Нина Васильевна готовила ужин, когда вдруг хлопнула входная дверь. Вытирая на ходу руки, она поспешила в коридор.
— Леша? Что ты так поздно? И почему один? Что-то случилось?
— Мам, дай поесть.
— Ну конечно! Пойдем на кухню, там уже все готово.
Нина Васильевна хлопотала вокруг сына. Наконец сын наелся, встал из-за стола и направился в свою комнату.
Мать засеменила следом. С недоумением она смотрела, как сын достает постельное белье.
— Леша, что это значит?
— Мам, я у тебя переночую.
— Нет!
— Мам, ты чего?
— Нет! Проведал мать, за это спасибо. Но ночевать ты здесь не будешь. Езжай домой.
— Но, мам, мы с Веркой поругались...
— Ну и что? Как поругались, так и помиритесь. Чего хоть не поделили?
— Да устал я! Прихожу домой, а есть не приготовлено, приходится самому готовить.
— Ну и что? Ты же повар, что тебе, сложно?
— Но и Верка тоже повар! Мы все-таки вместе учились.
— Ну, милый, ты не равняй себя и жену. У нее ведь сейчас и без того хлопот хватает. Или ты думаешь, что декрет — это действительно отпуск? Да не дай Бог тебе даже пару дней такого отпуска!
— Она уже третий день не может мне на рубашке пуговицу пришить!
— Пуговицу?! И из-за этого весь сыр-бор? А ты что, иголку в руках держать не умеешь? Вон, когда приспичило, так даже джинсы сам себе пошил, а тут из-за пуговицы дверью хлопаешь!
Нина Васильевна укоризненно покачала головой.
— Вот что я тебе скажу, сыночка. Не валяй дурака и поезжай домой. Это теперь не твой дом. Я всегда рада, когда ты будешь меня навещать, один ли, с семьей ли. Но твой дом теперь там, где твои жена и сын. Так что убери все это, — мать махнула рукой в сторону дивана. — и собирайся. Тебе пора домой.
— Я не хочу, — набычился Леша.
— Не хочу надо было до свадьбы говорить. А теперь поздно. Тебя силком туда никто не тащил. И, смотри, мне, чтоб ехал прямиком домой! Если узнаю, что ты не ночевал дома, ко мне больше и показываться не смей! В жизни всякое бывает. Ну поругались, так пойди сделай пару кругов вокруг дома, остынь. А дверью хлопать — это последнее дело. Тогда и начинать не надо было.
Нина Васильевна проводила сына до двери. У порога сын наклонился, и мать поцеловала его на прощание.
— Ну, ступай. Передавай привет Верочке. И поцелуй за меня Андрюшку