«Давненько это было. Жила в одном селении старуха. Одиноко жила. Изба её стояла на самом краю селения, в стороне от всех. Люди старуху ведуньей считали. Ходили к ней с проблемами своими. Кто с болезнями, кто парня приворожить, кто соседскую корову со света сжить. И хоть никому старуха зла не делала, не все её долюбливали. Так как не каждому она помочь бралась. Капризная старушенция была. Ну, как старушенция. На вид лет пятьдесят. А сколько на самом деле, никто не знает. Только помнят её такой всегда. Так что, может, и все сто пятьдесят лет ей было. Кто ж их, ведуний, разберёт.
Хозяйства-огорода не вела. Летом в лесу всё пропадала. Мёд, травки-корешки и прочее снадобье собирала. Для порошков, отваров, мазей лечебных. От болезней ума и тела человеческого. Зимой носки, варежки вязала из козьего пуха. Кормилась тем, что люди принесут в благодарность за помощь. Вот такой натуральный обмен.
Однажды в избе старухи-ведуньи девчоночка появилась. Маленькая. Народ с ног сбился языками чесать, откуда она взялась. Каких только версий не выдвигали. Даже самые невероятные. И что старуха сама себе дочь родила. И что девчонка – приблудившаяся принцесса, больно уж она хорошенькая была. И что, возможно даже, Боги послали её за бабкины заслуги.
Спрашивать у самой старухи никто не решался. Боязно. Может и порчу навести. А сама она молчала. Как рыба об лёд. Только назвала девчушку красивым именем Гамаюн. Так на Руси кличут сказочную птицу счастья.
А Гамаюн и правда, бабкино счастье получилась. Умница, прилежная, толковая. Во всём старухе помогала. Вот старуха и передала девчонке своё умение, всему научила.
За ум, красоту и добрый нрав полюбилась Гамаюн людям. Всяк к ней за помощью ходил - и стар, и мал. А как стала созревать да в пору входить, парнишка из соседнего селенья присмотрел её. Полюбил шибко. И он ей приглянулся. Парнишку-то Прошей звали. Кузнец молодой.
Дело к свадебке двигалось. Но тут случилось. Гамаюн пропала! Пошла в лес, по обыкновению, и к вечеру не вернулась. До темноты ждали, а потом всем селеньем на поиски отправились. Прочесали всю округу. Три дня ходили. Гамаюн – как в воду канула! Только лукошко её пустое в чаще нашли. Старуха от горя лицом потемнела и слегла. А Проша в дорогу засобирался. Правильно рассудил – раз в окрестностях не нашлась любимая его, значит далеко она где-то. Идти надо, искать. Духом не пал. Молодец!
Гамаюн, между тем, находилась в густой непролазной чаще леса. В логове Лешего - Хозяина этого леса. Сама живёхонька-здоровёхонька, но напугана до смерти. Пошла она давеча к белке в лес, бельчат посмотреть. Лукошко прихватила, гостинцы для зверушек. Идёт, солнышку радуется, песенки напевает. Вдруг перед ней полянка открывается, ладненькая такая. Незнакомая, что странно. А на ней ягод полным-полно. Спелые, душистые. Она и бросилась собирать. Вот бабушка-то обрадуется! Варенья на зиму наварим. Вдруг слышит тихий свист. Глядь в сторону, а там, в чаще, зелёный огонёк блеснул. И свист оттуда же. Тихий, нежный такой. Зовёт как будто. Она и пошла посмотреть, что за огонёк такой со свистом. Лукошко на полянке пока оставила. Идёт, а огонёк то совсем близко, то вдруг дальше блестит-мигает. То ли птица неведомая, то ли зверь, не поймёт никак девушка.
Далеко от полянки ушла. Испугалась, поняла, что заблудилась. Ноги в болотине стали вязнуть, сухие ветки-колючки руки, лицо царапать.
Только собралась «ау!» кричать, как видит поодаль, за кустами на пне мужичок сидит. Склонился, лапоть ковыряет. Вместо волос – лохмы травянистые, до пояса висят.
«Доброго здоровья!» - поклонилась мужичку Гамаюн. А он лицо к ней повернул, да как глянет своим зелёным глазом. Одним-единственным! Да как захохочет на весь лес! Так Гамаюн и обмерла. И сразу всё поняла. Что Леший заманил её. Что быть ей женой Хозяина леса, а не Прошеньки своего. И лишилась чувств. Очнулась в его логове. Погоревала чуток, дня три так. И стала думать, как сбежать из неволи.
А Леший уж ухаживать начал, заботиться. Всё, что ни попросит Гамаюн, всё ей приносит. И был бы не муж, а золото, кабы не любовь её к Прошеньке. Хозяин медведя к ней приставил. Для охраны в своё отсутствие. А отсутствовал он часто. За ним же – весь лес. Порядок наводить. Ответственность какая!
Гамаюн же крепко скучала по Прошеньке и бабушке своей. Переживала, как там она одна справляется. Да и люди в селении без её помощи остались. Возвращаться надо. Думала-думала, и придумала, как! На хитрость пошла. Говорит медведю: «Принеси мне, Миша, из лесу материалов для рукоделия. Буду себе приданое готовить. Покрывало сплету.». Медведь послушался, принёс.
Села Гамаюн за работу.
Днём покрывало плетёт, ночью слёзы льёт, горюет.
Покрывало необычное: пёрышки, траву голубую, васильки вплетает, да всё шепчет что-то, нашёптывает.
Много дней плела. А за все ночи столько слёз пролила, что озерцо образовалось. Красивенькое такое, кругленькое. Аккурат овраг заполнило.
Продолжение следует...)