Случай этот произошел во время Великой Отечественной войны на Брянщине. Хорошие там места, знатные. Рассказала мне эту историю одна знакомая, чьи родные там жили. Так что буду вести рассказ от лица ее бабушки. В одной деревушке жила женщина пожилая, Пелагея, и было у нее два сына. Они по малолетству не были в начале призваны на фронт, а потом их территория оказалась захваченна немцами. Вот они и ушли в партизаны, одному шестнадцать, а другому и вовсе почти восемнадцать лет.
Леса здешние ребята знали отменно. А все мать их научила. Сама она тоже тут знала каждый кустик, каждую тропиночку. Бывало, идут бабы утром, коров в стадо гонят, а она уже им навстречу с корзиной, полной груздочков. Напрасно мы, дети ее брата, просили взять нас с собой. Отнекивалась только. Говорила, что, дескать, вдруг она не усмотрит за нами, и мы заплутаем. Пелагея же в лесу никого не боялась, ходила туда хоть днем, хоть ночью.
Частенько она отлучалась в лес, чтобы принести своим сыновьям еды. Партизанили они там тогда в составе небольшого отряда. Еду мать оставляла в условленном месте, на пеньке, и ждала там своих сыновей.
Вот и в этот раз набрала она муки и сала у себя и у брата и пошла в чащобу к условленной полянке. Положила пищу на пенек и начала ждать, боялась, что если оставит без присмотра, то еду звери растащат. Свежее утро сменилось жарким летним днем. Тут услышала Пелагея вроде голос ее сынка, Митьки из леска, заросшего осинками и молодыми сосенками. "Мамка!" Она ему и кричит-"Ты тут, Митенька?" Он не выходит и зовет: "Мам, я здесь, иди сюда!" И вроде голос то отдаляется, то приближается. Пелагея и бросилась в чащу, на голос, а догнать все не может. Идет, чуть не плачет через такие дебри, что клочья одежды остаются на ветках! А еду сыновьям крепко держит в руках. Никогда она не боялась леса, а тут оторопь ее взяла. И голос тот стал казаться ей чуждым, хриплым, как у старика. Целый день она бродила, заплутала совсем за этим призрачным голосом. Наконец затих зов сына вдали. А может, это был и не сын вовсе.
Переночевала она под ветками старой ели, что считалась оберегом ее рода, пугаясь ставших страшными некогда знакомые звуки леса. Все ей казалось, что будто слышит она мягкие шаги к своей ели в темноте. То ветка хрустнет, то вздохнет кто-то громко, насилу к утру уснула, шепча в уме молитвы. На следующий день вышла она к обрыву. Внизу далеко река по камешкам шумит, вокруг колючие кусты шиповника. Совсем обессилила бедная женщина. Села она на ствол покореженной ветрами сосны, да так и просидела там целый день, как в забытьи. То спала, то просто смотрела вдаль. Хорошо хоть, что у нее осталась еда, которую она несла сыновьям. А на утро вышли к ней партизаны. И пререди их два ее сына к ней идут.
Она на Митьку-"Что же ты меня завел то так?" Он удивился- "Да ты что, мама! Я на задании с группой был. Мы с ребятами тебя насилу нашли по следам и клочкам одежды на кустах! Второй день ищем!" Подивились они ее рассказу и вывели ее к деревне. Вот такие дела.
Дорогие друзья, благодарю Вас за внимание и до новых встреч!!!