Разные дети отдыхали в лагере: кто-то просто наслаждался пионерским коллективизмом вдали от родителей, а кто-то грустил и просился домой. Помню, что весь лагерь смеялся на общей линейке над девочкой из четвёртого экипажа (видимо лет девять-десять ей было), которая написала в письме родителям, какие плохие условия созданы для детей в этих «Алых парусах», и как ей тут тяжело. Самой прикольной была фраза письма о том, что в лагере часто нет воды и ноги по вечерам приходится «мыть газировкой». Конечно, это была неправда, которую от большого отчаяния и в надежде, что её наконец-то заберут домой, придумала эта девочка.
Но с другой стороны маячит фигура директора лагеря, которая в воспитательных целях решила прочитать это злосчастное письмо, посмешив всех пионеров, дабы вызвать у них патриотические чувства любви к родной флотилии «Алые паруса». Каково? Девочка стоит вместе со всеми на лагерной линейке и слушает, желая провалиться под землю, своё письмо, адресованное вовсе не директору лагеря, а родителям. Именно родители должны были услышать её мольбу о помощи, а не администрация лагеря. Я уж не говорю о том, что обе стороны должны были пожалеть ребёнка, поговорить с ним, поняв что же не так у неё в отряде, а не устраивать судилище. Но оно состоялось! Девочку так и не забрали домой, и она доживала эту смену в лагере под градом насмешек, и видимо, в одиночестве. Эти мысли меня посещают лишь сейчас, а тогда я со всеми вместе смеялась на лагерной линейке, потому что мне не хотелось домой, и мы с подругой часто по 2-3 смены проводили в этом лагере. Путёвка на смену стоила всего 12 рублей, и для родителей это не было неподъёмной тратой. Напротив, они получали массу выгод, а в конце лета – отдохнувшего и посвежевшего ребёнка, который провёл пару месяцев в сосновом бору, на берегу озера Боровое.
Сейчас мне пишут в отзывах об этом лагере, что я очень уж лакирую действительность, и навряд ли обходилось без травм буквально каждую смену. Это, конечно же так! В лагере было шесть экипажей, а в каждом экипаже по четыре кубрика, в каждом кубрике стояло по 10-12 кроватей. Вот и считайте! Около 300 детей разного возраста одновременно ходили и бегали по территории лагеря. Мы дежурили по лагерю и по кубрикам (подметали и мыли), а также у ворот лагеря, ходили в кружки и секции, занимались спортом, качались на качелях, лазили по соснам, собирали шишки, ходили в походы, играли в «Зарницу», купались в бассейне… Травмы были и, наверное, – много! Для их лечения существовал лагерный медпункт, где была врач и медсестра. Но чтобы кто-то там длительно лежал в изоляторе – это было редкостью. Помажут, перевяжут, дадут витаминку, и иди играй! Про себя скажу, что за много лет не помню у себя ни одной серьёзной травмы, а только царапины. Но начиналась смена всегда с того, что я на второй-третий день «срывала» голос, то есть хрипла от влажного воздуха. На меня всегда рассчитывали в отношении чтения стихов и ведения концертов, но голос мой плохо переносил эксплуатацию его на свежем воздухе. Ещё я один раз таки лежала в медизоляторе, но отравилась я не лагерной пищей, а какой-то колбасной тушёнкой, которой нас накормил школьный историк во время тур слёта школьных команд, который проходил в окрестностях лагеря. Меня отпустили из лагеря на два дня, чтобы поучаствовать в этом мероприятии, выступая за школу, а потом я вернулась в лагерь, и - сразу в медпункт с тяжёлым отравлением. Много лет я потом не могла смотреть на тушёнку.
За все годы нашего пребывания в «Алых парусах» не было ни одной истории с массовым отравлением детей. Кормили нас достаточно и вкусно, но почему-то мы были вечно голодные (видимо из-за пребывания на свежем воздухе), и постоянно таскали хлеб из столовой. Этими крошками хлеба были засыпаны простыни кроватей буквально у всех. И всё равно смешно было слышать как в «родительский день» во время прохождения толпы родителей по главной аллее, по сторонам которой выстраивались все экипажи, самый младший шестой отряд каждую смену тянул хором одно и то же: «Ладушки-ладушки! Мы вас ждали, бабушки! Есть ли у вас, бабушки, сладкие оладушки?» Эти стихи не менялись годами. И кто их придумал? И зачем они были? Хотя я не помню, чтобы нам на полдник хоть раз давали оладушки (ведь и не напечёшь их на 300 человек!), но пирог с ягодами тому отряду, который их насобирает в лесу, повара пекли. Очень вкусно они пекли такой открытый пирог, где ягоды были сверху перекрещены сеточкой из теста. Каждому в отряде доставался маленький кусочек, но как это было здорово и вкусно! ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
ПРОШУ ВАС, МОИ ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ, СТАВЬТЕ ЛАЙКИ, ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ И ПИШИТЕ СВОИ КОММЕНТАРИИ.
