Если бы я писал свою автобиографию, то начал бы так:
«Родился в шахтёрском посёлке под городом Копейском в деревенском доме на двоих собственников. Прожил там до десяти лет, потом вместе с родителями переехал в Челябинск…»
Сухо, да? Но жанр автобиографии и не предполагает описания подробностей и выражения эмоций.
А ведь именно в родном посёлке я сделал первые шаги, сказал первое слово, осознал себя человеком, а, встав на ноги, создал собственный мир, который держался на самом дорогом и важном:
На маме (помню, как с тоской ждал, когда же она появится в конце улицы, возвращаясь с работы, и, переполненный счастьем, бежал к ней со всех ног, чтобы поскорее обнять её и не разлучаться до следующего утра).
На папе с его любовью к модной в конце 80-х музыке и коллекцией виниловых пластинок.
На бабушке с её оладушками по утрам и мягкой теплотой, обволакивавшей с ног до головы.
С родным домом, с такой есенинской берёзой под окном, со стайками во дворе, где несколько раз стремился обустроить своё собственное жилище, со старой баней, куда было жутковато заходить, так как было в ней что-то недоброе.
Может, поэтому, уже живя в Челябинске, я много лет во снах видел это место как живое, хотя знал, что родной дом на улице Похвалина давно снесли, да и самой улицы, располагавшейся, как оказалось, над старыми закрытыми штольнями, уже почти нет, так как её обитателей выселили в связи с угрозой провала грунта.
В недавний свой приезд в Челябинск я всё-таки решился и посетил «берег, милый для меня».
Место, где стоял дом, удалось узнать только по мёртвому обрубленному стволу такой любимой в детстве берёзы - всё остальное поглотила буйная зелень не жалеющей прошлого растительности.
От старой водокачки не осталось и следа (а ведь сколько страха я пережил, спускаясь с пустым ведром по старым склизким ступенькам во влажную тёмную глубину, и сколько радости, поднимаясь уже с полным наверх, к светлому проёму).
Поле, через которое я срезал путь в школу, тоже куда-то исчезло, видимо, его оккупировал какой-то частный владелец.
Остались только тени, отголоски такого дорогого и далёкого прошлого, витающие в развалинах того, что буквально тридцать лет назад было живым.
Поэтому в какой-то степени я испытал белую зависть, когда попал на малую родину моего друга и коллеги Романа Селецкого – в посёлок имени Воровского, что находится в густых Владимирских лесах. Точнее, не зависть, а радость оттого, что посёлок жив, что, помимо прошлого (а его история восходит к 19-му веку), он имеет настоящее и будущее.
Да, там, как и везде, есть свои проблемы, но, несмотря ни на что, нет ощущения запустения и забвения.
Время там не остановилось, подгоняемое ревом проносящихся по сельским улицам мотоциклов, оседланных местной шпаной, и размеренное дневными и ночными сменами на градообразующем предприятии – Стеклозаводе имени Воровского.
А какие там закаты! А какие раскидистые берёзы! А какая тишина, которую чувствуешь каждой клеточкой, сидя глубоким вечером на лавочке у сарая!
Вот об этих ощущениях, об этих закатах и берёзах, об истории одного посёлка и одного рода, а через них и об истории целой большой страны с 19-го по 21-й век рассказывает новая серия проекта «Роман с Селецким» под названием «С чего начинается Родина!»
Снимая серию о личном и частном, мы, сами того не предполагая, вышли на общее и универсальное.
Так ли это – судить вам! Переходите по ссылке! Будем рады комментариям и мнениям по поводу серии, которая, на наш взгляд, даже не серия, а лирический фильм о прошлом и настоящем нашей страны!
