилевскую. Пустили слух однажды, проявили непрошенное сочувствие, рассказывая то, что вас не касается и сейчас могли лишиться всего. Надеюсь, это послужит вам уроком.
Баронесса растеряно смотрела на графиню Офольскую, после на всех других. Никто и слова не замолвил за баронессу.
- Обер-гофмейстрина, разве можно позволить кому-то говорить подобное? – Спросила баронесса.
- Статс-дама Тишкина, вы проявили неуважение к гофмейстрине. И сделали это явно умышленно. Но самое противное в том, что гофмейстрина Офольская помогла вам, спасла вас. И ваш поступок, ваше отношение становится еще более ужасным. – Сказала Обер-гофмейстрина Викулина. – Гофмейстрина Офольская, статс-дама Тишкина больше не находится в вашем подчинении. На ее место утвердят другу. Статс-дама Тишкина, отправляйтесь к супругу и ухаживайте за ним. Мы вновь пригласим вас, когда придет время.
- Только императрица может отослать меня. – Вскинула голову баронесса Тишкина.
- Раз вы желаете услышать это от императрицы, то пусть так и будет. – Сказала Обер-гофмейстрина. - Теперь отправляйтесь в свою комнату и ждите решение императрицы.
Баронесса Тишкина сделала реверанс и быстро вышла из комнаты. Хотя, графиня Офольская не сомневалась в том, что оказавшись за дверью, она побежала.
В итоге, баронесса Тишкина была отправлена к мужу решением императрицы. Когда уже императрица отправилась спать, гофмейстрина закрыла на ключ комнаты, что были под ее контролем.
Ее ожидала Обер-гофмейстрина Викулина.
- Больше так не делайте. – Сказала она Катерине.
- Вы про баронессу или про визит к баронам?
- И про то, и про другое.
- Простите, но ждать, когда разберутся… их репутация была бы испорчена. И далеко не факт, что они бы восстановили свою честь. А баронессу Тишкину давно нужно было поставить на место.
Викулина усмехнулась.
- И все же… столь прилюдное унижение…
- Она прилюдно унизила меня. Не в первый раз. Полагаю, я имела права на маленькую месть. Но я обещаю, что подобное не повторится. Склочность не в моей натуре.
- Посмотрим. Время покажет что в вашей натуре. – Ответила Викулина. – Вам покровительствует барон Борх. До этого покровительствовали другие. Как быстро все вокруг вас меняется.
Сказав это, Обер-гофмейстрина ушла.
«Действительно быстро. Спокойствие мне только сниться» - подумала Катерина.
Когда она подошла к своей комнате, то увидела, что сонный Василек прислонился к сенной девке Анне и полудрёма, стоя на ногах.
- Вас ожидает статс-дама Панина. Велела нам выйти. – Сказала тихо сенная девка.
- В комнату. – Коротко сказала Катерина.
Она сама зашла в комнату, Василек и сенная девка последовали за ней. Панина Татьяна Петровна встала.
- Василёк, ложись спать. – Продолжила отдавать указания Катерина. – Анна, принеси воды умыться.
- Все готово! – Сказала сенная девка.
- Татьяна Петровна, я удивлена вашему визиту. – Обратила внимание Катерина на гостью. – Однако еще больше я удивлена вашей наглости.
- Вы сегодня вошли во вкус, щипая всех. – Заметила статс-дама Панина.
- Вы пришли ко мне в комнаты и отдаете тут команды. На каком основании? – Спросила Катерина.
- Это всего лишь выделенные вам комнаты по воле императрицы…
- Но они мои. Не смейте больше так делать или усомнюсь в ваших добрых намерениях. – Сказала Катерина.
Панина задумалась. А после улыбнулась.
- Верно говорите, графиня. – Сказала она. – Я перегнула. Я не должна была так поступать. Не будем ссорится.
Катерина кивнула.
- Вы добились того, о чем мечтали многие. Баронесса покинула двор! Я вас поздравляю! Право, я сразу разозлилась, когда узнала, что вы ее спасаете, но вы придумали все очень хорошо. Теперь можно забыть про Тишкину!
- Это действительно славно. – Сказала Катерина. – Простите, но уже поздно и наступило время для отдыха. К тому же, вы знаете, что императрица не обрадуется, если узнает, что мы беседовали допоздна.
- Верно. Приятных вам снов, графиня.
- И вам.
Когда дверь за Паниной закрылась, Катерина стала раздеваться.
«Вот же глупая», - подумала она. – «Тишкина вернется. И очень скоро. А Панина уже празднует победу. С такими союзниками и враги не нужны»
- Вот вода. – Сенная девка поставила таз и стояла с кувшинов в руках.
- Когда меня нет, кто бы не пришел, он не имеет права вас отсюда выгонять. Это мой строгий наказ. А что бы такого не случилось, лучше никого и в комнату не впускайте. – Отдала приказ Катерина.
- Да, сударыня. Так и будем делать теперь.
Катерина умылась и легла в постель.
Она быстро и легко заснула.
Не знала она, что баронесса Тишкина, по приезду к мужу поссорилась с ним. Та рассказала супругу о том, как унизила ее графиня Офольская, а барон Тишкин жену же и отругал бранными словами. Он просто не понимал, как можно быть такой глупой. Графиня спасла их, а в ответ, его жена наплевала на нее. Баронесса вся в слезах уснула в тот день, отвергнутая всеми.