В 1920-е, после Первой мировой войны и революции, в русской архитектуре случился большой переворот — наступила эпоха авангарда. Люди стали мыслить коммунально: хотели вести быт вместе с соседями, при этом сохраняя приватность собственного комфорта. Ярким образцом такой архитектуры стал Дом Наркомфина.
Мы уже рассматривали основные черты конструктивизма, когда говорили о клубах архитектора Мельникова. Автор проекта Дома Наркомфина Моисей Гинзбург задумывал его как «опытный дом переходного типа» — предшественник современных многоквартирных комплексов.
Внешний вид здания соответствует принципам авангарда — простые формы фасадов и светлая равномерная покраска стен. Все изгибы, повороты и неровности при этом функциональны (например, полукруглые дизайнерские балконы улучшают циркуляцию воздуха в доме).
По задумке архитекторов украшения дому добавляет сама природа: солнечный свет, капли дождя или зелень деревьев. Этот принцип хорошо заметен на конструктивистской постройке и сегодня.
Внутри Дома тоже всё просто и эффективно — визуально приятные функциональные формы делают помещения уютными и образуют удобное для жизни соседское пространство.
Дом был построен для работников Наркомфина — раннесоветского аналога современного Министерства финансов, поэтому квартиры здесь получали высокопоставленные чиновники. Здесь жили, например, нарком финансов Николай Милютин и нарком здравоохранения Николай Семашко.
Квартиры в Доме Наркомфина двухэтажные, с большими окнами. В одной из таких квартир находилась мастерская художника Александра Дейнеки.
С 1990-х Дом оказался полузаброшен, а два года назад был бережно восстановлен командой под руководством Алексея Гинзбурга — внука первоначального создателя этого здания.
За сто лет белоснежный дом-корабль окружили другие городские объекты, но он всё так же притягивает внимание прохожих своим авангардным образом.