Конечно понятие «доходный дом» чаще всего связывается с внушительными многоквартирными городскими строениями. Но, на самом деле, в разное время недвижимость, предназначенная для сдачи в наем, могла иметь вид весьма далекий от подобного распространенного мнения. Допустим вот этот дом в классическом стиле «с мезонином и флигелями» более напоминающий барскую усадьбу. Он был построен в 1797 году за Калинкиным мостом в бывшем Лифляндском предместье и его владельцы, проживавшие на респектабельной Миллионной улице, похоже с самого начала предполагали его использованием именно в качестве доходного.
Долгое время сей загородный участок на берегу Фонтанки принадлежал знаменитому академику Якобу Штелину. После его смерти в 1785-м «дачное место» наследовала вдова – Елизавета Ивановна, но владела им только пять лет. В 1790-м Елизавета Ивановна продала участок с имеющимися строениями своей внучке – Анне Ивановне – супруге Ивана Ивановича Отта – австрийского подданного и партнера знаменитого мебельного мастера Генриха Гамбса. Еще через два года семья Отт немного расширила участок приобретя соседнее владение и затеяла тут новое каменное строительство. Возможно именно по причине того, что возводимый дом предназначался не для собственного проживания, а для сдачи в наем, работы заняли довольно много времени. Первые объявления, которые удалось обнаружить краеведам, с рекламой для потенциальных арендаторов датируются 1797-м годом. Хотя привлекательность этого дачного места с самого начала вызывала вопросы. С одной стороны – самый конец Фонтанки и близость взморья. А вот с другой… Дом располагался между английской пивоварней и печально известной Калинкинской больницей, что привлекательности для потенциальных клиентов отнюдь не добавляло…
Впрочем арендаторы нашлись, а в числе их были люди весьма известные и очень не бедные. Наиболее примечательным жильцом тут стал действительный тайный советник и знаменитый кабинет-секретарь Екатерины Великой – Александр Владимирович Храповицкий. Он занял «четыре покоя в мезонине» в 1799-м. Собственно именно в этих покоях некогда очень влиятельный масон и литератор скончался в 1801-м на 52 году жизни. В целом же, скорее всего, доходный бизнес супругов Отт, возможные ожидания оправдал не в полной мере. Рекламные объявления в газетах того времени мелькают довольно часто. В короткий отрезок времени дом даже сменил собственника, но к конечном итоге вновь вернулся к Оттам. И пожалуй самый известный арендатор появился у них в 1817-м. За десять тысяч рублей в год сие владение было нанято для размещения знаменитого Благородного пансиона выехавшего из Царского Села.
В ту пору бывший лицейский пансион передали Главному Педагогическому институту в Петербурге который возглавил активный деятель столичного масонства и модного «Библейского общества» Дмитрий Александрович Кавелин. Позднее, по личному указанию императора, он же стал директором этого пансиона (что-то тянуло масонов именно сюда). Но, естественно, сейчас, говоря об этом заведении, фамилию Кавелина вспоминают редко, если вспоминают вообще. В числе преподавателей, которые жили в левом флигеле дома на Фонтанке, вспоминают в первую очередь, учителя русского языка и латыни Вильгельма Карловича Кюхельбекера (к слову тоже активного столичного масона). А в числе учеников, проживавших в дортуарах правого флигеля – Михаила Ивановича Глинку. Ну конечно не забывают и еще одного пансионера – Льва Сергеевича Пушкина, впрочем более по той причине, что тут его часто навещал старший брат Александр, за одно бывавший в гостях и у старого приятеля «Кюхли».
Занятия в пансионе начались в том же 1817-м, но в целом место для размещения учебного заведения, по ранее указанным причинам «соседства», вызывало массу вопросов. И уже в 1821-м Благородный пансион переехал.
В конце 1822-го Иван Иванович Отт наконец то продал это имущество. Его супруга скончалась еще в 1818-м, а формальными совладельцами недвижимости числились их дети, но ключевая роль в сделке безусловно принадлежала самому главе семейства. На этом собственно доходная история этого здания закончилась. Его покупателем стал Воспитательный дом, который решил разместить здесь богадельню. Для этой цели старую работу неизвестного зодчего перестроил главный архитектор столичного опекунского совета Дементий Иванович Квадри. Он соединил флигели с главным домом, перестроил там парадную лестницу и разместил домовую церковь.
И тут началась уже совсем другая история, связанная с различными «попечительскими» учреждениями. Наверное более соответствующая самому месту…
P.S. Написать и показать я все это решил наверное по той простой причине, что подобных, очень близких к оригиналу, «кусочков» классического Петербурга сохранилось очень и очень мало. Туристы тут не бывают. Да и любопытные местные жители забираются за Старо-Калинкин мост очень редко. На мой взгляд – совершенно напрасно, но в общем и целом вполне понятно…