30 октября - День памяти жертв политических репрессий. Эта статья посвящена книге Варлама Шаламова "Колымские рассказы". Я выбрала это произведение, потому что его автор как раз и был политзаключенным. Кто, как не он знал все изнутри и перенес весь ужас лагерей сполна.
Книга разделена на короткие рассказы - были. Когда читаешь их, невозможно оставаться равнодушным. Самые тяжелые испытания для репрессированных начинались далеко не со следственного изолятора - нахождение там считалось курортом, несмотря на издевательства и следователей, побои, лишение сна. Невыносимой пыткой, по словам автора, была переправа этапа с материка на Колыму. Иногда она занимала не одни сутки. Голодные, без свежего воздуха, люди находились в тесных зловонных трюмах, порой не имея возможности лечь хотя бы на пол. Однажды пленники попытались протестовать, и тогда конвоиры на пятидесятиградусном морозе залили их ледяной водой. На остров привезли едва живых обмороженных людей, большинству из которых пришлось ампутировать конечности.
Автор описывает адские условия содержания заключенных. Они ютились в ветхих бараках, окна которых вместо стекол были затянуты мешковиной Видимость тепла создавала маленькая железная печка, стоявшая около дневального. Зекам греться у печи не полагалось. Изнуренные непосильной работой, одетые в драные бушлаты, они уже не обращали внимания на свои обмороженные пальцы и лица.
Заключенных отправляли на прииски добывать золото. В забое трудились по 14 часов в сутки при пятидесятиградусном морозе на верху, долбили кайлами вечную мерзлоту, грузили грунт на тачки и вывозили его наружу. Дневную норму никто не выполнял. За это лишали и так более чем скудного пайка.
Некоторые прииски были расположены в низинах, так что после смены уставшим голодным людям приходилось карабкаться к лагерю на высокий пригорок, теряя последние силы.
А утром после переклички все начиналось заново. Были и те, кто отказывался выходить на работу. Конвоиры брали их за руки и за ноги и сбрасывали с того же холма. После трех таких отказов беднягу, если тот был еще жив, расстреливали. Иногда измученные люди таким образом сводили счеты с жизнью, если ее можно так назвать.
Изнуренные голодом люди ловили кошек, собак, крыс и ели их. Были случаи и людоедства, за которое добавляли срок.
Сколько жизней было загублено на Колыме... Даже после смерти зеков конвоиры глумились над их трупами. Для того, чтобы оформить смерть заключенного, нужно было снять отпечатки пальцев. Однажды конвоирам не захотелось нести труп на освидетельствование, ему отрубили руки и унесли в морг. А ночью "труп" ожил. Истерзанный и окровавленный дополз до барака. Зеки позвали лагерное начальство. В итоге страдальца просто добили.
Мертвецов с бирками на ногах сбрасывали в общую могилу и засыпали камнями. Был случай, когда одну из таких могил раскопали. Оказалось, что тела совершенно не подверглись тлению: колымская земля с ее вечной мерзлотой не приняла в свои недра мертвецов. Тогда их бульдозером стащили в котлован. Варлам Шаламов вспоминал: это было дикое зрелище - тела катились с насыпи, словно стволы поваленных деревьев.
Отчаявшиеся наносили себе увечья, чтобы попасть в больницу, где можно было немного отдохнуть. А потом, если повезет, получить "облегченный труд". Пробовали симулировать - ходили с постоянно согнутыми руками, хромали, создавая видимость контрактуры конечностей. Чтобы разоблачить псевдобольных, давали наркоз и проверяли. Если увечья были, "медики" рвали бедолагам связки и мышцы...
Более стойко переносили невзгоды верующие. Они все время были в молитвах, в общении с Богом. Их смирение и терпимость, покорность судьбе смягчали душевные муки, возникающие у других людей от безысходности.
Читая "Колымские рассказы", кажется, что видишь все это глазами автора, сочувствуешь, сопереживаешь. В голове не укладывается, что эти издевательства над людьми происходили в 20-м веке, в нашей стране. Заключенные, побывавшие на царской каторге, говорили, что она была куда гуманней.
Страшно читать... А еще страшней не знать об этом...