Елена Павловна из кабинета начальника вышла с испуганном лицом. Из её глаз по щекам скатывались мелкой росой слёзы. Женские разговоры на женские темы сменила гробовая тишина. Сотрудницы бухотдела знали, каково это побыть хотя бы три минуты в чистилище, так называли в этом учреждении кабинет начальника.
Наконец из какого-то угла прозвучало робкое «За что?».
- Да ни за что! – заливалась слезами Елена Павловна. – Не с той ноги встало чудище... Дайте валерьянки!
- Посмотри на себя в зеркало! – подавая страдалице пузырёк с валерьянкой, участливо проговорила бухгалтер с большим стажем работы Клавдия Васильевна.
- Представляю, в каком настроении явишься домой и какой у тебя будет ужин с мужем... Пойми меня правильно, Лена, нельзя быть такой чувствительной. В старость до времени себя загонишь. Нельзя так расстраиваться, у начальника свой начальник. Друг с другом соревнуются в наведении порядка крепкими словцами. Бог с каждого спросит за нанесённые обиды подчинённым! Впрочем, все словесные уговоры, советы, наставления, как правило, занятие пустое. – Клавдия Васильевна сделала паузу, аудитория застыла в ожидании, что же последует далее. Глубоко вздохнув, бухгалтер с большим стажем, наконец, продолжила.
- Слушай меня внимательно, – обратилась она к Елене Павловне, – заведи себе кошечку, причём не медля. Это милейшее создание природы лечит от стрессов лучше всякого корвалола и валерьянки. Моё лекарство – моя Маркиза. Не успею её посадить на колени, как она начинает мурлыкать. Не люблю слова этого, не мурлычет моя Маркиза, а поёт, да ещё как?! Лишь только прозвучат первые ноты в её исполнении и я, словно по мановению волшебной палочки, оказываюсь на поляне, утопающей в цветах. Слышу пение птиц, которое сливается в какую-то невероятно божественную симфонию, напоминающую «Вальс цветов» Петра Ильича Чайковского...
- Клавдии Васильевне этого дифирамба в честь своей любимицы показалось мало. Оказывается, не зря она назвала кошку Маркизой.
- Чистоплотна до высшей степени, – последовало дальше повествование. – После еды не то, что губки свои оближет, подай ей помаду она ещё и их подкрасит. А уж какая умница – словами не передать! Представляете, телепатией обладает. Не успею встать с кресла, как Маркиза уже у холодильника.
- Потом последовало в ярких красках описание спортивных достижений любимицы Клавдии Васильевны.
- Вы не поверите, но это факт: без разбега запрыгивает с пола на сервант. Уляжется там и смотрит телевизор…
Повествование старшего бухгалтера оборвалось не на слове, а на его половине. В дверях выросла фигура начальника отдела, от одного взгляда которого у сотрудников застучали клавиши компьютеров. Когда громовержец (среди многих кликух у начальника была и такая) ушёл, разговор в отделе уже шёл о другом: где взять Елене Павловне котёнка.
Клавдия Васильевна и тут не растерялась. Достала из сумки свежий номер газеты, открыла последнюю страницу и прочла: «Отдам бесплатно в надёжные любящие руки котёнка». Дальше – номер телефона.
… Вечером этого дня порог своего дома Елена Павловна переступила с котёнком в руках. Муж, увидев рыжее существо с зелёными глазами, чуть не поперхнулся орешком во рту. Во время трансляций по телевидению футбольных матчей он любил лакомиться чем-нибудь.
- Зачем? – проговорил он коротко и сердито. – Мало тебе других хлопот по дому. Впрочем, как знаешь. Меня в помощники не зови.
- Сама справлюсь, – хладнокровно отвечала жена. – Это не просто котёнок, это самое надежное лекарство от стресса. Ты не представляешь, какую головомойку устроил мне сегодня наш сатрап. До слёз довёл…
- И как ты назвала своё лекарство? – съехидничал муж.
- Василиса… Не правда ли красивое имя? Сказочное...
К Василисе Елена Павловна вскоре прибавила ещё и слово Прекрасная.
… Дети быстро растут, а кошки, как известно, и того быстрее. Не прошло и трёх месяцев, как по квартире уже бегало существо, обладающее всеми кошачьими повадками, которыми так восхищалась Клавдия Васильевна. Мужу Елены Павловны они не нравились, ведь помимо любви к спорту Василиса Прекрасная оказалась еще той гурманкой, ела только деликатесы из зоомагазина, что не могло не отражаться на семейном бюджете. Но больше всего он возмущался настоящим вандализмом Василисы Прекрасной. Мебель стонала в муках от её когтей. Диван превратился в посмешище, двери окрасились какими-то сюрреалистическими извилистыми линиями. Глядя на все это, муж в один прекрасный день объявил: «Я или она!». Потом глянув на умиротворённое лицо Елены Павловны, задумался: с каких это пор оно стало таким …
- Ах, да… лекарство от стресса! Ну так и быть, остаёмся оба! – с трудом выдавил он из себя.
Елене Павловне ничего другого не оставалось, как одарить мужа обворожительной улыбкой.