Через три дня Елену Стрельникову вызвали в СИЗО на свидание с мужем. Алексей сидел за столом и вообще не был похож сам на себя, казалось, что он похудел и его трясло от холода. Он был в наручниках и это настораживало.
- Привет. – Лена присела на стул, напротив.
- Привет, любовь моя. – Леша стал как-то истерически смеяться. - Я тебя поздравляю, ты добилась своего. А я вот, к сожалению, нет. Помешали обстоятельства и излишняя доверчивость. А ты - молодец, я думал, ты вообще никакая. Даже горжусь тобой!
- Леша, что ты такое говоришь? Ты с ума сошел? Кто чего добился? – Лена вообще не понимала, с кем она разговаривает. Перед ней сидел какой-то изможденный человек, от которого можно было ожидать всего, чего угодно.
- Да, я сошел с ума. И ты теперь меня не увидишь, живи и радуйся! Обществу не нужны такие, как я. Я - шлак, мусор, отработанный материал.
- Леш, как ты мог так поступить с Аней? Я все понимаю, но зачем было использовать ребенка и подвергать опасности? Ты точно – псих. Хотя это тебя не оправдывает. Ты же уехал? Ну, и на здоровье, мы, вроде бы, обо всем договорились. Что ты отчебучил? Это Галя тебя надоумила? Я знаю, что она сбежала из России из-за экономических преступлений. Леша! Кто ты? Неужели ты ТАК изменился за несколько месяцев? – Лена закрыла лицо руками.
Алексей начал трясти руками и бряцать цепочкой от браслетов.
- Зато я ни о чем не жалею, это не тошнотная жизнь с тобой, все по правилам, по расписанию, Леночка сказала так, Леночка сказала сяк. Хотя в койке с тобой было хорошо. Врать не буду. – И Кравцов снова как-то демонически засмеялся.
- Леша, ты понимаешь, что ты получишь вплоть до пожизненного? Зачем ты это сделал? Ради денег? Ты – наркоман? – Слезы сами потекли из глаз Елены.
Алексей придвинулся ближе к Лене, глаза его были абсолютно безумными. Он заговорил громким шепотом.
- Да, ты права. Я - наркоман. Так получилось. Но это были незабываемые ощущения. Грани и границы стерлись напрочь. И я подумал, зачем мне теперь ты? Лена - чистейшей прелести чистейший образец. - Алексей шмыгнул носом и потер его. - Вот взять твою сестру, Машу, клевая девчонка, если что, и по мозгам даст, и красивая. Не, ты тоже красивая, но другая. Но "папик" почему-то запал на тебя и влачится за тобой полжизни. Ну, и иди уже к нему. Жаль, на бабосики не удалось раскроить его, очень жаль. - Леша внимательно с улыбкой посмотрел на Лену. - И все-таки в тебе что-то все равно есть, чего нет ни у кого, но я этого так и не понял. Если б ты знала, Ленка, как же мне плохо. - И Алексей с грохотом уронил голову на стол.
- Леш, что ты с собой сделал? Повинись, слава Богу, никто не погиб. Тебя отправят на лечение, ты перезагрузишься. Леша, у тебя сын, вспомни, когда ты виделся с ним последний раз? - Слезы продолжали течь из глаз Елены. - Ну, ведь все же было хорошо.
- А, может быть, я не хочу больше жить? Ни с тобой, ни с кем. Ты тут вообще ни при чем. Всё, иди, я больше не хочу с тобой разговаривать. Я хочу только дозу, но мне ее не дадут. Прощай и забудь про меня. И пусть Аня тоже забудет. Ей не нужен такой дрянной отец. Пусть твой Левантовский заменит ей отца, все не так плохо, малышка. Иди, иначе я устрою буйство. – Кравцов сильно стукнул руками по столу и громко заорал. – Уведите меня отсюда скорее!
Вошел охранник и увел Алексея. Лена вышла следом, её колотило. На улице в машине ее ждал Иван.
- Ну, что? Поговорили? – Левантовский обнял Лену. – Не надо было тебе туда ходить. – Все поехали, Инна сказала, что после 14.00 можно забрать Анечку, говорит, что она сегодня первый раз хорошо поела и даже попросила добавки.
- Поехали. Я хочу забыть сегодняшний день. Это наркотики... Правильно, что в Китае расстреливают и за употребление, и реализацию. Нам тоже надо ввести такую меру наказания. У людей стираются грани, и они продают своих близких, чтобы получить грамм удовольствия, который ведет к неминуемой смерти, в первую очередь, души. – Лена высморкалась. – Да, я забыла у тебя спросить, тебе удалось выхватить деньги? Хотя бы, чтобы отдать Илье? А то будем кидать кости, чью почку пойдем продавать. - Лене было уже все равно.
- Да, ребята сработали по высшему разряду. Они перехватили их на подъезде к Шереметьеву, что-то сказали им, что им пришлось показать багаж, потом просветили пакет и руки ультрафиолетом. Алексей сидел на заднем сидении и проверял деньги, когда ты передала их водителю. Он собирался улетать обратно, но не успел запаковать деньги в чемодан. А еще они обыскали сумку Леши и обнаружили там банку с растворимым кофе, в которой были уложены дозы с белым порошком с его отпечатками пальцев. Кофе – это чтобы отбить нюх у собаки. Но все как-то было сделано топорно, видимо, он настолько был уверен, что уже всемогущ. – Иван посмотрел на Лену. – Илюха, кстати, сегодня заедет к нам. Очень хотел с тобой познакомиться.
- Ваня, я не причесана и мне надо сделать маникюр. Ты что? Предупреждать надо. Ты – сумасшедший! – Лена начала возмущаться и тем самым очень нравилась Левантовскому.
- Не переживай, в нашем доме, на первом этаже есть хороший салон, туда ходит Нина, наша невестка, спроси у нее, к кому там надо идти и сходи. Дел-то? Хотя мне ты и такая нравишься, просто перестань плакать и накрась губки. – Иван погладил Лену по голове.
Ровно в 14.00 Лена стояла у стойки дежурной медсестры в отделении, где лежала Анечка.
- Добрый день. Аню Кравцову уже можно забирать? – Осторожно спросила Лена.
- А, эту художницу? Можно, забирайте. Детвора из всех палат к ней ходила на мастер-классы, думала всю бумагу нам тут изведут на свои художества. Десятая палата, сейчас я документы в папку положу, подходите. – Медсестра улыбнулась.
Лена быстро пошла по коридору, выясняя, где находится десятая палата. Она приоткрыла дверь. Анечка сидела у окна и, разместив на тумбочке лист бумаги, что-то рисовала. Двое других детей сидели вокруг нее и очень внимательно наблюдали.
- Здравствуйте, дети! – Лена вошла в палату. – Анна Кравцова, домой едем?
Аня подняла голову и с криком кинулась к матери.
- Мамочка, любимая моя, я тебя так ждала! – Они обнялись.
Собственно, собирать было нечего, Аня попрощалась с коллегами по несчастью и оставила им все свои рисунки. Забрав выписку, Лена и Аня вышли на улицу. Около машины их ждал Иван. Лена начала первой.
- Аня, познакомься, это Иван Николаевич.
Левантовский наклонился к юной леди и поцеловал ей руку.
- Мама уж очень официальна у нас, можно просто Иван. Договорились? Ну, девочки, быстренько в машину, поедем домой, жутко хочу есть. – Иван открыл дверь и усадил Лену с дочкой на заднее сидение.
«Своя машина, конечно, хорошо, но пока и так сойдет. Зато не надо «париться» о техобслуживании, резине, гараже. Все идет по плану.»
Аня прижалась к маме. Теперь она была в полной безопасности. Лена начала первой.
- Дочка, скажи, пожалуйста, а куда вы ходили с папой в пятницу? Я так волновалась, когда ты не подошла к телефону.
- Папа приехал и сказал, что ты меня отпустила с ним гулять, поэтому я не стала тебе звонить. Мы поехали в парк с аттракционами, катались на колесе, потом я захотела прокатиться на карусели и меня укачало, папа сказал, что надо выпить таблетку, больше я ничего не помнила. – Аня строго посмотрела на мать. – А где сейчас папа?
Ответ на этот вопрос уже был заготовлен Леной и она больше не хотела что-то сочинять и юлить. Конечно, про тюрьму говорить она не хотела, пока.
- Ань, в общем такие дела, папа решил со мной расстаться, ты не случайно заметила, что они с тетей Галей очень хорошо общались на море. В общем, он уехал к ней в Израиль. Они переехали туда. Видимо, хотел с тобой напоследок пообщаться. – Лена выдохнула. – Посмотрим, может быть, он тебе еще позвонит.
- Тетя Галя – злая, она заколдовала папу. – Девочка посмотрела на мать. – Мама, ты не переживай, ты у меня самая лучшая. А Иван – это кто? Он симпатичный, мне кажется, я его где-то видела.
«Господи, помилуй и спаси, ребенок выздоровел.» Лена с любовью посмотрела на дочку.
- Иван Николаевич – это папа Сергея, твоего старшего брата, моя первая любовь, он приехал, чтобы поддержать меня. Он меня до сих пор любит. Мы будем жить у него. У тебя там будет своя очень необычная комната- студия. А еще завтра мы пойдем знакомиться с Петей, это твой племянник, наш Сережа стал папой, а я и Иван бабушкой и дедушкой, представляешь? – Лена засмеялась.
- Ух ты. А в моей комнате можно поставить мольберт? У меня в голове столько идей, столько морских и горных пейзажей. – Аня уже подпрыгивала от нетерпения.
Они подъехали к дому. Иван помог девчонкам выйти из машины. Они поднялись в квартиру. Первое, что бросилось в глаза – это стеклянное футуристическое помещение, построенное внутри комнаты. Это была комната Ани, она была у окна, внутри стоял рабочий стол с креслом, кровать и мольберт со стеллажом для личных вещей.
- Добро пожаловать в наше гнездо. Аня, смотри, вот твоя комната. Там, похоже, успели поставить мольберт. Надо отдельно поблагодарить Оленьку, есть же крутые специалисты своего дела. – Иван довольно улыбнулся.
- Какая красота. – Аня сразу заняла свою комнату. Интересной особенностью этого помещения было то, что стеклянные стены можно было сделать непрозрачными, опустив вниз рулонные шторы. – Я здесь остаюсь. – Девочка начала все рассматривать и была очень весела, что не могло не радовать Лену и Ивана.
- Останешься, это однозначно. Только сначала, марш в ванную после больницы. – Лена развернула дочь и показала, куда надо пойти, чтобы смыть усталость и остатки больницы.
Наконец Иван и Лена остались одни. Лена примостилась за круглым столом на кухне, Левантовский открыл холодильник и обнаружил, что Полина успела наготовить еды.
- О, Полина тоже на высоте. Все-таки мне в жизни очень везет с женщинами. – Иван хитро посмотрел на Лену. – Смотри как все вокруг прекрасно, а, главное, ты снова рядом. – Он подошел к любимой, сел перед ней на корточки и положил ей голову на колени. – Лен, что мне еще надо для тебя сделать, чтобы ты согласилась выйти за меня замуж? Я думаю, что вас сейчас быстро разведут. Ну? Что?
Лена запустила руки в волосы Ивана.
- Я давно согласна, просто в последнее время все некогда было объясниться. Я обещаю, что на этот раз сменю наконец-то свою фамилию на твою, и у нас точно будет целый клан Левантовских. – Она засмеялась. – Ты уже столько всего наделал, что я даже уже не знаю, чего можно желать в этой жизни. Лишь бы еще пожить, посмаковать каждый час и каждый день. - Она чмокнула его в макушку.
- Ну, слава Богу, наконец-то. И не вырывай мне остатки волос. – Левантовский тоже засмеялся.
Иван пошел ставить чайник. Пост стресс еще надо будет пережить, но уже можно снова заняться своими делами, а не быть участником шпионской операции. Как же хотелось уехать в деревню, лечь на травку и посмотреть на чистое голубое небо.
Зазвонил телефон Лены, номер был какой-то неизвестный с кодом "499". Она вышла в комнату и села на диван.
- Слушаю, добрый день. - Лена снова напряглась.
- Елена Владимировна, приветствую, старший следователь Макаров. У меня не очень хорошие новости для Вас. Два часа назад Ваш супруг, Алексей Кравцов, скончался в камере предварительного заключения без каких-либо признаков насильственной смерти. Вскрытие показало острую сердечную недостаточность. Он когда-либо жаловался на сердце?
- Нет... у него была аллергия на березу, а так он был здоров, по крайней мере, по документам. - Лена сползла с дивана на пол.
- Примите мои соболезнования. Я сообщу Вам позже, когда можно будет забрать тело. До свидания. - Лена еще больше сползла на пол.
Левантовский позвал Лену и заглянул в комнату. Он увидел ее, сидящую на полу.
- Что случилось? - Он подскочил к ней, плюхнулся на пол и стал ее тормошить. - Лена, очнись!
- Лешка умер... Следователь звонил... У него что-то с сердечным клапаном... Его могли убить? Сказали, что следов насильственной смерти не было. А где, интересно, сидит его подельник? - Лена говорила так спокойно, как будто сама работала в прокуратуре или СИЗО.
- Слушай, у этих "друзей" может быть все, что угодно. Там так душат иногда и нажимают на такие точки, что следов вообще не остается. А в заключении, что хочешь напишут. А, может быть, и, правда, у него сердце слабое было. Да, ну, и дела. Царствие небесное. Все-таки он был отцом твоей дочери. Кстати, проверь, она там еще в ванной или уплыла в мировой океан. - Левантовский задумался.
Лена проверила Аню, девочка уже сушила волосы феном. Состояние было скорее удовлетворительным, чем нет, даже казалось, что наступило какое-то облегчение. Надо было выпить и поесть.
- Ваня, у тебя есть коньяк или водка? Я хочу выпить. - Она посмотрела на Ивана широко раскрытыми глазами.
- Водка есть в морозилке. Огурцы даже есть соленые. Пойдет? - Он все достал и выставил на стол.
Лена достала тарелки. В холодильнике было много еды. «Наверное, уже надо начинать что-то делать самой. А то можно расслабиться до потери пульса.» Она посмотрела на Ивана.
Левантовский налил по рюмке и выложил из банки на блюдце огурцы.
- Как говорится, упокой Господи душу раба твоего Алексия, прости ему всякое прегрешение, вольное или невольное. Аминь. - Они выпили не чокаясь. - Теперь надо найти момент и как-то сообщить это Анечке. - Да, Елена Владимировна, мы можем теперь спокойно идти в ЗАГС подавать заявление, мы теперь оба свободны. Кто бы мог подумать, что мы доживем до этого именно таким образом. - И Иван налил еще по одной.
Елена взяла рюмку со стола и снова залпом выпила. Внутри стало тепло и нервозность постепенно сходила на нет.
- Ваня, а знаешь о чем я только что подумала. Насчет квартиры на «Академической». У Лешки есть сын, Саша, хороший парень. Он с ним очень мало общался и это крайне незаслуженно. Я хочу, чтобы эта квартира осталась у мальчика, тем более он женился, пойдут дети. У нас же все есть, правда? Мы же поможем ему? – И она посмотрела на Левантовского глазами той Лены Стрельниковой, когда он впервые увидел ее, юную и прекрасную в шортиках и вьетнамках с двумя ракетками от настольного тенниса в руках. Когда стало ясно, что назад дороги уже точно нет и не будет…
11 ноября 2022 года
КОНЕЦ
Подписывайтесь на мой канал, комментируйте, ставьте лайки.