Я, как и многие мои соотечественники, живу в многоквартирном доме. Обычная многоэтажка в спальном районе Москвы, ничего не обычного. Это на первый взгляд. Но все мы знаем что современные панельные дома имеют одну очень важную особенность - тонкие стены и как следствие отличную слышимость. Чем новее дом, тем более хороша слышимость в квартирах. И волей-неволей ты становишься свидетелем жизни свих соседей. Чтобы лучше погрузиться в атмосферу именно моего дома/квартиры, отмечу, что когда у соседей играет музыка, я включаю на телефоне Shazam* и он без труда определяет песню.
В целом, соседи мои люди хорошие. Немного отличаются наши музыкальные вкусы, т.к. они слушают в основном попсу. А вот их дети радуют - слушают рок, старый добрый рок. И по музыке можно определить, дома ли сейчас родители.
Но чаще других я слышу одну семейную пару. Откуда-то сверху, не могу разобрать откуда точно. Женщина - это просто наказание! Она как раз та самая вечно пилящая мужа жена. Стабильно три-четыре раза в неделю она заводит свою пилу. Около одиннадцати вечера, ведь это самое время. Я не могу разобрать слов, слышу только : бубубубубубубу. Это бу-бу-бу может продолжаться до получаса! Непрерывно.
А мужчина, спросите? Мужчина молчит. Очень редко от него можно услышать возмущенные реплики :
- Да я тебе ничего и не говорю! - и снова тишина. И только это женское бубубубу.
Я не знаю сути конфликта, но это и не важно. Меня удивляет, как же она не устает и откуда берет столько слов в конце концов? Эту бы энергию да в нужное направление! И я по хорошему завидую выдержке этого мужчины - стальные нервы!
Пытаюсь представить, о чем же этот мужчина думает, в очередной раз слушая бубнежь. Как сдерживает себя? Считает до тысячи? Медитирует? Читает молитвы? Потому что даже мне из-за стены хочется крикнуть : да заткнись же ты наконец!
А вчерашним вечером бубнящий голос сменил интонацию, тембр, ритм. Вчера она наконец-то была довольна и этого нисколько не скрывала. Причем, в других квартирах было на удивление тихо - никаких говорящих телевизоров, смеха, бегающих детей. Будто весь подъезд замер и слушал. И эхом меж панельных стен разлетелось:
-О боже, я больше не могу! - и снова приглушенные ахи и вздохи. Только ее. Мужчину по прежнему молчал. Лишь кашлянул, когда она наконец затихла.
Следом где-то заиграла попса, захлопали двери, заплакали дети. Подъезд радостно ожил.
А я думаю об этом соседе : мужик, что ты такое? Где таких выращивают? И еще о том, как он эту женщину любит, ведь ни разу не позволил себе ответить грубо, усугубить ссору. Кремень.