- Мам, можешь посидеть с Кариной часа два? У меня зуб разболелся, а Сашка в командировке. - звоня матери, Лена заранее закатила глаза, предчувствуя ее реакцию.
- Здрасти. Нет бы просто так позвонить матери хоть раз, поинтересоваться, как у нее дела, здорова ли, жива ли? Нет, не дождешься от родной дочери. Зато вот как понадобилось чето, сразу мам. - мать Лены выждала паузу, ожидая, что та начнет оправдываться. Но Лена сидела на стуле с телефоном у уха и с крепко сжатыми губами, заранее решив, что мать оправданий не дождется.
- Мам! Мама! Мам! А с кем ты лазговаливаесь? - маленькая Карина, как обычно, крутилась неподалеку. Лена молчала. Карина не унималась.
- С бабушкой. - тихонько сказала Лена, прикрывая трубку ладонью.
- А, с бааабуськой… - протянула уныло Карина, и потеряв интерес к разговору, занялась своими куклами.
- Ладно, привози на огород ее ко мне. - буркнула мама Лены, почувствовав, что пауза подзатянулась.
- Спасибо, мам! - в голосе Лены слышалось облегчение. На то, что мама приедет сама, Лена даже не рассчитывала.
Так, Карина, давай выбирай какие-нибудь три игрушки, мы сейчас поедем к бабушке на дачу.
Карина с грустью посмотрела на мать и сказала:
- Тебе надо уйти, да? Зубик лечить?
- Да, дочка, надо полечить, очень болит. - ответила Лена, и сделала самое несчастное выражение лица, на какое только была способна.
- А давай я дома сама посизу? - спросила с надеждой Карина.
- Нет, Карина, нельзя деток, таких маленьких как ты, одних дома оставлять.
- Но я больсая, ты сама говолила! - с возмущением заявила Карина-от-горшка-два-вершка.
- Ты большая, да. Хорошо, тогда по-другому скажу. Деток твоего возраста пока нельзя оставлять одних дома. Выбери игрушки, Солнышко, а то поедем без них.
Карина взяла двух небольших кукол и совочек, сложила в розовый рюкзачок, они сели в белую старенькую нексию, и отправились в путь.
В машине было жарко, Лена чуть приоткрыла окно. Ее глаза лучились тоненькими морщинками, когда она улыбалась, поглядывая в зеркало заднего вида на то, как дочка пытается усмирить свои кудряшки, словно ожившие под воздушным потоком. Такая маленькая, и такая смышленая не по годам.
***
Дачный домик занимал небольшую площадь. «На шести сотках особо не развернешься» - рассуждал в слух отец Лены, когда размечал место под фундамент, а Лена с интересом разглядывала колышки, теребила пальцем натянутую бечевку и мотала, как говорится, на ус.
Для того, чтобы на всех хватило места, домику пристроили второй этаж, на который вела довольно крутая деревянная лестница, изогнутая под прямым углом. В тетиву лестницы сразу за поворотом, примерно на высоте полутора метров, был вбит огромный толстый гвоздь, на котором висел Его Величество Пакет С Пакетами. Отец вбил гвоздь, чтобы зафиксировать ступеньку, которая усохла и разболталась в своем пазу. Лена улыбнулась, вспомнив, как ругалась мать, требуя отца убрать этот уродливый гвоздь. Отец просто махнул рукой — мол, потом переделаю. Отец давно умер. Гвоздь остался. Лена вздохнула и сунула в Пакет С Пакетами пакет из супермаркета, в котором привезла печенье, конфеты и пачку чая.
- Не удивительно, что у тебя зуб заболел - проворчала Ленина мама, увидев печенье и конфеты. - Дома, поди, только этим и питаетесь.
И затем громко прибавила: - Карина, доча, сахар это яд!
Карина вопросительно посмотрела на Лену. Лена тихонько помотала головой и слегка пожала плечами.
- Ну ладно, давай, едь уже, лечи свой зуб.
- Карина, слушайся бабушку, хорошо? - Лена поцеловала дочку. - И на второй этаж не поднимайся. Я скоро приеду, даже соскучиться не успеешь.
Карине было скучно. Бабушка молча полола грядку с морковью и на вопросы Карины отвечала односложно.
Сперва Карина решила искупать кукол в бочке с дождевой водой, но увидев в воде странных красноватых вертящихся «червячков с бородой», как она окрестила личинок комаров, передумала, и решила поймать хоть одного, чтобы рассмотреть получше.
- Каринка! Отойди от бочки, всю воду мне выплещешь! Вымокнешь вся! - тут же послышался окрик от бабушки. Карина послушно отошла от бочки.
Рядом с домиком рос дельфиниум. Карина некоторое время любовалась красивыми голубыми цветами, а потом подумала, что с гуще высоких стеблей можно устроить себе домик, и поиграть там с куклами в дочки-матери. Но бабушка и на этот раз окрикнула Карину.
Карина взяла совочек и решила немного помочь бабушке, раз поиграть все равно не получается.
- Я для кого тут садила! - пуще прежнего заругалась бабушка. - Для тебя, наверное, чтобы ты тут вместо песочницы использовала! Всю свеклу мне попортила, а? Марш в дом!
Карина пошла в дом. Бабушка опять повернулась к своей морковной грядке. На крыльце Карина остановилась, и позвала бабушку.
- Бабуська!
- Что еще?
- А пачиму мне нельзя навелх?
- Маленькая еще!
Карина вошла. Послонялась возле стола и поковыряла пальцем пакет с печеньем. Потом взгляд ее упал на лестницу.
- Но я ведь не маленькая. - резонно заключила она, и поползла наверх.
***
- Мама, я вернулась! - громко сказала Лена, входя на садовый участок. - А где Карина?
- Я ее в дом отослала. Ох и наделала она тут делов! - недовольно сказала мама Лены.
Сердце Лены отчего-то ёкнуло. Она вошла в дом, и увидела, как Карина начинает спускаться с лесенки. Перила высоко. Перила это просто обструганная доска, прибитая к балясинам параллельно тетиве. Под перилами ничего нет.
- Мама пливет! - говорит Карина, и в этот момент оступается. Она пытается схватиться своими маленькими ручонками за перила, но промахивается.
Лене бы стрелой метнуться и подхватить ее, но ноги как-будто приросли к порогу от ужаса, да и не добежать так быстро.
Карина пикируетв зазор между тетивой и перилами головой вперед, и у Лены проносится в голове, что это конец, и дочери у нее больше нет.
Но Карина неожиданно зацепляется чуть приспущенными, как обычно, леггинсами за тот самый гвоздь, и нелепо повисает. Лена наконец стряхивает с себя оцепенение, подбегает к лестнице и снимает с гвоздя свою дочь. Лену бьет дрожь. Она садится на пол, крепко обнимая дочь, и начинает тихо всхлипывать.
- Спасибо, папа. - шепчет она.