Он умел петь на языке всех ветров мира. Он разговаривал с ветрами и гладил их по всклокоченной шерстке.
Лишь один из ветров был ему не понятен. Тот, который переставлял звуки в словах, играл с ними, как с маленькими разноцветными клубками и пел наоборот. Снизу вверх, наискосок, вверх ногами и в шахматном порядке. Иногда , вместо песен, которых полно в репертуаре каждого, уважающего себя, ветра, начиная с философских баллад и заканчивая высокой нотой турбин авиалайнера, этот ветер часто любил напевать математические формулы и даже старинные кулинарные рецепты, подслушанные у мудрой лесной колдуньи.
Человек, понимавший язык всех ветров мира , захотел подружиться и с этим шалопаем. Однажды он взобрался на крышу старого, полуразрушенного дома, достал из рукава длинного серого пальто губную гармошку и заиграл нежную, прохладную и чуть горчащую на языке, мелодию.
На улицах зажглись фонари, спешили по домам люди…И вдруг его руки коснулась невидимая ладошка.
- Здравствуй! – сказал человек, понимавший язык всех ветров мира.
Он был похож на нескладного чудака-трубочиста в своем сером, неуклюжем пальто.
- Здравствуй! – сказал маленький ветер и сел рядом , приняв облик взьерошенного 13-летнего мальчишки.
- Хорошая мелодия. Не горчит, как перезрелый лимон.
- Она еще не совсем сплелась – смутился человек в сером пальто и достал из кармана карамельку.
- Будешь?
- Да, спасибо!- улыбнулся мальчишка - ветер и благодарно кивнул, с удовольствием захрустев конфеткой.
Затем он забавно пошевелил ногами в разноцветных носках, одетых наизнанку и уже не раз штопанных и спросил:
- А зачем ты меня позвал?
- Я позвал тебя послушать ночь, поглядеть вместе на светомузыку фонарей, понаблюдать за людьми, ощутить пульсацию города. А еще спросить, почему ты не поешь в лад с остальными ветрами?
Мальчик-ветер наморщил нос , проглотил остатки карамельки , затем на мгновение задумался и тихо рассмеялся:
- Если бы я пел в лад со всеми, я бы ни за что не услышал, что твоя гармошка не много фальшивит…
(c) Sally Weisse
