Завершение.
- Здравствуй, мама – тихо произнёс Олег.
Валентина Петровна лежала в отдельной, платной палате, сын ещё по телефону распорядился об этом. Он был бы хотел увезти маму в лучшую областную больницу, но не было необходимости в этом.
После обхода врачей, уколов и других процедур она задремала, ей показалось на несколько минут, но она проспала час. Открыв глаза, она увидела сына, он сидел рядом, терпеливо ждал, держал её за руку. Он очень изменился. Повзрослел, возмужал или просто поправился немного, пока она не понимала.
- Здравствуй, Олег как ты быстро приехал. Где Наташа?
- Она уехала, ей в школу надо, Данил опять что-то натворил.
- Он и будет творить! Отца ведь нет – ей хотелось посильнее уколоть сына.
- Знаю, я виноват… перед ним, перед Наташей, перед тобой – он встал, подошёл к окну, несколько секунд молчал. – Как ты себя чувствуешь?
- Уже лучше, если бы не Наташа… Скорее всего приехал бы на мои похороны.
- Знаю…
- Да что ты знаешь? Откуда тебе знать? – она отвернулась от него, глаза заблестели от слёз.
- Мы можем спокойно поговорить? Без упрёков и припадков?
- Говори! Мне уже ничего не страшно. Но если ты заговоришь… если ты хоть словом её обидишь…
- Хватит мама! У меня есть женщина, ты об этом знаешь, у тебя растёт ещё один внук, ему два года, - он хотел что-то вынуть из грудного кармана из под халата, но сразу не получилось. - Я подаю на развод, я люблю другую и хочу прожить с ней всю оставшуюся жизнь.
- Олег! – захрипела мама, - ты не посмеешь! Она не переживёт, она любит тебя, одного-единственного, она всё тебе простит!... Наташа не переживёт этого, - мама задыхалась. - Нет, у меня больше никаких внуков, у меня один внук! Никогда тебе этого не прощу, до конца своих дней.
- Так ещё хуже, - он опустил голову и что-то перебирал в руках, - Наташа ещё молода. Она может встретить другого человека, выйти замуж. Так нельзя! Эта ложь… покоя мне не даёт. Я не достоин этой женщины, она встретит другого, нормального, лучше чем я.
- Бедненький, давай я тебя пожалею, - иронично сказала мама, - ты о ней думал когда по бабам шлялся?
- Думал. Я уже сказал, она ещё сможет устроить свою жизнь. Я оставлю ей дом и всё что здесь есть.
- А... обо мне ты подумал – еле слышно произнесла Валентина Петровна. – Ни один врач не сможет меня вылечить, какие бы уколы и лекарства, капельницы и операции не назначал. Она знает обо мне, больше чем я сама! Она столько лет за мной ухаживала, она мне как родная дочь, а ты подлец!
- Перестань мама, не надо лицемерить. Я найму тебе другую медсестру, самую лучшую! Сиделку, кого угодно, - он решительно взглянул на неё, - отпусти её.
мой Телеграм и Одноклассники
Валентина Петровна хваталась за сердце, хрипела, задыхалась, пыталась кричать, но звуки выходили глухими, страшными.
- Ты… смерти моей хочешь? Посторонний человек... в моём доме?! Никогда я никого не приму, лучше, ах… а-а-а… - она крепко прижала руку к груди. – И твою ша…ву и те… Ты не посмеешь!
Она потеряла сознание. Олег быстро вызвал врача, палата платная, поэтому среагировали моментально.
Олег стоял в растерянности, пока медперсонал кружился вокруг его мамы. Врач рекомендовал ему уйти. Он ещё раз взглянул на маму и вышел.
Он сидел в машине у больницы, курил сигареты одну за другой. Ждал законную супругу, чтобы поговорить без мамы и сына, не дома. Эти стены давили на него, он видеть не мог дом, в котором вырос, слышать не хотел маминых упрёков. Ему давно стали родными стены маленькой двухкомнатной квартирки за тысячи километров отсюда.
Наташа показалась возле больницы часа через два, вместе с Даниилом. Олег, видя их обоих не решился выйти из машины. Он стоял и ждал, когда они выйдут обратно. Но обратно вышел только сын. Наташа осталась на ночь со свекровью.
Данил так обрадовался отцу и новым подаркам. Рассказывал о своих дружках и проделках в школе. Рассказывал, как ему влетает от мамы, и она не выпускает его гулять если он провинится. Всю дорогу домой он не замолкал, отец делал вид что внимательно его слушает, на самом деле он был где-то далеко вместе со своим маленьким двухлетним сыном.
Этот вечер отец и сын провели в одном доме, в разных комнатах. Данил завалился на кровать, врубил музыку, Олег весь вечер висел на телефоне и заметно нервничал.
- Ты сказал? – слышался приятный женский голос в трубке.
- Пока нет, маме стало очень плохо, она там…
- Олег, сколько можно? Я так больше не могу – в трубке послышались длинные гудки.
Он не мог заснуть, всю ночь пил кофе, курил, бродил по дому.
Наташа не спала у постели свекрови в больнице. И только Данил заснул под свою дурацкую музыку, в чём был не раздеваясь.
Муж и жена увиделись на следующий день утром, в больничной палате. Наташа обнимала мужа, старалась казаться счастливой и спокойной.
- Маме совсем плохо. Ты останешься? – спросила она.
- Нет у меня сегодня самолёт.
Она посмотрела на него, и всё поняла, быстро оделась и вышла. Валентина Петровна лежала без сознания, какие-то приборы в палате противно тикали. Олег стоял у окна, наблюдал за машинами, людьми на улице. Вот и Наташа вышла, она поправила волосы, открыла зонтик и поторопилась к воротам. У ворот её ждал широкоплечий мужчина, в пиджаке, около большой машины.
Он вышел ей навстречу, они о чём-то оживлённо поговорили минуты три, потом он сел в машину и уехал. Наташа обернулась, взглянула на больничные окна и прихрамывая пошла в сторону автобусной остановки.
У Олега ничего не дрогнуло в этот момент. Н и ч е г о… Как будто постороннего человека увидел на улице. Словно и не добивался он никогда скромной девушки с зелёными глазами, не писал нежных писем из армии, и свадьба была ненастоящая… Его невыносимо тянуло к другой, за тысячи километров отсюда.
Вечером он улетел обратно, так и не поговорив с женой о разводе. Не решился.
Он больше не звонил ни жене, ни матери. Только сыну. Стабильно переводил деньги. Достроенный, капитальный, полутораэтажный дом за высоким кирпичным забором пустовал напротив дома Валентины Петровны.
Не вставая с постели, она прожила ещё два года. Всё это время невестка ухаживала за ней, скрупулёзно выполняя все предписания врачей. За несколько дней до смерти Валентина Петровна всё время плакала и просила у Наташи прощения. Она давно написала дарственную на свой дом в пользу Наташи, надеясь хотя бы этим искупить свою вину.
- Наташа, дочка, прости меня! – не просыхала от слёз свекровь.
- Я простила, - тихо отвечала Наташа, - я давно всё поняла. Я просто не могу любить другого.
После смерти Валентины Петровны Олег сразу подал на развод, он оставил бывшей жене дом, который они вместе строили, машину и уехал к любимой семье.
Пустота. Тишина. Одиночество. Вот и всё жизнь кончена.
Наташа стояла в своей спальне и смотрела из окна на дом напротив. Ей хотелось его сжечь, разбить, сровнять с землёй, чтобы не напоминал ей ни о чём. Но не было сил.. Дом холодный, нежилой, никому не нужный, как памятник стоял и напоминал ей о её единственной любви.
Данил сразу же заговорил о том, что хочет жить с отцом. Он уехал к отцу, как только окончил школу. Поступил. Чтобы не путался под ногами в молодой семье, где ждали уже второго ребёнка, отец снял ему квартиру. Данил вернётся, через много лет, но не к маме. Ему просто понадобятся дом, деньги, он приедет требовать "своё" по закону. Наташа с радостью отдаст ему большой полутораэтажный дом.
Она ходила на работу, как робот, не видя смысла в жизни, в каждом новом дне.
Мама приезжала, сестра, пытались её растормошить, оживить. Наде было нестерпимо больно, видеть любимую дочь в таком состоянии. Наташа только отвечала, что всё в порядке. Маша хотела увезти сестру в свой маленький районный городок.
- Зато ты теперь хозяйка двух домов, радоваться надо! Продай их к чёртовой матери и живи припеваючи не работая, до конца своих дней. Не думала ещё, сколько за них дадут? – Маша задумалась. – Сестрёнка, зря ты так убиваешься, они этого не стоят. Я всегда говорила, это та ещё семейка! Вот уж не повезло тебе...
Наташа отказалась. Она тихо существовала в своём доме, не желая никого слушать.
Но однажды она получила письмо. Она много лет не получала таких долгожданных писем.
Марьям настрочила всего подряд размашистым докторским почерком на четыре тетрадных листа, извинялась, что так долго не писала, написала почему. в конце спросила:
«Мы будем ехать мимо города К… в октябре, можно, загляну к тебе в гости, так хочется тебя увидеть. Только нас много, у меня четверо мальчишек…»
Наташа впервые за несколько лет разрыдалась. Она с нетерпением ждала подругу с семьёй, выкинула из дома весь хлам, сделала ремонт в двух комнатах, наняла рабочих убрать этот уродливый навес через весь двор, который давал жуткую тень на кухне и во дворе.
Марьям с мужем и детьми заехала к ней всего на день. Старшие мальчики уехали в город по делам с отцом. Младший крутился возле мамы. Но это не помешало подругам выговориться, поплакать, поговорить о детях и ещё много о чём, их было не остановить. Марьям не жалела подругу, не судила бывшего мужа и свекровь, просто слушала, просто была рядом.
На следующий день они уехали. Больше подруги никогда не виделись, они много лет будут переписываться, потом созваниваться, этого им будет достаточно, чтобы поддерживать друг друга.
А ещё через неделю назойливый, прошлогодний пациент Анатолий, совсем седой, но по-прежнему уверенный в себе, непонятно откуда опять будет ждать Наташу с цветами у ворот больницы...
Спасибо, что дочитали до конца 🍂
новый канал с аудиорассказами и подкастами Наталья Кор приглашаю всех ☕📚🎧 там громко!
Моя книга "У меня так никогда не будет" на: Литрес WB Оzon . Печатная версия на Ридеро