Одни его ласково называли “луноход” за характерную мягкую подвеску на пневмобаллонах, для других он запомнился как “скотовоз” за набитое под завязку пассажирами в часы пик душное нутро. Как бы то ни было, “булькающий” раздолбанной трансмиссией ЛиАЗ-677 - такой же символ эпохи, как автомат с газировкой. Ведь при всех недостатках, этот теплый “ламповый” автобус пробыл на конвейере без малого 40 лет, а это что-то, да значит.
“Луноход” использовался во всех городах Советского Союза, где был хотя бы намек на городское или пригородное автобусное сообщение. Его бензиновый движок охотно лопал по 50-60 литров топлива на “сотню” и не давился. В салоне всегда было тепло благодаря специфике компоновочного решения с двигателем, установленным в передней части шасси. Причем, прямо-таки тропическая жара в салоне была и в лютые зимы, и знойным летом. И жара эта была практически всегда с ароматом выхлопных газов - спасибо все тому же компоновочному решению. Недостаток? Черта с два - лучше нюхать несварение “зиловского” агрегата, чем покрываться инеем от холода, как в дизельных “Икарусах”.
История так горячо любимого советским пролетариатом автобуса как и все в СССР началась с того, что еще будучи прототипом, он уже устарел. Первый опытный образец в подмосковном Ликино-Дулево был готов в 1962 году, и это был прорыв. Просторный салон на 110 человек, пара широких дверей-гармошек, здоровенный 7-литровый V8, который выдавал 180 л.с., пусть всего лишь двухступенчатая, но впервые для автобусов автоматическая трансмиссия, гидроусилитель руля от Урал-377, крепкий задний мост RABA-MAN 018.53, пневмоподвеска (два баллона и два амортизатора спереди и вдвое больше сзади). Со всем этим богатством “луноход” выдавал максимальную скорость в 70 км/ч (спидометр инженеры-оптимисты зачем-то разметили до 120 км/ч) - неплохой показатель для городского сообщения.
К 1968 году, когда автобус наконец-таки прошел все согласования и доработки, был налажен мелкосерийный выпуск, и лишь с июня 1970 года сборка автобусов была переведена на главный конвейер завода. К этому времени ЛиАЗ-677 уже не выглядел таким уж передовым. Высокопольные автобусы в конце 1960-х уже выглядели атавизмом, как и прожорливый бензиновый движок. Но, как говорится, кто слаще морковки ничего не пробовал... В СССР сравнивать было особо не с чем, поэтому во время демонстрации первого товарного 677-го на ВДНХ разработчики были награждены медалью выставки. В 1970-е подмосковное предприятие медленно но верно наращивало объемы производства: к 1994 году, когда последний 677-й сошел с конвейера тираж “лунохода” составил без малого 200 000 единиц.
При всех своих недостатках, 677-й был чертовски живучим транспортным средством. Шутка ли, в 1990-е его сняли с производства, но из эксплуатации последний “луноход” вывели - только сядьте - в 2015 году! Естественно, столь долгая работа в автоколоннах не проходила даром. Всем до боли знакомый булькающий звук, известный в народе как “звон пустых бутылок”, признак конструктивного износа. На 677-м коробка передач не соединена с двигателем в единый агрегат. Она установлена отдельно (под полом салона в районе первой двери) и связана длинной карданной передачей с мотором. Подвесные подшипники и карданные шарниры постоянно изнашивались, но менять их никто не спешил. Это приводило к вибрации вала и ударным нагрузкам даже на холостом ходу.
Прогрессивная в теории подвеска в процессе эксплуатации превращала “луноход” в этакого неваляшку, а при сравнительно небольшой загрузке пассажирами, корма автобуса имела склонность к повышенной вертикальной раскачке на неровных дорогах. В 1972 году автобус начал оснащаться пневморессорной подвеской вместо пневматической, но едва ли это помогло победить раскачку. Под полом 677-го проходил выпускной тракт, который по мере износа активно наполнял салон выхлопными газами. На вонь жаловались и пассажиры, и водители. Ремонт? Не, не слышали.
Наконец, тот самый некогда передовой гидротрансформатор тоже попил немало крови. Трансмиссионные потери были чудовищными, и без того прожорливый движок-ветеран, который еще и частенько перегревался, хлебал 76-й бензин вдвое активнее. Вдобавок, автобусу с большим трудом давались подъемы, а в некоторых случаях для штурма холма водителю приходилось высаживать пассажиров. Ходят байки, что иногда те самые пассажиры даже помогали заталкивать 677-й в горку. Тем не менее, 677-й скорее любили, чем как в том анекдоте про мышек и кактус. Он не был идеальным, но всегда долгожданным.