Вся жизнь человеческая с момента его зарождения и до самой последней черты-является чудом Божьим. И только момент перехода показывает, как и чем жил человек, какие у него были ценности и желания. Наверно истинная личность рождается в момент смерти.
Диагноз-онкология маме поставили в начале июля. Только у двоих людей я видела искреннюю радость на лице после подобного известия. Видимо Господь дает последний всплеск сил уходящим, чтобы они смогли утешить близких, завершить дела, поставить точку в земных заботах. Но это только вначале… Естественно, если не принимать никаких попыток к тому, чтобы остановить болезнь, то организм начинает с очень быстрой скоростью разрушаться. Мама всё отдала на волю Божью. В августе у неё отказали обе почки. Ей сделали операцию-вставили трубки в почки. Это отдельная история, как мы четыре дня отлежали в больнице, показывающая, что надо ценить, любить каждый дарованный тебе день. И даже после этого мама старалась жить наполненной жизнью, и не унывала. Привязывала «мешки- мочеприемники» к ногам и шла в Храм. Но время её земной жизни неумолимо сокращалось… Пить и есть она уже практически не могла, её постоянно рвало. С 1 октября она уже не могла вставать. Для чего я всё это подробно описываю? Ведь если задуматься-человек, испытывая страдания, замыкается на себе, и весь мир перестает для него существовать. Есть только боль и болящий в одном монолите. Но с мамой было совершенно по-другому.
Она никому из навещавших её людей не дала повода брезгливо или с отчаянием отойти от неё. Ни разу, ни перед кем её не тошнило (а посетителей в последние дни было много), она держалась, улыбалась. Мама заказала себе саван, платье и всё что нужно для погребения (успев всё это померить при жизни). Гроб она тоже заказала, выбрав его по фотографии! И за три дня до смерти просила нас привезти его домой (я не очень удивилась бы, если она легла в него еще при жизни). Это было похоже не на переход в мир иной, а как будто она уезжала далеко, и нужно было сделать необходимые приготовления. Все проходило обыденно, без суеты, если бы не те страдания, которые она при этом испытывала…Человек с сильной волей может, наверное, держаться, и не давать повода к истерике. Но боль?! Её ведь нельзя списывать со счетов! Она выматывает, накрывает, отрывает человека от всего внешнего, мирского и суетного. Мама прежде всего не хотела, чтобы было больно нам. И Господь давал ей силы держаться.
За неделю до смерти маме принесли букет роз из своего сада. Она, всегда видевшая красоту и любившая всё сотворенное Господом, радовалась как ребенок. Мама попросила меня найти на клумбах ещё цветов, которые не погибли от первых заморозков. На то, чтобы принести цветов из магазина, она отвечала решительным отказом. Пришлось обзвонить подруг, привезли все что могли, и комната наполнилась маленькими вазочками с последними осенними цветами. Мама была счастлива и до последнего своего часа любовалась ими…
Какая вероятность умереть человеку в тот день, который он сам выбрал? Многие ответят- практически никакой. Мама умерла 7 октября в день смерти своего мужа, нашего папочки, с разницей в шестнадцать лет. Ну разве это не чудо! По всем показаниям мама должна была умереть в ночь с 5 на 6 октября. Оказывается, она «просто» перепутала дни!!! Утром, 6 числа, причастивших Святых Христовых Таин, мама сказала: -«ну вот, сегодня 7 число, можно уходить.» Растерянно глядя друг на друга, мы как можно мягче попытались ей сказать, что сегодня ещё шестое…Надо было видеть мамино лицо. Она выглядела как маленький ребенок, которого обманули. И тогда она произнесла ещё одну фразу: -«ладно, нужно ещё день простоять и ночь продержаться!» И это говорит человек о своей смерти!!! Не о том, что завтра прекратиться боль, она встанет, и радостно пойдет на службу, нет, о смерти…
Мама очень любила Литургию, особенно Херувимскую. 7 октября, причастивших Святых Христовых Таин, в 9 часов утра, когда в нашем храме запели Херувимскую – мама отошла ко Господу. Кстати, 9 октября, день памяти Иоанна Богослова, день похорон-маму внесли в храм как раз перед Херувимской. Отпевали её четыре священнослужителя, и все, кто прощался с ней в этот день, говорили, что испытывали радость, а не скорбь.
Вот такие дела.
