Нам с моим другом было лет по двадцать, когда Витька придумал этот не слишком пыльный способ заработка. На старой, видавшей виды «Ниве», доставшейся моему другу в наследство от покойного отца, мы ездили по заброшенным деревням и хуторам, прибирая к рукам брошенный хлам.
К слову, старый хлам отлично раскупали коллекционеры. Чего только мы не находили в заброшках! Через наши руки прошли масса целлулоидных пупсов, старинные фотографии, открытки, всевозможные старые скляночки и пузырьки от советских духов, календарики, монеты, а также предметы быта, вроде тяжеленных утюгов, в которые засыпали раскаленные угли.
Всего уж и не упомнить. Но главное, о чем мечтают все любители заброшек, нам ни разу не попадалось. Мы с Витькой мечтали найти клад, но ни разу не нашли ни золотых изделий, ни даже гнутой серебряной монеты.
Правда, коп металла нам принес гораздо больше барышей, чем принес бы найденный царский червонец. Только это нас с приятелем и утешало — деньги за продажу предметов старины и выкопанный металл мы получали неплохие, а что ни разу не нашли клад — ну, значит, не судьба.
Не всем это дано — находить сокровища. Но если я смирился с этим обстоятельством, то Витька не терял надежды. Он то покупал какие-то старые карты, то ездил по округе, расспрашивая стариков об истории их краев, аккуратненько выведывая у них сведения о заброшенных барских усадьбах или местах, где стояли дома некогда расстрелянных кулаков.
Как-то прибежал ко мне крайне возбужденный Витька, глаза горят! Стал сбивчиво рассказывать о том, как в очередной раз прокатился по глубинке, выведывая сведения о старых домах и заброшках. Кто-то из местных стариков поведал ему о странном богатом чудаке, поселившимся в богом забытом месте. Так про него и сказали — наш местный «граф Дракула».
Вроде как, этот пожилой мужчина приехал после перестройки из-за границы, построил огромный дом в чистом поле за лесом. Вроде как, мужчина этот действительно графских кровей. Раньше приезжал в глухую деревню за провиантом, а теперь перестал ездить — никак, помер. А поскольку этот сумасшедший богач ни с кем из этой деревни дружбы не водил, то никто не стал проверять, куда он делся. Да и некому особо ехать через лес и топи — молодежь из деревни разъехалась, остались одни старики.
— Слушай, а давай мы проверим дом этого «графа Дракулы»? Вдруг старики не врут, и мы наконец-то реально найдем сокровища!
Сказано — сделано. Витька завел дребезжащую «старушку-нивушку» и мы отправились в путь.
Дом, одиноко стоявший посреди то ли поля, то ли луга, мы нашли относительно быстро. Ограды вокруг дома не было и он почти не выглядел заброшенным. У строения была целая крыша, неподалеку находились хозяйственные постройки.
— Что-то гаража я здесь не наблюдаю. На чем же он в деревню-то ездил? — оглядев деревянные строения, скептически хмыкнул Витька.
— Да и дом не слишком похож на заброшку. Видимо, наврал мне дед, который байку про богача-отшельника мне рассказывал.
Сперва мы решили осмотреть хозяйственные постройки. Одна из них оказалась небольшой конюшней, там мы обнаружили некое подобие деревянной брички и павшую лошадь. Судя по всему, бедная коняга пала от голода. Лошадь пала не так давно, но ребра у бедняги были наперечет.
В дом было заходить боязно. Вдруг этот загадочный «граф Дракула» не умер? Выйдет откуда-нибудь хозяин и предъявит нам за мародерство.
Но Витька был непреклонен:
— У нас с тобой что, на лбу написано, зачем мы пришли? Тем более, что мы пока еще ничего здесь не взяли. Если появится хозяин, скажем ему, что заблудились. Не бзди ты так, пошли уже!
Дверь оказалась не запертой. Мы вошли в темный длинный коридор, сплошь увешанный вениками из трав, которые в изобилии сушились под потолком. На грубо сколоченных ящиках тут и там лежали обработанные шкуры животных. Некоторые из них висели на растяжках, подготовленные для вычинки. Но больше всего нагоняли жути искусно сделанные чучела птиц и диких животных. Похоже, что загадочный «граф Дракула» был охотником или таксидермистом.
Миновав искусные таксидермические композиции, мы вошли в просторную комнату. Нам пришлось включить фонарики — ощупав стены, Витька не нашел выключателя. Отшельник жил без электричества.
Всю стену комнаты занимал огромный шкаф с книгами. Это были старинные фолианты про охоту. Заинтересовавшись старинными книгами, мы не сразу обратили внимание на присутствие в комнате самого хозяина...
Вернее того, что он него осталось. Мумифицированное тело мужчины покоилось на кровати, укрытое одеялом. Рядом с кроватью находился еще один таксидермический экспонат, представлявший собаку охотничьей породы , свернувшуюся калачиком.
Каково же было наше удивление, когда при попытке подойти к кровати, пес ожил и даже предпринял слабую попытку подняться. Собака так ослабла от голода, что ей это не удалось — издав слабый стон, пес повалился на пол.
Витька, обожавший собак, не удержался от восхищенного возгласа:
— Ты только посмотри на этого пса — вот это верность! Предпочел погибнуть от голода, охраняя тело хозяина.
Виктор склонился на собакой, протянул руку ему под нос.
— Не надо, Витька! Еще укусит.
Виктор презрительно ответил:
— Не укусит. Собаки всегда чувствуют, когда к ним с добром.
Пес понюхал руку парня и тяжело вздохнул.
— Не бойся, дружище, я помогу тебе...
Казалось, Виктор совсем позабыл о цели нашего визита. Как вы поняли, нашей целью была нажива, но увидев пса в таком плачевном состоянии, мой друг совсем забыл, зачем мы сюда пришли. Он с легкостью подхватил истощенное животное на руки и направился вон из комнаты.
Неожиданно раздался странный звук. Будто бы легкое шуршание, затем что-то мягкое упало на пол. В этот момент Виктор с псом на руках проходил мимо стола-тумбы с ящиками, заваленного рукописями, набросками и чертежами. Резко развернувшись на звук, Витька бедром зацепил тумбу. Со стены сорвалась картина в массивной раме, изображающая охотничью сценку. Со всей силы картина обрушилась на стол, да так сильно, что выскочил один из ящиков.
Звук, который привлек наше внимание, оказался шумом соскользнувшего одеяла. Видимо, поднимая собаку, Витька на него наступил, и оно упало. Казалось, что тело покойного хозяина пса немного развернулось в нашу сторону.
Если честно, то я в этот момент едва кирпичей не наложил. То ли дело Витька! Мой друг был спокоен, даже примирительным тоном обратился к покойнику:
— Не волнуйся ты так, с твоим другом будет все в порядке. Я окажу помощь твоему псу и оставлю его жить у себя.
После этих слов выдвинувшийся ящик с грохотом упал на пол. Из него выпала и раскрылась от удара большая бронзовая шкатулка. По полу рассыпалось множество монет — золотые, серебреные, царские, луидоры, монеты неизвестных нам держав, похоже, тоже старинные...
Похоже, покойный так отблагодарил нас за спасение своего четвероногого друга.
Собрав монеты, мы сперва отвезли пса к ветеринару, затем вернулись за книгами. К слову, не все из книг были старинными — в библиотеке встречались и современные издания. Заодно нашли документы покойного.
Старики не соврали — фамилия у него действительно была дворянской. Мельком просмотрели его рукописи. Дяденька был не только охотником и таксидермистом, но и хорошим натуралистом — он вел дневники, аккуратно записывая туда свои наблюдения за животными.
Не найдя кроме книг и кое-какого бытового железа ничего особо ценного, мы сделали анонимный звонок в полицию, сообщив о нахождении тела.
Пускай этого щедрого покойника похоронят по-человечески. В свою очередь, Витька выполнил обещание, данное покойному — найденный в доме пес благополучно выздоровел, теперь живет у него. Виктор назвал пса Дик и стал ему добрым хозяином.