- Дочка, ну посмотри сколько хороших ребят "местного розлива", вот зачем тебе этот Ганс заморский? - строгим тоном говорил отец Марине.
- Его не Ганс зовут, а Томас, - поправила Марина отца.
- Без разницы, - продолжал говорить Виктор Павлович дочери. - Вот зачем тебе этот немчура?
- Он не немец, а австриец, - снова поправила отца Марина.
- Без разницы, - резко ответил отец. - Он не такой как мы.
- Пап, он хороший воспитанный человек, - возразила Марина.
- Он жмот, куркуль и вражинка! - отчеканил отец.
- Ну паааап! - возмутилась Марина. - Он не такой! Он в России уже больше десяти лет живет. Он уже больше русский, чем австриец.
- Знаем мы одного австрийца, который тоже в 41-м стремился в Москву попасть! - ухмыльнулся Виктор Павлович. - Но знатно получил по своим куцым усишкам, ха-ха! Знатно! Ибо нечего к нам с мечом! Все, не нужен тебе этот Ганс.
- Не Ганс, а Томас, - снова поправила его дочь.
- Без разницы! - гаркнул Виктор Павлович. - Не нужен тебе этот нЕрусь!
- Нужен! - крикнула Марина. - Он отец твоего будущего внука!
- Мать! - крикнул Виктор Павлович жене. - Ты будешь бабкой немчуренка!
Людмила Ивановна слышала весь разговор. Она уже давно знала о том, что дочка встречается с Томасом, а сегодня узнала о том, что Марина беременна. Но была проблема: Виктор недолюбливал все чужое. Хотя надеялась, что дочь его убедит, а рождение внука смягчит его позицию.
- А ты - дедкой! - ответила ему Людмила. - И не немчуренка, а нашего родного внука, который будет воспитан в русских традициях.
Внутренняя радость от того, что он станет дедом все-таки пересилила его ненависть к инородной культуре и, незаметно смахнув слезу, Виктор Павлович строго сказал:
- Да, воспитаем его по-русски! Ладно, веди своего Ганса знакомиться.
- Томаса, - поправила его Марина.
- Без разницы, - отмахнулся от нее отец.
Томас родителям Марины понравился. Вежливый, уважительный, да и Марину любит, сразу видно. Виктор Павлович, конечно же, устроил ему допрос "с пристрастием", но Томас все выдержал, держался достойно и благородно. Виктор Павлович хоть и не полюбил его, но зауважал. Только акцент его очень веселил и, при удобном случае, он всегда над ним подтрунивал. И упорно звал его Гансом.
Жили Томас с Мариной отдельно, а когда родился ребенок, они временно переехали к родителям. А родители были только рады, все повеселее им стало. Виктор Павлович прикалывался над акцентом зятя, а Людмила Ивановна помогала им с ребенком. Томас с юмором реагировал на подколки тестя и совсем не обижался. И даже сам иногда подшучивал над Виктором Павловичем.
Как-то купали ребенка, а горячую воду отключили. Чтоб смыть пенку, нужна была теплая вода и Марина сказала Томасу:
- Скажи маме, пусть согреет воду.
Людмила Ивановна в это время находилась в своей комнате, а Виктор Павлович сидел на кухне и пил чай. Так как Томас был человеком воспитанным, он никогда не заходил в комнату к Людмиле Ивановне, если дверь была закрыта. Он подошел к Виктору Павловичу и сказал ему с акцентом:
- Скажи своей жене, пусть сгареет водУ.
Виктор Павлович, не отрываясь от чая с бутербродом, крикнул:
- Люд, сгори в аду! Зять очень просит.
Томас растерянно смотрел на Виктора Павловича, а тот, изображая полную невинность, улыбался.
Томас понял, что тесть опять над ним подшучивает, добродушно заулыбался и покачал головой.
Так они и живут - весело, дружно и сплоченно. А Виктор Павлович зятя всегда хвалит, считает, что Маринке повезло, что такого Ганса отхватила.