Римский поэт Марк Валерий Марциал (около 40 года — около 104 года) жил и творил в начале расцвета Римской империи. То было время, и в плюсах и в минусах своих похожее на современную Россию. Он стал знаменит благодаря своим чудовищно едким эпиграммам, этакий древнеримский Сергей Шнуров, и можно только удивляться, почему этот человек умер своей смертью и как его не убили за такие зверские подколы.
Но именно в сатирических стихах и эпиграммах, как и сейчас в похабном рэпе и матерных песенках, отражается подлинная общественная жизнь своего времени. Хотите знать, чем жило древнеримское общество – читайте Марциала.
А еще если читать Марциала, становится очевидным, что человек по сути своей не изменился ровным счетом никак, да и общество человеческое тоже. Мы все так же любим, ненавидим, завидуем, льстим, лицемерим, пьем, берем деньги в долг, ведем разгульную жизнь сами и обвиняем в разгульной жизни недругов, хороним друзей и мечтаем похоронить врагов, пытаемся быть счастливыми и хотим жить.
Вот что изменилось в отношениях мужчины и женщины, например, со времен этой заметки гекзаметром?
Невии я написал. Нет ответа. Не даст она, значит.
Но ведь наверно прочла, что я писал. Значит, даст.
Или, например, этой:
Первым делом «я дам» говоришь ты мне, Цинна, на просьбу,
Ну а потом ты даешь сразу же, Цинна, отказ.
Я и дающих люблю, и не против отказа я, Цинна,
Но иль давай, или дай сразу же, Цинна, отказ.
В литературном процессе, кстати, тоже ничего не изменилось! Вот, например, о критиках:
Все, брюзга, ты ворчишь и нехотя это читаешь!
Ты ведь завидуешь всем, а вот тебе-то никто.
А вот о случаях, когда разнообразные скрепы и семейные ценности защищаются на словах, а на деле все остается как было:
С той поры как закон возродился Юлиев снова
И водворилась, Фавстин, в семьях стыдливость опять,
И тридцати-то еще не минуло полностью суток,
А Телесина пошла замуж в десятый уж раз.
Замуж идти столько раз не брак, а блуд, по закону.
Меньше б я был оскорблен, будь она шлюхой, как есть.
Любопытно отношение Марциала к гомосексуализму, свойственное всему римскому обществу. В отличие от греков, римляне относились к гомосексуализму примерно так же, как и у нас сейчас: порой громко осуждая с официальных трибун, в реальности же либо просто добродушно посмеивались, либо сами, так сказать, имели отношение. Например, Марциал рассказывает о связи с неким Постумом, но при этом сам посмеивается над скрытыми гомосексуалистами:
Волосы выщипал ты на груди, на руках и на икрах,
Да и под брюхом себе начисто ты их обрил.
Все это ты, Лабиен, для любовницы делаешь, знаем.
Но для кого ты, скажи, задницу брил, Лабиен?*
*Не является пропагандой ЛГБТ, но лишь высмеивает лицемерное отношение к пороку.
И, конечно, у Марциала есть эпиграммы, после которых остается удивляться, почему он умер своей смертью:
Ванну зачем ты грязнишь, Зоил, свой зад подмывая?
Чтоб еще хуже ее выпачкать, голову сунь.
Это же абсолютно типичный комментарий в современном интернете! Ничего не изменилось. Абсолютно ничего. И, в конце концов, у Марциала есть стихотворение, натурально, про Сергея Семеновича Собянина.
Всю столицу себе захватил было лавочник наглый,
Так что нельзя и пройти было нам к нашим домам.
Ты же, Германик, велел расширить все переулки:
Вместо тропинок теперь всюду дороги ведут.
Нет уже больше столбов, увешанных цепью бутылок,
И не приходится лезть претору в самую грязь.
Стиснутый всюду толпой не бреет цирюльник вслепую,
Не занимает теперь улицы грязный кабак.
Повар, мясник, брадобрей, трактирщик сидят по порогам:
Рим возродился и стал Римом из рынка он вновь.
А вот про Беглова ничего нет.
В общем, дорогие друзья, читайте Марциала.
Хотите понять древнеримское общество – читайте Марциала.
Хотите понять современное общество – тоже читайте Марциала.
Александр Пелевин