Принял участие в конференции по социологии религии, которую ежегодно проводит Белгородский государственный университет. Вообще, социологические исследования, которые посвящены религии, пользуются популярностью.
Для меня они представляют особый интерес и как для религиоведа, и как для политика. Во что верят люди? Как они представляют себе этот мир, что для них есть зло, а что - добро?
Когда прослушиваешь подряд пару десятков докладов, которые демонстрируют, порой, противоположные результаты одного и того же предмета исследований, невольно задумываешься, а возможно ли вообще объективно познать религиозность людей?
Несколько тезисов, в связи с услышанным и увиденным.
1. Религиозная часть жизни общества такая сложная и многогранная, что отдельно взятые исследования способны охватить лишь маленький фрагмент общей картины. И даже при проведении масштабных исследований за кадром остается бесчисленное множество фактов и явлений. Так что результаты исследований - не руководство к действию.
2. Вера руководит каждым человеком. Не обязательно участвовать в ритуалах или совершать культовые действия - человек руководствуется тем, что он воспринимает как истину, не требуя доказательств, просто потому что его удовлетворяет то, во что он верит.
Вера руководит и исследователями, которые, будучи людьми, не могут отделить себя от своих убеждений. Исследователь-ученый утверждает, что придерживается объективных научных подходов. Исследователь-человек верит в определенные ценности и свое субъективное мировоззрение.
Такими образом, в каждом исследователе религии происходит конфликт между стремлением ученого к объективному познанию и человеком верующим, с его обостренной потребностью защищать свои представления.
По идее, в преамбуле отчета каждого исследования должна быть помещена информация о взглядах самого исследователя, чтобы читатель мог делать соответствующие «поправки на ветер».
3. Как известно, определений религии - не один десяток. Некоторые из них ограничиваются верой в существование сверхъестественного (впрочем, не уточняя, что именно можно считать таковым). Другие определения - шире, и допускают возможность веры в идею без участия персонифицированных потусторонних сущностей, третьи допускают в понятие религии политические и даже коммерческие культы.
В зависимости от того, какого определения придерживается ученый, формируется исследование и трактуются его результаты. Но, увы, нигде не указывается, какое понимание религии закладывает автор, приступая к своей работе. Например, допускает ли исследование существование нетеистических религий, или, наоборот, в данном прочтении религия подразумевает обязательное наличие Бога?
В результатах некоторых исследований прослеживается взгляд на религиозность как на принадлежность к официальным конфессиям. «Истинно» религиозный человек - тот, кто декларирует свою принадлежность к христианству, исламу, иудаизму или буддизму. Остальные получают ярлыки «иные», «колеблющиеся», «нерелигиозные», «затрудняюсь ответить» или «прочие». Таким образом, религиозность определяется путем отнесения человека к группе политически признанных конфессий.
Как следствие, в общей массе растворяются так называемые «религиозные меньшинства» (термин, подслушанный мной на конференции). Вне поля зрения остаются и новые религиозные движения, которые, по факту, способны сыграть значительно бОльшую роль, чем традиционные конфессии.
Как известно, все начинается с малого: с тайного собрания странных сектантов, которые называли себя христианами, с ночных встреч ячеек фанатиков, называвших себя гордо большевиками и т.д. Новые религиозные движения никогда не приходят с готовым названием и бренд-буком, но проникают в души тех, кто декларировал свою причастность к какому-то признанному учению, в реальности давно потеряв веру и занимаясь духовными поисками.
5. Кстати о декларациях. Может ли исследователь получить объективные результаты, если пользуется методом опроса?
Истинные религиозные представления человека - это сложное переплетение внутренних переживаний, представлений, надежд и комплексов, описать и осознать которые - задача сложная даже для самого человека, о чьих религиозных предпочтениях идет речь.
Поэтому для исследователей остается не так уж много пространства. Приходится ограничиваться декларациями опрашиваемых, рассчитывая на то, что, по каким-то причинам отвечающий на вопросы незнакомца, человек будет откровенен в такой потаённой сфере как вера и религия.
При этом на характер ответов может влиять множество факторов: страх, общественная оценка, политическая ситуация, внешние события.
Некоторое время назад в России запретили Свидетелей Иеговы как экстремистскую религиозную организацию. Разбирательства были достаточно бурными, в том числе широко обсуждались в СМИ. А теперь представьте, что вы - скромный и робкий последователь иеговистов, встречаете на своем пути исследователя. Человек, которого вы видите в первый раз, спрашивает о ваших религиозных пристрастиях. Что-то мне подсказывает, что вероятность уклончивого или маскировочного ответа значительно выше, чем декларация причастности. Тем более, что в такой ситуации человек не может опереться на единомышленников.
Насколько декларация соответствует действительности? В теории, для этого можно изучить поведение. Но при опросах сделать это не представляется возможным.
В результате исследователь изучает не столько религиозность общества, сколько полученные декларации религиозности.
Что дальше? Как понять религиозную карту общества? Прошедшая конференция - уникальное событие, которое требует своего развития и широкого освещения. Организаторы делают важнейшее дело. Участие в ней дает возможность окинуть взглядом самые разные элементы общей мозаики, получить не знание, а впечатление, не руководство к действию, а материал для размышлений. Получить понимание, оставляющее место сомнениям, но не дающее готовый диагноз, который, увы, очень часто бывает ошибочным.
P.S. Для политиков я бы сделал участие обязательным. Заниматься политикой и не знать, во что верят люди - весьма опрометчиво.