4 НОЯБРЯ: ПРО ИДЕОЛОГИЮ

Ходят ничем не подтверждённые слухи, что в Кремль на разговор о создании наконец идеологии будущего позвали Дугина и Проханова. Может быть, не только их, но, говорят, их.

Не слишком верю, но скажу пару слов по поводу.

Дугин и Проханов были бы вариантом, близким к идеальному, потому что оба — лево-правые. Православные люди, видящие мистику русской Белой и Красной истории, всех форм Империи, от языческих истоков до дней нынешних.

Были бы, повторю, почти идеальны, но сразу скажу, что в целом наше государство ни в чьих советах никогда не нуждалось и не нуждается по сей день.

Никого, грубо говоря, не вызывали в Кремль и в прежние времена.

Просто знали и изредка учитывали мнение разных-всяких мыслителей и говорунов.

Если совсем прямо: Тредиаковский, Державин, Жуковский, Пушкин, Чаадаев, Достоевский, Тютчев, Ильин, Маяковский, Шолохов идеологии не создавали. Хотя могли бы.

С очень большой натяжкой можно говорить о некоем влиянии Ломоносова, Карамзина, Горького, но, по сути, и они тоже нет, не идеологи.

Создавали ли в таком случае идеологии, например, монах Филофей или, скажем, Победоносцев?

Это уже ближе к истине.

Но в целом надо признать, что идеолог у нас всегда был один. Царь.

Идеологию России создавали Владимир Красное Солнышко, Ярослав Мудрый, Иван Грозный, Пётр Великий, матушка Екатерина, Ленин, Сталин.

Лично. Сами. Рукотворно.

Была ли идеология у нас в последнюю четверть века?

Ну да.

Утверждают иногда, что в нынешней России не знают, что строят.

Неправда, здесь очень твёрдо знали, что строят.

Они искренне хотели построить «цивилизованный мир» и «европейские ценности».

Дело шло, кстати, вполне удачно.

Но спустя четверть века оказалось, что на всей папке российской идеологии сверху кем-то было написано: «Колониальный режим».

Внутри мы какие угодно законы могли напринимать. Но мы всё равно воспринимались как колония, и демократия наша на поверку могла именоваться демократией, только если мы её азы пересдали директору на ежегодном экзамене.

А если не пересдали, директор считает, что вправе нас наказать. И даже убить.

Нельзя сказать, что все наши старания с попыткой влиться в «цивилизованный мир» были зря. Нет, ничего не зря. Мы получили огромный опыт и теперь можем им пользоваться по личному усмотрению.

Но, увы, можно твёрдо сказать и другое: прежние установки отменились.

Не важно, зовут или не зовут наших отцов-мыслителей в Кремль.

По всем последним выступлениям главнокомандующего понятно: он сам задумался о направлении.

Одного слова «патриотизм» для того, чтоб понять, куда мы идём, оказалось мало. Оно слишком большое и ничего в сложной ситуации не объясняет.

А надо, чтоб объясняло.

Если одни патриоты — испуганные, а другие — павшие, значит, это понятие растянуто до безобразных кондиций.

«Надо сузить».

Идеологию формулирует СВО.