«Эллины» делали все возможное, чтобы привлечь к противостоянию с Персией как можно больше греческих полисов. Дипломаты союза посетили все сколько-нибудь значимые уголки «греческого мира», собирая под свои знамена новых рекрутов. Однако их усилия не увенчались сколько-нибудь заметным успехом, желающих рисковать, вступая в бой с Империей Ахеменидов, не находилось, слова про «общегреческие ценности» и «патриотизм эллинов» помогали мало. Под знаменами Спарты и Афин собрались только их ближайшие союзники, которые не могли отказать своим лидерам в поддержке.
Другие статьи из серии Греко-персидские войны. Поход Ксеркса:
Накануне «греческого похода»
Начало великого похода Ксеркса
Великий мост Ксеркса
Ксеркс подсчитывает свое воинство
Гроза на границах Эллады
Эллада после Марафона. Не время для героев
Афинская политика и политики в эпоху между Марафоном и Фермопилами
Афины строят флот
Дельфийский оракул проповедует непротивление
Создание союза эллинов для войны с Персией
Осенью 481 г. до н.э. в Спарте состоялся Общегреческий конгресс, на котором для противодействия Империи Ахеменидов был создан Эллинский союз. Члены нового Союза именовали себя «эллинами», они поклялись богам не вступать в сражения с другими греками, но вести беспощадную войну с Персией. В состав нового военно-политического объединения вошли Лакедемон со своими «коллегами» по Пелопонесской лиге, Афины и несколько беотийских городов. Общую стратегию борьбы и внешнеполитическую деятельность полисов-союзников определял Совет, заседавший на Истмском (Коринфском) перешейке, на священном участке Посейдона, военными действиями на море и на суше руководила Спарта. (Подробнее об Эллинском союзе ЗДЕСЬ: Создание союза эллинов для войны с Персией). Для того, чтобы прервать активно идущий процесс вручения полисами Эллады символов подчинения посланцам царя царей, на конгрессе было принято решение: «…всякий эллинский город, предавшийся персидскому царю, не вынужденный к этому необходимостью, в случае победы союзников обязан уплатить десятину дельфийскому богу ...» Геродот. Союзники не собирались немедленно нападать на полисы, вручившие Ксерксу «землю и воду», устраивая внутригреческую свару накануне персидского вторжения, но пытались заставить коллаборационистов задуматься о возмездии и тем самым подтолкнуть их к перемене политической позиции. Эта мера оказалась на удивление эффективной и на некоторое время удержала полисы Беотийского союза, фессалийцев и некоторые другие полисы от открытого перехода на сторону персов.
Вслед за тем, Совет пожелал подробнее узнать о силах армии Ксеркса: «…эллины решили послать соглядатаев в Азию разузнать о военной силе персидского царя, который, по их сведениям, находился с войском в Сардах …» Геродот. Греческие разведчики прибыли в Сарды и начали собирать сведения о персидской армии, но были схвачены, что говорит о наличии зачатков контрразведки в Империи Ахеменидов. После интенсивного допроса, персидские военачальники уже собирались казнить шпионов, но им помешал царь царей. Ксеркс «… повелел телохранителям водить эллинов повсюду и показать им все персидское войско, как пехоту, так и конницу, и затем, когда они вдоволь насмотрятся, отпустить невредимыми, куда захотят идти …» Геродот. Владыка Империи Ахемнидов здраво рассудил, что шпионов греки пришлют новых, столь масштабное предприятие все равно скрыть невозможно, зато психологический эффект от созерцания огромных масс персидского воинства должен был произвести нужное впечатление на противника. «… эллины, по его мнению, услышав рассказы о его могуществе, еще до войны откажутся от своей «странной» свободы и поэтому тяжелый поход против них будет вовсе не нужен ...» Геродот.(Более подробно о том, что в это время делали персы ЗДЕСЬ: Начало великого похода Ксеркса).
Пока «мастера тайных дел» играли в свои игры, Совет занимался «высокой дипломатией». «… Они хотели сделать попытку объединить, если возможно, всех эллинов и побудить их действовать заодно пред лицом всеобщей опасности ...» Геродот. В наиболее значительные полисы «греческого мира», не приславшие своих представителей на конгресс в Спарте, отправились посланцы Союза эллинов. «… В Аргос они отправили послов заключить союз против персидского царя. Также отрядили они двух послов в Сикелию (Сицилию) к Гелону, сыну Диномена, и еще других — на Керкиру и на Крит с просьбой помочь Элладе. … Держава же Гелона, как считали тогда, была весьма могущественной и, пожалуй, даже самой могущественной среди эллинских городов ...» Геродот. Геродот ничего не упоминает об отправке послов в земледельческие области Фессалии, Беотии и Локриды, где существовали ничуть не менее «авторитетные», в масштабах Греции, города-государства. Вероятно, «мидизм» правящей там родовой аристократии был общеизвестен, и взывать к патриотизму местных правителей смысла не имело. Фукидид в своей «Истории» напишет от имени гражданина Фив: :«… тогда у нас не было ни равноправной олигархии, ни демократии. Наш тогдашний государственный строй являл собой полную противоположность законности и правовому порядку и ближе всего был к тираническому произволу. Власть находилась в руках самовластной кучки людей. Правители, надеясь в случае победы Мидянина еще больше укрепить свое личное господство, держали народ в подчинении насилием и призвали мидийского царя в страну …».
Незадолго до похода Ксеркса, Аргос потерпел сокрушительное поражение в войне со Спартой, лишился значительной части своих мужчин (Подробнее ЗДЕСЬ: Спарта. Безумный басилевс) и утратил свое прежнее влияние. Вполне понятно, что аргивяне не горели желанием сражаться вместе со спартанцами, да еще под командованием царей Лакедемона. Они обратились к пророчице Дельфийского храма и, надо же какое совпадение, получили совет - оставаться в стороне от войны (Подробнее о дельфийских прорицаниях накануне войны ЗДЕСЬ: Дельфийский оракул проповедует непротивление). После этого Аргос выдвинул спартанским послам заведомо невыполнимые условия: «… Аргосцы отвечали, что готовы участвовать в войне, однако лишь по заключении 30-летнего мира с лакедемонянами и притом еще, если наравне со Спартой они будут стоять во главе союза. Хотя по праву руководство союзом всецело принадлежит им одним, но они удовлетворятся и половинным участием в нем ...» Геродот. Разумеется, послы не могли согласиться на подобное предложение, но, не желая отказываться от помощи сильного полиса накануне войны, они предложили компромиссные условия союза.
«…о мире они сообщат лакедемонскому народному собранию. Что же до руководства союзом, то им поручено объявить: у лакедемонян два царя, а у аргосцев — только один. Недопустимо поэтому лишать одного из них руководства союзом. Однако ничто не мешает аргосскому царю иметь одинаковое право голоса с двумя их царями ...» Геродот. Если бы Аргос действительно хотел принять участие в Союзе, он продолжил бы переговоры и постепенно стороны пришли бы к взаимопониманию, но аргосцам нужен был лишь повод для отказа. «… Поэтому-то, по словам аргосцев, они не могли вынести высокомерия спартанцев и предпочли скорее подчиниться варварам, чем уступить лакедемонянам. А спартанским вестникам аргосцы приказали до захода солнца покинуть Аргосскую землю, а то с ними поступят, как с врагами ...» Геродот. «Отец истории» объясняет нежелание аргосцев воевать их тайными переговорами с персами и их родством. «Мы, персы, считаем себя отпрысками Персея, сына Данаи, и Андромеды, дочери Кефея. Мы все-таки, быть может, ваши потомки». Также Геродот пересказывает ходивший по Элладе слух о том, что «аргосцы просто призвали персов в Элладу, так как они терпели поражения в войне с лакедемонянами и поэтому они предпочли любой ценой избавиться от своей настоящей беды». Впрочем, даже сам Геродот сомневался в достоверности этих слухов, но то, что Аргос не пожелал принять участие в защите Эллады – это уже исторический факт.
Пока лакедемонские послы пытались убедить несговорчивых аргивян вступить в Союз, другое посольство союзников в Сицилии вело переговоры с Гелоном - тираном городов Гела и Сиракузы. Рассказав о грядущем нашествии персидской армии и о создании Эллинского союза, послы закончили свою речь словами: «…Не думай, что персидский царь после победы над нами не придет к тебе, но своевременно огради себя от этого. Ведь, оказывая помощь нам, ты поможешь и самому себе …» Геродот. Гелон же в ответ напомнил союзникам, что некогда города-государства материковой Греции отказались оказать ему помощь в войне с Карфагеном. «…А вот теперь, когда эта война дошла до вас и стоит у вашего порога, тут-то вам пришлось вспомнить и о Гелоне! …» - сказал он. Тем не менее, сиракузский тиран готов был помочь: «… я выставлю вам 200 триер, 20 000 гоплитов, 2000 всадников, 2000 лучников, 2000 пращников и 2000 легковооруженных всадников. Кроме того, обещаю снабжать продовольствием все эллинское войско до конца войны. Однако я даю такое обещание, конечно, лишь при условии, что сам буду предводителем и вождем эллинов в войне против варвара. На иных условиях и сам я не приду вам на помощь и других не пошлю» Геродот.
Это предложение Гелона вызвало решительное противодействие лакедемонян, которые наотрез отказались уступить верховное командование. Тогда «сицилиец» сказал: «… если мое предложение вам так неприемлемо, то я готов кое в чем уступить. Если вы желаете стоять во главе сухопутного войска, то я буду начальствовать над морскими силами. Угодно вам командовать флотом, то дайте мне предводительствовать сухопутными силами. Поэтому вам придется либо пойти на это предложение, либо вернуться домой, не заключив столь важного союза со мной» Геродот. На этот раз возмутились афиняне, согласившиеся уступить командование на море Спарте, но отказывающиеся подчиняться кому-либо еще. «…Ведь, пожалуй, напрасно стали мы самой могущественной морской державой среди эллинов, если мы, афиняне … уступим сиракусянам морское командование ...». В результате всех этих споров посольство окончилось полной неудачей.
Подобных разногласий, конечно, исключить нельзя, эллины отчаянно любили «тянуть одеяло на себя» и отчаянно торговаться, что частенько приводило к развалу их союзов. Однако существует и другое объяснение отказу Гелона вступить в Эллинский союз, Геродот и другие античные авторы об этой причине тоже упоминали, и именно она кажется наиболее достоверной, что отнюдь не делает невозможной вышеописанную «торговлю» за должности и влияние. Дело в том, что греческие колонии на Сицилии и в Италии на протяжении нескольких веков с переменным успехом вели долгую и тяжелую борьбу с карфагенянами. Диодор Сицилийский упоминал о существовании неких договоренностей между Ксерксом и карфагенскими лидерами об одновременном нападении на Грецию и Сицилию, чтобы эллины не могли организовать совместный отпор захватчикам. (Подробнее ЗДЕСЬ: Начало великого похода Ксеркса). «… Карфагеняне, напомним, дали согласие персам покорить сицилийских греков, в то же самое время сделали приготовления в больших масштабах таких материалов, какие были бы полезны в продолжении войны. И когда они завершили все приготовления, они назначили полководцем Гамилькара, выбрав его как человека, который пользовался среди них самым высоким уважением. Он принял на себя командование огромными силами, как сухопутными и так морскими, и отплыл из Карфагена с армией не менее трёхсот тысяч человек и флотом из более чем двухсот боевых кораблей, не говоря уже о многих грузовых судах для перевозки запасов, насчитывающих более трёх тысяч ...» Диодор Сицилийский.
Согласно Геродоту: «…Гелон все же согласился бы помочь эллинам (даже под начальством лакедемонян), если бы как раз в то самое время против него не выступил Терилл, сын Криниппа, тиран Гимеры, изгнанный из Гимеры властителем акрагантинцев Фероном, сыном Энесидема. Войско Терилла насчитывало 300 000 финикиян, ливийцев, иберов, лигиев, элисиков, сардонов и жителей Кирна. Предводительствовал войском Амилка, сын Аннона, царь карфагенян ...». Вполне достоверной представляется такая версия событий: как следует поторговавшись, и даже, для вида, прервав переговоры, сиракузский тиран все же позднее согласился на военный союз с материковыми эллинами. Однако, из-за нападения карфагенян и их союзников, оказался не в состоянии отправить войска на помощь Элинскому союзу. Между прочим, античные авторы никогда не намекали на «мидизм» Гелона, скорее, подобно Геродоту, писали о его стремлении извлечь максимум выгоды из сложившейся ситуации, что являлось «делом житейским» и особо не осуждалось. Зато те же авторы вполне серьезно считали победу Гелона над карфагенянами при Гимере в 480 г. до н. э., событием того же порядка, что и победа Эллинского союза над персами при Саламине. Т.е. по мнению современников Гелон вполне успешно выполнил свою миссию по защите «греческого мира» от варварской угрозы.
Вполне благожелательному отношению эллинов к тирану Сиракуз не слишком повредил даже тот факт, что Гелон «подстраховался» на случай победы Ксеркса. «… Лишь только Гелон узнал о переходе персидского царя через Геллеспонт, как тотчас отправил в Дельфы Кадма, сына Скифа, с острова Коса на трех 50-весельных кораблях, нагруженных великими сокровищами, с дружественными предложениями персидскому царю. Кадм должен был выждать исхода войны: в случае победы варвара отдать ему сокровища, а также землю и воду от городов, подвластных Гелону. Если же победят эллины, Кадм должен был привезти сокровища назад ...» Геродот.
По пути из Сицилии, греческие послы завернули на остров Керкира (Корфу), где провели переговоры о его присоединении к Эллинскому союзу. Лежащий на торговом пути из Италии и Сицилии в Грецию, остров сполна использовал преимущества своего положения и к началу V в. до н.э. превратился в довольно мощное торговое государство, обладающее сильным военным флотом. Стремление Эллинского союза включить в свои ряды еще один сильный и богатый полис было вполне естественным. «…те же самые послы, ранее приезжавшие в Сикелию, старались и их привлечь к союзу, повторяя те же речи, что говорили и Гелону ...» Геродот. Островитяне отреагировали на патриотические призывы послов «правильно»: «… Керкиряне тотчас же обещали им прислать помощь и объяснили, что не допустят гибели Эллады. Ведь если Эллада будет разгромлена, то их также ждет рабство в первый же день. Их долг поэтому всеми силами помочь Элладе ...» Геродот. Однако, со временем правители острова усомнились в способности Греции победить войска Ксеркса. Наверно, в этом нет ничего удивительного, войска Эллады отступали: была оставлена и перешли на сторону Персии Фессалия, битва за Фермопильский проход закончилась поражением и гибелью царя Леонида, после сражения у мыса Артемисий греческий флот отступил, после этого Фивы и другие полисы Беотийского союза подчинились Ксерксу, было принято решение сдать персам Афины… керкирянам было от чего задуматься.
Во главе острова стояли богатые торговцы, а они не любят лишнего риска: «… Когда же пришло время выступить на помощь, они изменили свое намерение. Правда, они снарядили 60 кораблей и, едва выйдя в море, подошли к Пелопоннесу и бросили якорь у Пилоса и Тенара в Лакедемонской области в ожидании, как и Гелон, исхода войны ...» Геродот. Битва при Саламине прошла без участия кораблей с острова Керкира «… в ответ на упреки эллинов, что они не оказали помощи, керкиряне отвечали: они снарядили-де 60 триер, но из-за этесийских ветров не смогли обогнуть Малею. Поэтому-то они и не прибыли к Саламину и вовсе не из трусости не участвовали в этой битве ...» Геродот. Как и Гелона, никто не обвинял островитян в «медизме», Геродот, правда, предположил, что в случае победы персов, они сказали бы триумфатору: «Царь! Хотя эллины и пытались склонить нас к этой войне (наша военная сила и флот весьма велики, и мы можем выставить больше всего кораблей, по крайней мере после афинян), однако мы не пожелали сражаться против тебя и не проявили к тебе враждебности». Но это были всего лишь слова историка, официальных претензий Эллинский союз Керкире не предъявил и десятину в пользу Дельфийского храма с них не потребовал, хотя подобное нарушение союзнического долга было, пожалуй, пострашнее прямого отказа в помощи.
Категорически отказались присоединиться к Эллинскому союзу критяне. После получения предложения присоединиться к борьбе против Персии, они направили своих послов к дельфийскому оракулу, к их ужасу пифия напророчила им гибель в случае вмешательства в дела материковой Греции (Подробнее ЗДЕСЬ: Дельфийский оракул проповедует непротивление). Сложно сказать, насколько жители Крита готовы были сражаться с персами на стороне заморских родичей, но после получения ответа из Дельф у них появилась веская причина остаться в стороне от войны, что они и сделали. Также отказалась от предложенного ей участия в союзе Ахайя (Ахея) - земледельческая страна на северо-западе Пелопоннеса, правящая там родоплеменная аристократия не желала быть вовлеченной в смертельно опасную войну на стороне демократических Афин. Подводя итоги предвоенным дипломатическим усилиям Эллинского союза, можно заключить, что его энергичная дипломатическая деятельность больших успехов не имела, число полисов Эллады, решившихся бросить вызов Империи Ахеменидов, оставалось невелико.
По сути, основу Союза составили Афины и Спарта, чьи противоречия с Державой Ахеменидов уладить мирным путем было невозможно. Вокруг Спарты собралась группа полисов- членов Пелопонеского союза, тесно связанных с Лакедемоном, просто так отказать в поддержке спартанцам они не могли, вот и шли на войну с Персией «за компанию». Беотийские же полисы – Платеи и Феспии также не могли отказать в поддержке Афинам и Спарте, их моментально поглотил бы Беотийский союз, во избежание подобной судьбы они были вынуждены следовать за «старшими товарищами». Полисы Эвбеи также находились под контролем своего сильного соседа – Афин, которые уже продемонстрировали свою власть, введя на остров несколько тысяч «военных колонистов» - клерухов. Одним словом, Эллинский союз состоял из полисов-государств, объединенных необходимостью, которая заставляла их держаться вместе и рисковать, бросив вызов могучей восточной империи. Как это обычно и бывает в реальной жизни, красивые слова про «эллинский патриотизм», «греческий мир» и «противостояние варварам» были придуманы несколько позднее, чтобы «расцветить» серую действительность политической необходимости яркими красками эпического подвига.
При подготовке статьи использованы следующие материалы:
«ИСТОРИЯ ГРЕЦИИ» С.Я. Лурье
"История Древней Греции" Николас Хэммонд
Кембриджская история Древнего мира. т. 4 "Персия, Греция и Западное Средиземноморье"
«История» Геродот
«Античная Греция: политики в контексте эпохи: архаика и ранняя классика» И. Е. Суриков
«ГРЕЦИЯ И АХЕМЕНИДСКАЯ ДЕРЖАВА: История дипломатических отношений в VI-IV вв. до н. э.» Э. В. Рунг
Другие статьи из серии Греко-персидские войны. Поход Ксеркса:
Накануне «греческого похода»
Начало великого похода Ксеркса
Великий мост Ксеркса
Ксеркс подсчитывает свое воинство
Гроза на границах Эллады
Эллада после Марафона. Не время для героев
Афинская политика и политики в эпоху между Марафоном и Фермопилами
Афины строят флот
Дельфийский оракул проповедует непротивление
Создание союза эллинов для войны с Персией