Мне осталось жить три года. - Через три года я сдам квартиру этому "маленькому монстру" и позволю ему жить там, как он хочет. Но я не могла не видеть перед глазами торжествующее лицо Маринки и ее слова: "Ты мне не мама. Вы должны кормить меня, поддерживать меня и не указывать мне, что делать.
Сосед вздыхает, "сопровождаемый" криками, бьющимися тарелками и семейными ссорами, слышными до поздней ночи. Муж Лизы вмешался и сказал. Он стал проводить большую часть времени дома, а свободное время - с друзьями или кто знает где.
Затем Лиза фантазировала о том, как после потери банка отнесет "зверя" в детский дом. Однако она поняла, что у нее не хватило смелости сделать этот шаг, и не могла понять, где она совершила роковую ошибку. Когда она решила превратить 13-летнюю девочку, брошенную собственной матерью, в ангелочка, а не в безрассудного подростка? Или когда Маринка решила забыть годы, проведенные в детском доме, и поселиться в приемной семье, как в своей собственной, поблагодарив при этом "папу" и "маму"? Или когда она узнала, что Марина - отчаянная лгунья, воровка и прогульщица, а на шлепок по щеке отвечает взглядом ненависти и злобным шипением "ты еще пожалеешь"?
Лиза снова и снова слышала, что наследие детей в детских домах - это не дар, а видение и теоретическое знание болезненных переживаний своими глазами. В течение десяти лет она стучалась в двери именитых врачей с мечтами о собственных детях, но ей ставили печальный диагноз: "Ваша болезнь неизлечима! В отчаянии она обратилась к гадалке, которую ей посоветовала школьная подруга, и та сказала ей, что Бог поможет ей, если она сможет взять ребенка из детского дома и спасти его.
К сожалению, малышей, которым не был поставлен неправильный диагноз, уже забрали богатые приемные родители, оставив безнадежных инвалидов Лизу и Сергея. Позже, измученные желанием стать матерью, они решили удочерить девочку. Сергей, привыкший не вмешиваться в женские дела, решает найти общий язык со взрослой девушкой, а его трудоголик и решительная жена заставляет Лизу действовать самостоятельно и придумать, как приручить Маринку. А Лиза, ее подушка была мокрой от слез, пыталась держаться, повторяя снова и снова: "Еще немного, потерпи, не сдавайся.
Тем не менее, она не теряла надежды, что девочка с циничным взглядом, которую она называла "маленьким монстром", вырастет в живую, любящую дочь. "Это гормоны", - сказала себе Лиза, вспоминая собственный подростковый возраст и думая, что однажды Маринка позвонит маме.