Частичная мобилизация, кажется, показала необходимость бесперебойной работы частного бизнеса и оборонных предприятий на обеспечение военных всем необходимым. Однако патриотические предприниматели, ориентированные на общество потребления, не всегда понимают запросы самого Минобороны и его подрядчиков. Кажется, для решения этой проблемы в Петербурге должен возродиться центр импортозамещения, но с актуальными акцентами.
Первый центр импортозамещения в Петербурге появился еще при губернаторе Георгии Полтавченко в 2015 году. Уже тогда его целью ставилось обеспечение технологической безопасности России. В нем бизнес мог предложить свою продукцию, а также лучше понять запросы экономики и контрагентов, которые оставляли свои запросы. Было бы логично, чтобы вице-губернатор Алексей Корабельников подробно изучил опыт работы центра импортозамещения и лоббировал в Северной столице создание похожей структуры, которая будет работать на загрузку оборонно-промышленных предприятий и бизнеса адресными запросами со стороны Минобороны и подрядчиков ведомства.
Пока же запросы в новой реальности, как предполагается, будет транслировать координационный совет во главе с премьером Михаилом Мишустиным. Однако в его составе, согласно поручению президента Владимира Путина, нет представителей бизнеса, только федеральные органы власти. Результатом работы совета заявляется формирование целевого задания для субъектов экономики, которые уже работают на обеспечение военных всем необходимым.
Петербург мог бы не дожидаться целевого задания и сыграть на опережение, начав сводить подрядчиков Минобороны в разных сферах с потенциальными поставщиками. Этим как раз таки и занимался в прошлом Центр импортозамещения и локализации, а сейчас локализацию можно было сфокусировать на центре военного обеспечения.
Архитектуру центра также логичным кажется сделать по кальке идеи Полтавченко. Вокруг каждого направления удобнее создать тематические кластеры, которые соберут в себе заказчиков и поставщиков. Например, «Водный кластер» ранее принимал заказы для «Водоканала» Петербурга, а сейчас мог бы внимательно прислушиваться к интересам судостроительных верфей. Им передовые разработки подрядчиков в работе явно не помещают. А машиностроительный кластер работал бы на обеспечение завода «Арсенал» или «Кировского завода» комплектующими для техники.
Кроме этого, в центр военного обеспечения в качестве резидентов вписались бы петербургские фармкомпании. Они могли бы под запросы из Минобороны нарастить выпуск тех препаратов, которые наиболее востребованы в зоне СВО. К тому же эта проблема, судя по сообщениям СМИ, актуальная. Например, по фоне старта мобилизации из аптек начали пропадать перевязочные материалы и кровоостанавливающие препараты. Семьи мобилизованных, скупая все подряд, пытались исключить шансы дефицита препаратов в зоне службы. Чтобы избежать такого в дальнейшем и нужен фармацевтический военный кластер.
Отдельно в рамках обновленного центра импортозамещения можно вынести и IT-технологии. В нем можно было аккумулировать компании, которые работали бы на создание безопасного поля внутри страны и обеспечивать шифрование стратегически важных данных.
Так, малый и средний бизнес, заинтересованный в своем развитии и благополучии страны, мог бы не метаться в поисках поставщиков параллельного импорта. А, наоборот, получить четкий список потребностей со стороны потенциальных заказчиков и начать искать пути их удовлетворения. Смольный в этом случае служил бы гарантом для локального бизнеса получения и оплаты заказов для мобилизованных и кадровых военных.
Кроме этого, центр военного обеспечения служил бы своеобразным индикатором, куда стоит двигаться тем предпринимателям, которые намерены реформировать собственные компании или только начинают вести бизнес.
Показательным примером, что подобная структура крайне нужна, стало создание «ЧВК Вагнер Центра». Предполагается, что в нем расположатся патриотически настроенные инженеры и айтишники, которые будут работать на повышение обороноспособности России.
Кажется, что схема с центром военного обеспечения будет актуальна и после завершения СВО. Тогда бизнес мог бы запустить процесс модернизации военного оборудования, обмундирования и других технических средств уже по инерции, показывая для федерального центра глубокое понимание тенденций.