Нина с утра была в подавленном настроении. Вчера опять уже почти бывший муж грозился отобрать ребёнка по суду. Всякий раз, отдавая дочку на выходной, Нина переживала, чтобы он не увёз малышку куда-то. Почти уже бывший муж таким способом пытался насолить Нине, отомстить за то, что посмела подать на развод и раздел имущества. Женщина "почему-то" не захотела терпеть фривольное поведение супруга и не простила его "разок" гуляний на стороне. Эти мысли отвлекали от утренних сборов на работу.
Нина уже спешила и уже опаздывала. "Как бы успеть проскочить до шефа, а то ещё и премии лишит, уже два опоздания за месяц было", - мелькнула мысль. Эти опоздания не были случайностью.
В последнее три года она ощущала себя, словно лягушка, которая барахтается, барахтается, чтобы взбить масло, но тщетно. Как только у неё получается взбить хотя бы кусочек и выбраться на поверхность, сделать передышку, как ей тут же несут новую кубышку с молоком, которое она должна быстро превратить в масло. И вновь начинается упорная работа.
На работе все успей, да с дочкой успевай, да по дому, а от мужа помощи ноль, сколько ни просила... Не достучаться! Не мужское это, мол, дело - бытом заниматься, что там, три кнопки! Да и с дочкой - что там заниматься, она же маленькая еще, да и девчонка. а он в девчоночьих делах не понимает, вот был бы сын... Нина давно почувствовала, что выдохлась, устала быть той самой лягушкой, которой только и подливают молоко, требуя взамен масла, ещё и отчитывают, указывая, что масло не то! Поэтому измена мужа стала просто последней каплей и она подала на развод.
А сегодня женщина опоздала на работу потому, что упрашивала воспитательницу принять дочь в группу. У дочки - сопли, назовём вещи своими именами, и надо было бы оставить ребёнка дома. Но с кем? Няню она вызвать не могла, надо было заранее договариваться. С трудом, уговорив воспитателя, Нина полетела на работу.
На обеденном перерыве Нина размышляла, как же ей поступить с ребенком завтра. Вариантов было немного: няня или ей придётся брать больничный. Или?... А почему, собственно, нет?
И Нина набрала номер мужа. Пока ещё мужа.
-Вадим, малая приболела, посиди завтра с ней.
Послышалось недовольное сопение. Вадим чертыхнулся и... сослался на то, что у него срочная работа. И вообще, некогда ему! Когда же Нина напомнила, что ещё вчера он ратовал за то что отберёт дочь по суду, то мужчина коротко ответил:
"Это другое!".
После разговора с Вадимом, Нина вдруг почувствовала ещё большую усталость, а впереди - новый кувшин молока несут! Взбивай, лягушка, и тут масло, а мы поглядим, не утонешь ли! Выворачивайся наизнанку, доказывай, что хорошая мать ещё и не суде, а муженек тебе будет коротко отвечать: "Это другое".
Вечером Нина собрала дочь, в чемодан положила все необходимое, не позабыла и ее любимую куколку и поехала к свекрови, которая горячо поддерживала старания сына отобрать у Нины дочь. Дочку попросила набраться терпения и пожить у бабушки с папой. Вручила малышке телефон, чем очень обрадовала ребенка, ведь она давно просила. Теперь есть связь с мамой. Свекровь, открыв дверь, опешила от таких гостей.
-Вот, Евгения Владимировна! Принимайте внучку. Вы победили. Пусть Алиночка с Вадимом живёт, без всяких судов! Только она приболела, завтра вызовите врача, идите на больничный. На выходные приеду. Вадим не пришел ещё с работы?
-Да как же! Я же работаю и Вадим тоже! Кукушка! Больного ребенка скинуть решила, - кричала свекровь вслед, а Нина, сдерживая слезы, уже бежала по лестнице.
P.S Через несколько недель Вадим пошел на переговоры с Ниной и вернул девочку матери. Платит алименты, навещает по выходным. От судов отказался.