Мне потребовалось много времени, чтобы подготовиться к рождению Дэвида. Сразу скажу, что мой папа был не в восторге от рождения еще одного ребенка, но для меня это, наверное, не имело значения. Главное, что я хотела и ждала собственного ребенка. Токсемия началась в 6 недель и продолжалась каждый день до самых родов. Было пару недель отсутствия токсикоза, как только меня откачивали, но после он возвращался с большей силой. Особенно тяжело было в последние дни, животик большой, а я ворочаюсь, как будто капилляры лопнули. Я как-то дотянула до 32 недель, и врачи сказали, мол, надо рожать.
Я подъехала в больницу, там меня осмотрели, сделали УЗИ и отправили в операционную на кесарево сечение. Перед операцией мне сказали, что ребенок рано или поздно не выдержит всех тягот (об операции я расскажу потом отдельно).
Как только я очнулась, мне сказали, что ребенок сейчас находится в реанимации на кислороде. Грудную полость не вскрывали вообще.
Мне разрешили увидеть ребенка только на 3-й день. Маленький карлик с кучей проводов лежал в кровати. Как только я его заметила, мне показалось, что я сейчас заплачу, слезы куда-то исчезли. Я просто стояла, смотрела на него и была довольна, как будто у моего сына все в порядке со здоровьем. Я ходила в реанимацию несколько раз в день, брала сцеженное молоко, его кормили через трубочку, но мне его больше не показывали, просто забирали молоко и отправляли обратно в палату. Каждый день мне говорили, что ребенок очень тяжелый и что шансов мало.
Через две недели в клинику пришел мой муж и сказал, что его вызвал врач и муж поставил свою подпись на каких-то бумагах (каких именно, он не сказал), и будто бы я тоже должна что-то подписать.
Вечером меня вызвали в кабинет, я зашла, там было несколько врачей и психолог. Они сказали, что сделали все, что могли, и снимут ребенка с аппарата. Утром должна приехать реанимационная бригада, и они будут на отключении. А я не могу больше плакать. Я сказала, что все поняла и вышла из кабинета. Но я ни о чем не думала. Я полностью отключилась от реальности.
Муж вернулся и сказал, что мне, наверное, нужно купить коляску для Дэвида. А он ответил, что ему она не нужна... Мол, он не сможет вынести всех тягот...
Наступило утро. За мной приехали, и я в сопровождении специалиста по психологии вошла в реанимацию. После этого появилось довольно много людей в белых и синих халатах, они дали мне посмотреть на Давида и попросили подойти к столу, чтобы подписать кучу бумаг. Я понятия не имела, что делаю, но продолжала подписывать и подписывать. И мои глаза были только на этой кювете, я пыталась увидеть, что происходило после этого и почему так тихо.... почему они вывели его, но он не плакал...И после этого так много людей...и я ничего не вижу....
Единственное, что я помню, как мне врач сказал, будто от таких не совсем здоровых матерей не все шансы появиться здоровым детям.
Меня попросили выйти из реанимации и сказали, что не нужно сейчас приезжать и давать малко. Целый день со мной провела психолог, она пыталась со мной разговаривать. А у меня не было возможности ее слушать, я просто лежала. Слез не было, а она все умоляла меня заплакать. А я не могу, у меня глаза сухие. Я отвернулась к стене и так до следующего утра и лежала. Я слышала, как соседка по палате говорила медсестре, что я безжалостная мать. После этого ребенку стало нехорошо, и у нее не было ни слезинки.
Однажды ночью мне приснился сон, что я сажусь в троллейбус, еду вперед и вижу, что там сидит дедушка. У него доброе лицо, белоснежная борода, как у дедушек из добрых сказок. В руках у него детская рикша. Он хочет отдать его мне. Возьми коляску, дочка, она тебе нужна. А я говорю ему, что рикша мне больше не нужна. Мой отпрыск умер. А дедушка сказал, что ждет тебя, как будто твой сын активен. И я взяла коляску и проснулась.
Утром... Я выскочила из палаты и сразу в реанимацию. Почему со мной никто никак не разговаривает..... Я заскочила, а кювез, в котором покоился мой отпрыск, был пуст. И тут я рухнула на пол, слезы лились рекой, я чувствовала, что задыхаюсь, хныкала и задыхалась... Медсестра подбежала и заговорила, как будто вы плакали. Посмотрите туда (показывает на пеленальную стойку), ваш Дэвид активен, он хочет быть..... Я впервые в жизни взяла его на руки...
Вошел врач и велел нам зайти. Нас с Дэвидом везут в перинатальный центр. Недавняя реанимация ведет нас в переднюю часть семейного крыла.
А дедушка из сна все еще в моей памяти. А через полгода я покупала, буквально, ту самую коляску из моего собственного сна.
Смотреть пока не удалили (нажмите)
👆👆👆