Помню, как в 90-е годы, когда у нас наступила гласность и плюрализм мнений, на телевидении появилось много передач, в которых рассказывали про то, как в советское время всякие худсоветы, состоящие из партийных функционеров, душили настоящее искусство, диктуя писателям - что им писать, режиссерам - что и как им снимать, музыкантам - что им петь. Мы слушали, развесив уши и вытаращив глаза: Ужас! Кошмар! Наконец-то наступили времена, когда нет никакой цензуры и можно творить всё, что душе угодно! До чего же мы были наивны и глупы!
Когда мы собираемся всей семьёй у телевизора, мы долго не можем выбрать кино. Нас пять человек разных возрастов и интересов. Долго перебираем варианты и в конце концов включаем старую добрую комедию Гайдая или Данелии. Любое советское кино - шедевр. Душила-душила цензура творческую интеллигенцию, а после того, как душить перестала хорошее кино иссякло. Из всего, что было снято за 30 лет, стоящие фильмы можно по пальцам сосчитать.
А когда я занимаюсь домашними делами, у меня, как правило, играет советская музыка, написанная в 60-х-70-х годах прошлого века. А где нынешние Кобзоны и Магомаевы? И во что превратилась старая добрая Алла Борисовна!
Только ли в советское время была цензура? Нет, конечно! В советской школе нам ничего про советскую цензуру не рассказывали. Зато я помню, как нам рассказывали про царскую цензуру. Как Ленин писал в книгах свои тексты молоком между строк, чтобы жандармы не могли их прочесть и изъять. А ещё про то, как Пушкина и Достоевского в ссылки ссылали за их творчество. Вот, мол, какие плохие были цари! Но как ни душили Пушкина с Достоевским, никто по сей день не написал ничего столь же великого, как их бессмертные творения.
Живя в постсоветской России, мы слушали про ужасы советской цензуры и радовались, что цензуры больше нет и не будет. Глупые, наивные. Цензура была и очень жёсткая. Но только не партийная, а "либеральная". Помню, как однажды я отправил свою повесть в одно очень известное и уважаемое литературное агентство. Книжные издательства никогда не отвечали на мои письма. А эти ответили. Такой поток ругани пришёл в ответ, что я неделю оправиться не мог. Я, видите ли, оскорбил их утонченные эстетические натуры тем, что сделал героя из простого провинциального паренька, который строит линии электропередач, любит свою Родину, мечтает иметь семью, воспитывать детей и работать учителем в школе. Для этой столичной либерды мой герой – быдло, не достойное дышать с ними одним воздухом. И уж тем более не достойное того, чтобы о нём писали книги.
Один хороший человек – очень успешный (с коммерческой точки зрения) писатель, сокрушался, что я зря растрачиваю свой талант на то, что никогда не будет продаваться. Он уговаривал меня написать детектив и обещал, что лично похлопочет, чтобы этот детектив был издан. Я даже пробовал начать. Но это не моё. Лучше я подожду, пока либерда лишится власти, когда выметут поганой метлой из книжных магазинов акуниных, быковых и прочую мерзость и отдадут полки нам – «ватникам». Это обязательно случится! Вот увидите!