2696 подписчиков

Первый КСОЮ: по каким основаниям отменяли и изменяли приговоры во 2-ом квартале 2022 года. Процессуальные вопросы

14 ноября 202214 ноя 2022

92 мин

Справка о результатах применения уголовного и уголовно-процессуального законодательства судами, входящими в кассационный округ, за второй квартал 2022 г. (на примерах кассационной практики судебной коллегии по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции) Целью настоящего обзора является изучение практики рассмотрения уголовных дел и материалов судами, входящими в кассационный округ, выявление наиболее характерных ошибок, допускаемых судами, разрешение спорных вопросов и выработка практических рекомендаций для единообразного применения законодательства. Также смотрите: Первый КСОЮ: по каким основаниям отменяли и изменяли приговоры во 2-ом квартале 2022 года. Назначение наказания Первый КСОЮ: по каким основаниям отменяли и изменяли приговоры во 2-ом квартале 2022 года. Квалификация преступлений Вопросы процессуального права Военным судам подсудны дела о всех преступлениях, совершенных военнослужащими и гражданами, проходящими военные сборы, дела о преступлениях, совершенн

Справка

о результатах применения уголовного и уголовно-процессуального законодательства судами, входящими в кассационный округ, за второй квартал 2022 г. (на примерах кассационной практики судебной коллегии по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции)

Целью настоящего обзора является изучение практики рассмотрения уголовных дел и материалов судами, входящими в кассационный округ, выявление наиболее характерных ошибок, допускаемых судами, разрешение спорных вопросов и выработка практических рекомендаций для единообразного применения законодательства.

Также смотрите:

Первый КСОЮ: по каким основаниям отменяли и изменяли приговоры во 2-ом квартале 2022 года. Назначение наказания

Первый КСОЮ: по каким основаниям отменяли и изменяли приговоры во 2-ом квартале 2022 года. Квалификация преступлений

Вопросы процессуального права

Военным судам подсудны дела о всех преступлениях, совершенных военнослужащими и гражданами, проходящими военные сборы, дела о преступлениях, совершенных гражданами в период прохождения ими военной службы, военных сборов, а также дела, отнесенные к компетенции военных судов Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

По приговору мирового судьи 210 судебного участка Раменского судебного района Московской области от 6 ноября 2018 г., оставленному без изменения судом апелляционной инстанции, Г. осужден по ч. 1 ст. 115 УК РФ.

Рассматривая данное уголовное дело, суды не учли, что на основании ч. 5 ст. 31 УПК РФ гарнизонный военный суд рассматривает уголовные дела о всех преступлениях, совершенных военнослужащими и гражданами, проходящими военные сборы, за исключением уголовных дел, подсудных вышестоящим военным судам.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 7 Федерального конституционного закона от
23 июня 1999 г. № 1-ФКЗ «О военных судах Российской Федерации», военным судам подсудны дела о всех преступлениях, совершенных военнослужащими и гражданами, проходящими военные сборы, дела о преступлениях, совершенных гражданами в период прохождения ими военной службы, военных сборов, а также дела, отнесенные к компетенции военных судов Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Согласно выписке из приказа командующего войсками оперативно - стратегического командования воздушно-космической обороны от 26 июля 2010 г. Г. был назначен начальником расчета (приемных устройств обзора и сопровождения) отделения боевого управления радиотехнической батареи зенитного ракетного дивизиона
614 гвардейского зенитного ракетного полка 5 бригады воздушно-космической обороны оперативно-стратегического командования воздушно-космической обороны.

Приказом главнокомандующего воздушно-космическими силами от
16 ноября 2018 г. № 169 Г. назначен командиром зенитного ракетного дивизиона
614 гвардейского зенитного ракетного полка 5 дивизии противовоздушной обороны
1 армии противовоздушной и противоракетной обороны (особого назначения) воздушно-космических сил.

Учитывая, что Г. на момент совершения инкриминируемого преступления являлся военнослужащим, уголовное дело в отношении него подлежало рассмотрению гарнизонным военным судом.

Первый кассационный суд общей юрисдикции по кассационному представлению прокурора судебные решения отменил, уголовное дело передал на новое рассмотрение в суд первой инстанции со стадии подготовки дела к слушанию.

(Постановление № 77-2354/2022 от 11 мая 2022 г.)

Судья, ранее высказавший в ходе производства по уголовному делу свое мнение относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, не должен принимать участие в дальнейшем рассмотрении дела, чтобы не ставить под сомнение законность и обоснованность решения, которое будет принято по этому делу.

По приговору и.о. мирового судьи судебного участка № 79 Центрального судебного района г. Тулы - мирового судьи судебного участка № 78 Центрального судебного района г. Тулы от 28 июля 2021 г., оставленному без изменения судом апелляционной инстанции, Р. осуждена по ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (два преступления), на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ к штрафу в размере 100000 рублей.

Законность при производстве по уголовному делу обеспечивается, в том числе, путем устранения от участия в нем лиц, подлежащих отводу.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому право на судебную защиту и возлагает на суд обязанность обеспечить справедливую процедуру принятия судебных решений.

Как следует из материалов уголовного дела, судебное разбирательство провел и постановил приговор в отношении Р. и.о. мирового судьи судебного участка
№ 79 Центрального судебного района г. Тулы - мирового судьи судебного участка
№ 78 Центрального судебного района г. Тулы Н.

По постановлению этого же мирового судьи от 28 июля 2021 г. в удовлетворении ходатайства защитника Р. - адвоката М. о прекращении уголовного дела и назначении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа отказано. При этом из текста постановления от 28 июля 2021 г. усматривается, что мотивируя отказ в удовлетворении заявленного защитником ходатайства, мировой судья указал, что
Р. совершила преступления небольшой тяжести. Таким образом, мировой судья недвусмысленно высказался о доказанности вины Р. в совершении инкриминированных ей деяний.

Первый кассационный суд общей юрисдикции по кассационной жалобе защитника осужденной судебные решения отменил, уголовное дело передал на новое рассмотрение мировому судье другого судебного участка.

(Постановление № 77-1744/2022 от 19 апреля 2022 г.).

По аналогичным основаниям отменены приговор Стародубского районного суда Брянской области от 14 сентября 2021 г. и апелляционное постановление Брянского областного суда от 25 ноября 2021 г. в отношении К. (Постановление № 77-2856/2022 от 21 июня 2022 г.).

В соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ и разъяснениями, данными в п. 6 постановления Пленума Верховного суда РФ от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре», в описательно-мотивировочной части приговора надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом в приговоре должны быть изложены доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приведены мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом.

По приговору Боровского районного суда Калужской области от 24 мая 2021 г., оставленному без изменения судом апелляционной инстанции, К. осужден по
ч. 4 ст. 159 УК РФ, на основании ч. 5 ст. 74, ст. 70 УК РФ 4 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ по уголовному делу подлежит доказыванию характер и размер вреда, причиненного преступлением.

Как следует из приговора, К., будучи осведомленным о задолженности
ООО «Гроот» и возбуждении в отношении предприятия исполнительного производства, решив завладеть зданиями, принадлежащими ООО «Гроот», представил в Межнуниципальный отдел по Боровскому и Малоярославецкому районам Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калужской области составленные от имени судебного пристава К. заведомо ложные постановления сначала о наложении ареста на 5 зданий ООО «Гроот», затем 5 марта 2018 г. - о снятии ареста и перерегистрации на его имя зданий ООО «Гроот». 21 марта 2018 г. службой кадастра было принято решение о регистрации права собственности К. зданий
ООО «Гроот» на общую сумму 13 125 324 руб. Своими действиям К. причинил
ООО «Гроот» ущерб на указанную сумму.

В обоснование вывода о виновности К. в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, суд сослался на заключение эксперта, согласно которому установлена вышеуказанная рыночная стоимость пяти зданий, принадлежащих ООО «Гроот». Указанное заключение суд признал допустимым и достоверным.

Как следует из заключения эксперта, им при оценке объектов недвижимости был учтен износ и «устаревание» объектов. При этом эксперт сослался на данные технических паспортов, представленных следователем, согласно которым здания котельной, помещение механических мастерских с гаражом, здание насосной станции возведены в 2004 г., а год постройки зданий растворобетонного узла с подъездными путями, склада не установлены.

Между тем, из технических паспортов указанных зданий следует, что эти технические паспорта были созданы и зарегистрированы в БТИ в 2004 г., в них указана стоимость зданий по состоянию на 2004 г. В технических паспортах содержатся отметки о продаже зданий насосной станции и склада 18 апреля 2000 г., следовательно, указанные сооружения были возведены раньше 2004 г.

Доводы стороны защиты о необходимости установления года постройки всех зданий, учета года постройки при оценке износа зданий при установлении их стоимости судами первой и апелляционной инстанций отклонены необоснованно. Кроме того, в суд апелляционной инстанции защитник представил незаверенную копию архивной справки БТИ о постройке всех зданий в 1975 г., заявил ходатайство об истребовании сведений из архива БТИ, если у суда есть сомнения в достоверности справки, судом апелляционной инстанции данное ходатайство не разрешено.

Между тем, из представленных в суд архивной выписки от 1 июля 2021 г., актов оценки стоимости вышеуказанных зданий и сооружений ПМК-243, затем принадлежавших ООО «Гроот», заключений КП «БТИ» Калужской области от 29 января 2021 г. о техническом состоянии указанных объектов капитального строительства следует, что указанные строения возведены в 1975 г., процент их износа выше, чем указано в заключении эксперта.

Кроме того, согласно заключению эксперта на момент осмотра в 2021 г. здание насосной станции площадью 9,6 м разрушено полностью. Между тем, в заключении эксперта содержится описание строения с бетонным ленточным фундаментом, кирпичными стенами и перегородками, железобетонными перекрытиями, рулонной совмещенной кровлей, бетонными полами, наличием электричества, с износом 90%. Из заключения эксперта невозможно установить, на какой момент времени дано такое описание здания - на момент составления технического паспорта в 2004 г. или на момент совершения хищения.

При наличии указанных противоречий относительно суммы причиненного ущерба суду было необходимо проверить доводы К., в том числе, путем запросов информации из архивов администрации муниципального образования, бюро технической инвентаризации, установить год постройки зданий, состояние наносной станции на момент совершения хищения, установить стоимость зданий с учетом износа исходя из времени их постройки, в т.ч. путем назначения строительно-технической экспертизы.

Судом апелляционной инстанции данные нарушения не устранены.

С учетом вышеизложенного судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции кассационную жалобу защитника осужденного удовлетворила, судебные решения отменила, уголовное дело передала на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

(Определение № 77-2238/2022 от 11 мая 2022 г.)

В соответствии со ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

По приговору Калужского районного суда Калужской области от 25 июня 2021 г., оставленному без изменения судом апелляционной инстанции, Е. осужден, в том числе, по ч. 1 ст. 228 УК РФ за незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотического средства в значительном размере.

При этом суд в описательно-мотивировочной части приговора указал, что Е. во время, предшествующее 7 часам 20 минутам 22 января 2020 г., договорился с иным лицом о незаконном приобретении наркотического средства, перевел на биткоин - кошелек иного лица денежные средства, получил от данного лица сообщение с адресом тайника - «закладки» с сокрытым наркотическим средством, и путем извлечения из него приобрел наркотическое средство.

Однако, суд не указал в приговоре точные время и дату незаконного приобретения Е. без цели сбыта наркотического средства, тем самым не установил и не указал в приговоре обстоятельства, составляющие объективную сторону преступления, и подлежащие доказыванию по уголовному делу, что является обязательным условием наступления уголовной ответственности. Указание на период совершения преступления, предшествующий какой-либо дате, не позволяет дать правовую оценку этим действиям.

Судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции судебные решения изменила, исключила осуждение Е. за незаконное приобретение без цели сбыта наркотического средства в значительном размере, смягчив назначенное наказание.

(Определение № 77-2586/2022 от 17 мая 2022 г.)

По приговору Воскресенского городского суда Московской области от
6 сентября 2021 г. С. осужден по ч. 1 ст. 119, п. «б» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 162 УК РФ.

Как видно из приговора, суд признал доказанным, что в ходе конфликта С., удерживая в левой и правой руке по кухонному ножу, используя данные предметы в качестве оружия, умышленно на почве личных неприязненных отношений нанес лежащему на земле Т. 1 удар в левое бедро, 1 удар в верхнюю треть левого плеча, 1 удар в левую подмышечную область.

При этом описание преступного деяния не содержит указания на наличие у потерпевшего какого-либо вреда здоровью, причиненного ему действиями С.

Признавая С. виновным и квалифицируя его действия по ч. 2 ст. 115 УК РФ, суд при описании преступного деяния в описательной части приговора не указал последствия преступления в виде причинения легкого вреда здоровью потерпевшего, что является обязательным признаком состава преступления, инкриминируемого осужденному.

Также, признавая доказанным совершение С. разбоя в отношении потерпевшего У., суд при описании объективной стороны данного преступления не указал в приговоре, в чем именно заключалось насилие, опасное для жизни или здоровья потерпевшего, ограничившись перечислением причиненных потерпевшему телесных повреждений без указания степени их тяжести, в то время как данное обстоятельство образует объективную сторону состава преступления.

Как следует из обвинительного заключения, насилие, опасное для жизни и здоровья потерпевшего при совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 162 УК РФ, выразилось в причинении средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, о чем суд, в нарушение требований ст. 307 УПК РФ, не указал в приговоре при описании объективной стороны данного преступления.

Кроме того, как усматривается из постановления о привлечении С. в качестве обвиняемого, он обвинялся в совершении преступления, предусмотренного
п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, то есть в умышленном причинении легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, в то время как С. был признан судом виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 115 УК РФ, то есть в умышленном причинении легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы. При этом данный квалифицирующий признак С. не вменялся и в описании преступного деяния отсутствует.

Судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции, рассмотрев уголовное дело по кассационной жалобе осужденного, приговор отменила, уголовное дело передала на новое судебное рассмотрение.

(Определение № 77-2766/2022 от 21 июня 2022 г.)

По аналогичным основаниям отменены приговор Чеховского городского суда Московской области от 30 апреля 2021г. и апелляционное определение Московского областного суда от 12 августа 2021 г. в отношении Д. (Определение № 77-2318/2022 от
12 мая 2022 г.).

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, если подсудимый обвиняется в совершении нескольких преступлений, то суд в описательно-мотивировочной части приговора должен обосновать квалификацию в отношении каждого преступления, указав какими пунктом, частью, статьей Уголовного кодекса Российской Федерации оно предусмотрено.

По приговору Володарского районного суда г. Брянска от 1 июля 2021 г. М. осужден по ч. 1 ст. 161, ч. 1 ст. 161, ч. 2 ст. 314.1 УК РФ.

В апелляционном порядке приговор не обжаловался и вступил в законную силу.

Как следует из описательно-мотивировочной части приговора, суд не указал о квалификации действий осужденного по факту неоднократного несоблюдения лицом, в отношении которого установлен административный надзор, административных ограничения, сопряженного с совершением данным лицом административного правонарушения против порядка управления, по соответствующему пункту, части, статьи уголовного закона.

Первый кассационный суд общей юрисдикции, удовлетворив кассационное представление прокурора, приговор в отношении М. в части его осуждения по
ч. 2 ст. 314.1 УК РФ отменил, уголовное дело в этой части передал на новое судебное рассмотрение.

(Постановление № 77-2914/2022 от 28 июня 2022 г.)

По смыслу п. 4 ст. 308 УПК РФ в резолютивной части приговора следует указать определенный срок назначенного вида наказания.

По приговору Люберецкого городского суда Московской области от 4 июня 2021 г. А. осужден по ч. 1 ст. 158, ч. 2 ст. 162 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69, ч. 4 ст. 74, ст. 70 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы.

В апелляционном порядке приговор не обжаловался и вступил в законную силу.

В соответствии с ч. 2 ст. 56 УК РФ лишение свободы устанавливается на срок от 2 месяцев до 20 лет.

Из приговора усматривается, что суд пришел к выводу о назначении А. наказания в виде лишения свободы, но в резолютивной части приговора не определил его срок по
ч. 2 ст. 162 УК РФ, указав о назначении осужденному наказания за данное преступление
«в виде 4 (четырех) лишения свободы».

Кроме того, указав в приговоре о назначении А. наказания на основании
ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных по ч. 1 ст. 158 и ч. 2 ст. 162 УК РФ наказаний, суд назначил осужденному окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 6 месяцев, что вызывает сомнения, поскольку не установлено, какое наказание назначено по ч. 2 ст. 162 УК РФ, санкция которой не имеет нижнего предела наказания в виде лишения свободы.

Судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции, рассмотрев уголовное дело по кассационному представлению прокурора, приговор в отношении А. отменила, уголовное дело передала на новое судебное рассмотрение.

(Определение № 77-1381/2022 от 5 апреля 2022 г.)

Резолютивная часть обвинительного приговора в части указания на вид и размер назначенного наказания должна быть изложена таким образом, чтобы не возникало сомнений и неясностей при его исполнении.

По приговору Одинцовского городского суда Московской области от 17 мая 2021 г. Е. осужден по п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ к 8 годам лишения свободы, с ограничением свободы на срок 1 год; п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ к 8 годам лишения свободы, с ограничением свободы на срок 1 год; п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 1 году лишения свободы; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательно назначено 8 лет 1 месяц лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

Апелляционным определением Московского областного суда от
16 сентября 2021 г. приговор изменен: определено наказание по п. «а» ч. 3 ст. 132 УК РФ считать не назначенным; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ и п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ, И. окончательно назначено 8 лет 1 месяц лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 1 год.

Как следует из содержания приговора, суд первой инстанции, признав виновным Е. в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 132 и п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ, дважды назначил наказание по п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ, не назначив наказание
п. «а» ч. 3 ст. 132 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции, рассмотрев кассационное представление прокурора, судебные решения отменила, уголовное дело передала на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции (Определение № 77-2930, 2949/2022 от 29 июня 2022 г.)

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 308 УПК РФ в резолютивной части обвинительного приговора должны быть указаны пункт, часть, статья Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающие ответственность за преступление, в совершении которого подсудимый признан виновным.

По приговору Тонкинского районного суда Нижегородской области от
25 октября 2021 г. Ч. осуждена по ч. 2 ст. 158 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

В апелляционном порядке приговор не обжаловался и вступил в законную силу.

Согласно обвинительному заключению, Ч. было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 160 УК РФ.

Суд, убедившись, что обвинение, с которым согласилась осужденная, обоснованно, подтверждается собранными по уголовному делу доказательствами, постановил приговор с назначением осужденной наказания, квалифицировав ее действия по ч. 2 ст. 160 УК РФ как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

В то же время, в резолютивной части приговора, суд признал виновной и назначил Ч. наказание по ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Таким образом, вынесенный в отношении Ч. приговор содержит неустранимые противоречия.

Суд первой инстанции в нарушение положений ст.ст. 397, 399 УПК РФ по собственной инициативе постановлением от 18 ноября 2021 г. внес в приговор, вступивший в законную силу, изменения, которые не являются устранением описок, либо разъяснением сомнений и неясностей, возникающих при исполнении приговора, постановив указать в резолютивной части приговора, что Ч. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 160 УК РФ, разрешив, таким образом, вопрос, находящийся в компетенции судов вышестоящих инстанций.

Первый кассационный суд общей юрисдикции по кассационному представлению прокурора приговор отменил, уголовное дело передал на новое судебное рассмотрение.

(Постановление № 77-2709/2022 от 14 июня 2022 г.)

По смыслу закона, в целях соблюдения принципа индивидуализации наказания, при осуждении лица за совершение нескольких преступлений, имеющих одинаковую квалификацию и назначении ему разных видов и сроков наказания, в резолютивной части приговора должно быть конкретно указано на вид и размер назначаемого наказания за совершение каждого преступления.

По приговору Чеховского городского суда Московской области от 28 мая 2021 г., оставленному без изменения судом апелляционной инстанции, И., С. и С. осуждены, в том числе за два преступления, предусмотренные ч. 2 ст. 162 УК РФ, по которым назначено лишение свободы И. сроком на 3 года 6 месяцев за одно преступление и 4 года за второе, С. и С. сроком 3 года за одно преступление и 3 года 6 месяцев за второе.

Суд в резолютивной части приговора указал на признание осужденных виновными и назначение им наказания за два преступления, предусмотренные ч. 2 ст. 162 УК РФ, без приведения сведений, позволяющих соотнести назначенное наказание с конкретным преступлением. При этом, за указанные преступления назначено разное наказание, из приговора неясно, за какое из двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 162 УК РФ, какое назначено наказание.

Судом апелляционной инстанции данным нарушениям требований уголовно-процессуального закона оценка не дана.

Судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции судебные решения отменила, уголовное дело передала на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в суд первой инстанции.

(Определение № 77-2866/2022 от 8 июня 2022 г.)

В силу ч. 1 ст. 293 УПК РФ после окончания прений сторон председательствующий предоставляет подсудимому последнее слово. Непредоставление подсудимому последнего слова свидетельствует о нарушении права на защиту и является основанием для отмены приговора.

По приговору Каширского районного суда Воронежской области от 14 мая 2021 г. М. осуждена по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

В апелляционном порядке приговор не обжаловался и вступил в законную силу.

Как следует из материалов дела и протокола судебного заседания от
14 мая 2021 г., заслушав выступления в прениях сторон государственного обвинителя, подсудимой М. и ее защитника, потерпевших, суд удалился в совещательную комнату для постановления приговора, не предоставив М. последнего слова. Данное обстоятельство подтверждается аудиозаписью судебного заседания.

При таких обстоятельствах судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции, рассмотрев кассационное представление прокурора, приговор отменила, уголовное дело передала на новое судебное рассмотрение.

(Определение № 77-2352, 2618/2022 от 25 мая 2022 г.)

Отказ суда в удовлетворении ходатайства лица, осужденного по уголовному делу, о признании его потерпевшим по уголовному делу, возбужденному в отношении следователя (дознавателя) в связи с фальсификацией доказательств по расследованному им уголовному делу в отношении этого лица, повлек отмену судебных решений.

По приговору Коломенского городского суда Московской области от
28 июня 2021 г., оставленному без изменения судом апелляционной инстанции, А. осужден по ч. 3 ст. 303 УК РФ и Р. - по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 303 УК РФ.

А. признан виновным в фальсификации доказательств по уголовному делу об особо тяжком преступлении; Р. признана виновной в пособничестве в фальсификации доказательств по уголовному делу об особо тяжком преступлении.

Как следует из материалов дела, данное уголовное дело возбуждено по заявлению
Н. за фальсификацию доказательств следователем и дознавателем по уголовному делу в отношении Н. и О.

Постановлением следователя СО по г. Коломна ГСУ СК РФ по Московской области от 9 июня 2020 г. Н. признан потерпевшим по уголовному в отношении А. и Р., однако постановлением руководителя следственного органа от 20 августа 2020 г. постановление о признании Н. потерпевшим отменено.

В суде первой инстанции государственным обвинителем в соответствии с требованиями ст. 42 УПК РФ было заявлено ходатайство о признании потерпевшим
Н., однако судом в удовлетворении ходатайства было отказано.

Как указал Конституционный Суд в своем Постановлении от 12 мая 2022 г. № 18-П «По делу о проверке конституционности ч. 1 ст. 42 УПК РФ в связи с жалобой гражданина А.О. Никитина», ч. 1 ст. 42 УПК РФ предполагает возможность признать потерпевшим по уголовному делу, возбужденному в отношении следователя (дознавателя) в связи с фальсификацией доказательств по расследованному им уголовному делу, лицо, осужденное по этому уголовному делу, в том числе в случае, когда постановленный в отношении осужденного обвинительный приговор не отменен (не изменен).

Таким образом, отказ суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства о признании Н. потерпевшим привел к тому, что Н. был лишен процессуальных прав потерпевшего по делу о фальсификации доказательств его обвинения в незаконном обороте наркотических средств, указанных прав была лишена и О.

Допущенные судом нарушения привели к несоблюдению прав Н. и О. на участие в уголовном судопроизводстве, обжалование приговора в отношении А. и Р., являются существенными, искажают саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

Данные нарушения оставлены без внимания судом апелляционной инстанции.

Судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции, рассмотрев кассационное представление прокурора, судебные решения отменила, уголовное дело передала на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

(Определение № 77-3200/2022 от 30 июня 2022 г.).

Согласно п. 1 ч. 1 и ч. 2 ст. 238 УПК РФ в случае, когда обвиняемый, не содержащийся под стражей, скрылся и место его пребывания неизвестно, судья приостанавливает производство по уголовному делу, избирает ему меру пресечения в виде заключения под стражу и принимает меры к его розыску. Аналогичный порядок приостановления судом производства по уголовному делу в отношении подсудимого предусмотрен ч. 3 ст. 253 УПК РФ.

По постановлению Энгельсского районного суда Саратовской области от
11 октября 2021 г. уголовное дело по обвинению О. и С. в совершении преступления, предусмотренного пп. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, возвращено прокурору для обеспечения организации розыска указанных лиц.

В апелляционном порядке судебное решение не обжаловалось и вступило в законную силу.

По смыслу ч. 2 ст. 238 УПК РФ возвращение уголовного дела прокурору может иметь место, если совершил побег обвиняемый, содержащийся под стражей, в этом случае судья возвращает уголовное дело прокурору и поручает ему обеспечить розыск обвиняемого.

Согласно разъяснению, данному в п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2009 г. № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», при приостановлении производства по уголовному делу в силу ст. 238 УПК РФ судье надлежит руководствоваться также положениями ст. 253 УПК РФ, в связи с необходимостью своевременного рассмотрения уголовного дела в отношении других обвиняемых в разумные сроки. Исходя из смысла ст. 253 УПК РФ, в случаях, когда по уголовному делу в отношении нескольких обвиняемых основания для приостановления производства по делу имеются в отношении одного из них, в отношении остальных подсудимых разбирательство уголовного дела продолжается.

Принимая решение о возвращении данного уголовного дела, судья мотивировал его тем, что, несмотря на принятые меры по обеспечению явки О. в судебное заседание, установить его местонахождение не представилось возможным, по указанному в деле адресу обвиняемый не проживает, что, по мнению суда, исключает возможность постановления судом приговора или иного решения.

Вместе с тем, вопреки выводам суда, в обвинительном заключении, содержащемся в материалах дела, указаны данные о месте фактического проживания обвиняемого О. на момент проведения следственных действий с его участием. Кроме того, по указанному адресу в отношении О. избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде, по окончании расследования он ознакомлен с материалами уголовного дела.

После поступления уголовного дела в суд и назначения по нему предварительного слушания на 11 октября 2021 г. по его результатам судья, не отложив судебное заседание и не приняв мер к обеспечению явки как О., так и второго обвиняемого С., объявил розыск О., приостановил производство по уголовному делу в отношении О. и С. и возвратил уголовное дело прокурору для розыска обоих обвиняемых.

При этом выводы суда не свидетельствуют о том, что О. скрылся из-под стражи и прокурору поручается его розыск, отсутствуют в постановлении сведения и об избрании
О. и С. какой-либо меры пресечения, а также об объявлении С. в розыск, поскольку после поступления уголовного дела в суд и назначения по нему предварительного слушания в соответствии с требованиями УПК РФ производство по делу было возобновлено.

Первый кассационный суд общей юрисдикции, рассмотрев кассационное представление прокурора, постановление суда отменил, уголовное дело передал на новое судебное рассмотрение.

(Постановление № 77-2650/2022 от 1 июня 2022 г.)

Производство с участием присяжных заседателей

Исследование в присутствии присяжных заседателей доказательства, вопрос о допустимости которого судом не разрешен, и нарушения, допущенные при составлении вопросного листа, выступлении с напутственным словом повлеки отмену судебных решений.

По приговору Данковского городского суда Липецкой области с участием присяжных заседателей от 14 сентября 2021 г., оставленному без изменения судом апелляционной инстанции, А. осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Как следует из протокола судебного заседания, председательствующим представлен коллегии присяжных заседателей протокол явки с повинной осужденного, в котором он признал, что совершил убийство мужчины по имени Анатолий, нанеся ему не менее
15 ударов кулаками в область живота и груди. Между тем, в судебном заседании подсудимый по существу выдвинул другую версию о причинении повреждений, не состоящих в причинной связи со смертью, другими лицами, и в другое время, о причинении тяжкого вреда здоровью в результате падения потерпевшего.

Согласно протоколу явки с повинной, положения ст. 51 Конституции РФ, право пользоваться помощью защитника, осужденному не разъяснены. Вопрос о допустимости протокола явки с повинной председательствующим не обсуждался и не разрешен. Несмотря на это указанный протокол исследован в присутствии присяжных заседателей.

В соответствии с чч. 1 и 2 ст. 338 УПК РФ судья с учетом результатов судебного следствия, прений сторон формулирует в письменном виде вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, зачитывает их и передает сторонам. Судья не вправе отказать стороне защиты в постановке вопросов о наличии по уголовному делу фактических обстоятельств, исключающих ответственность подсудимого за содеянное или влекущих за собой ответственность за менее тяжкое преступление.

В соответствии со ст. 339 УПК РФ после основного вопроса о виновности подсудимого могут ставиться частные вопросы о таких обстоятельствах, которые влияют на степень виновности либо изменяют ее характер, влекут за собой освобождение подсудимого от ответственности. В необходимых случаях отдельно ставятся также вопросы о степени осуществления преступного намерения, причинах, в силу которых деяние не было доведено до конца, степени и характере соучастия каждого из подсудимых в совершении преступления. Допустимы вопросы, позволяющие установить виновность подсудимого в совершении менее тяжкого преступления, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту. Не могут ставиться отдельно либо в составе других вопросы, требующие от присяжных заседателей юридической квалификации статуса подсудимого (о его судимости), а также другие вопросы, требующие собственно юридической оценки при вынесении присяжными заседателями своего вердикта. Вопросы ставятся в понятных присяжным формулировках.

Требования закона о содержании вопросного листа не соблюдены.

В вопросном листе должно быть изложено поддержанное государственным обвинителем обвинение, в т.ч. отражены причиненные повреждения, как состоящие, так и не состоящие в причиненной связи со смертью.

Так, согласно предъявленному обвинению К. причинены не менее чем 85 ударов рвано-ушибленные раны, кровоподтеки, ссадины в лобной области головы, глаз, скуловой области подбородка, ссадины и кровоподтеки на руках, грудной клетке, в области таза, бедер, ног. Причинение указанных повреждений потерпевшему А. отрицал.

В вопросном листе указано лишь о причинении «повреждений» без указания их характера.

Такое изложение события преступления, характера вреда, причиненного преступлением, не соответствует требованиям ст. 73 УПК РФ и нарушает право осужденного на защиту.

Между тем в приговоре, в нарушение п. 3 ст. 351 УПК РФ изложено не содержание преступного деяния, в совершении которого А. признан виновным вердиктом коллегии присяжных заседателей, в соответствии с вердиктом, а приведены все причиненные потерпевшему К. повреждения, указанные в обвинительном заключении, и не отраженные в вопросном листе.

В нарушение пп. 3 и 8 ч.2 ст. 339 УПК РФ председательствующий поставил
2 вопрос: доказано ли, что указанное в п. 1 деяние совершил подсудимый А., «желая причинить потерпевшему телесные повреждения, не предвидя наступление смерти потерпевшего от своих действий, хотя должен и мог предвидеть такие последствия?».

Тем самым председательствующий поставил вопрос, требующий от присяжных заседателей юридической оценки при вынесении вердикта.

Кроме того, согласно протоколу судебного заседания в ходе судебного следствия подсудимый А. выдвигал версию о нанесении К. ударов в грудную клетку, отчего тот упал животом на поставленные вертикально поленья, полагая, что тяжкий вред здоровью причинен в результате падения потерпевшего. О неумышленном причинении повреждений К. указал в прениях и защитник осужденного.

Согласно протоколу судебного заседания у подсудимого А. отсутствовали замечания к вопросам, составленным председательствующим.

Между тем, согласно аудиопротоколу, в связи с разъяснением председательствующим положений о возможности постановки вопросов, влияющих на степень виновности либо изменяющих ее характер, влекущих за собой освобождение подсудимого от ответственности, в т.ч. о причинении смерти по неосторожности, подсудимый А. предложил указать о том, что повреждения, повлекшие смерть, с учетом двух кровоизлияний на передней брюшной стенке получены в результате падения потерпевшего на поленья (два штыря). Кроме того, выражал несогласие с указанием в вопросном листе иных повреждений, оспаривая время их причинения. Председательствующий вступил в спор с подсудимым о постановке таких вопросов, по сути, выражая мнение, что необходимости в их постановке не имеется.

Тем самым председательствующий в нарушение требований уголовно-процессуального закона отказал стороне защиты в постановке вопроса о наличии обстоятельств, влекущих за собой ответственность А. за менее тяжкое преступление.

Согласно протоколу судебного заседания председательствующий по результатам судебного следствия и прений сторон вручил сторонам два варианта вопросов для присяжных заседателей, однако в нарушение требований ст. 338 УПК РФ, варианты вопросов в письменном виде к материалам дела не приобщены, что лишает возможности проверить соблюдение требований закона и прав участников судебного разбирательства при обсуждении и формулировке вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями.

В напутственном слове председательствующий в нарушение требований п. 7 ч. 3
ст. 340, 334, ст. 229 УПК РФ разъяснил присяжным заседателям их право при даче утвердительных ответов на вопросы, имело ли место деяние и совершил ли его подсудимый, при признании подсудимого виновным указать на совершение им менее тяжкого преступления или при ином характере вины, если они придут к такому выводу. Между тем присяжные заседатели не наделены полномочиями устанавливать другие обстоятельства совершения преступления, указывать о совершении менее тяжкого преступления или об ином характере вины, если вопросы о таких обстоятельствах не были перед ними поставлены.

Председательствующий должен был в доступной форме разъяснить присяжным заседателям лишь их право исключить из поставленных вопросов отдельные обстоятельства, которые они признают не доказанными.

Кроме того, по смыслу ч. 1 ст. 343 УПК РФ в вопросном листе должно быть обязательно указано единодушно либо большинством голосов принято решение присяжными заседателями и результат голосования. Иное противоречило бы смыслу
ст. 343 УПК РФ о возможности приступить к голосованию по истечении 3 часов обсуждения вопросов в совещательной комнате.

В вопросном листе не было указано единодушно либо большинством голосов принято решение, не указан и результат голосования.

Несмотря на то, что общее время нахождения коллегии присяжных заседателей в совещательной комнате составило менее 3 часов, в вопросном листе вообще отсутствовало указание о единодушном либо в результате голосования принятом решении, невозможно было установить, все ли присяжные заседатели выразили свою позицию по вопросам в соответствии со ст. 342 УПК РФ.

Поскольку вердикт, т.е. решение о виновности или невиновности подсудимого, принимается в совещательной комнате, подписывается старшиной, неясности или противоречия в нем устраняются коллегией присяжных заседателей только в совещательной комнате, вердикт является основанием вынесения обвинительного или оправдательного приговора, вручается сторонам наряду с приговором, то восполнение изложенных в нем сведений, устранение неясностей или противоречий путем вопросов председательствующего судьи старшине в судебном заседании не представляется возможным.

В связи с допущенными нарушениями судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции судебные решения отменила, уголовное дело передала на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в суд первой инстанции.

(Определение № 77-1666/2022 от 12 апреля 2022 г.)

Апелляционное производство

Непредоставление судом апелляционной инстанции по окончании прений сторон последнего слово участвовавшему в судебном заседании лицу, в отношении которого проверяется судебное решение, повлекло отмену апелляционного решения.

По приговору мирового судьи судебного участка № 5 Одоевского судебного района Тульской области от 13 мая 2021 г. Ш. осуждена по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ к 160 часам обязательных работ.

Апелляционным постановлением Одоевского районного суда Тульской области от 15 июля 2021 г. приговор оставлен без изменения.

Из положений ч. 1 ст. 389.13 УПК РФ следует, что производство по уголовному делу в суде апелляционной инстанции осуществляется в порядке, установленном главами 35 - 39 УПК РФ, с изъятиями, предусмотренными гл. 45.1 УПК РФ.

На основании ч. 2 ст. 389.14 УПК РФ суд апелляционной инстанции по окончании прений сторон предоставляет последнее слово лицу, в отношении которого проверяется судебное решение, если данное лицо участвует в судебном заседании, после чего суд удаляется в совещательную комнату для принятия решения.

Как следует из протокола судебного заседания суда апелляционной инстанции от 15июля 2021 г., суд, выслушав прения сторон, удалился в совещательную комнату, по выходу из которой огласил апелляционное постановление.

При этом осужденной Ш. суд апелляционной инстанции не предоставил последнего слова, что также подтверждается аудиопротоколом судебного заседания.

Первым кассационным судом общей юрисдикции апелляционное постановление в отношении Ш. отменено, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение.

(Постановление № 77-2217/2022 от 18 мая 2022 г.)

По аналогичным основаниям отменено апелляционное постановление Приокского районного суда г. Нижнего Новгорода от 10 марта 2021 г. в отношении С. (Постановление № 77-1709/2022 от 19 апреля 2022 г.).

По смыслу ч. 1 ст. 389.22 УПК РФ обвинительный приговор подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство, только если в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции были допущены нарушения уголовно-процессуального закона и (или) уголовного законов, неустранимые в суде апелляционной инстанции.

По приговору Киреевского районного суда Тульской области от 26 ноября 2021 г. Ш. осужден по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 228 УК РФ.

Апелляционным постановлением Тульского областного суда от 31 января 2022 г. приговор отменен, уголовное дело передано на новое рассмотрение. Данное решение мотивировано тем, что отсутствие аудиопротоколирования по техническим причинам в судебном заседании 13 октября 2021 г., в ходе которого допрошены два свидетеля, делает письменный протокол судебного заседания недопустимым источником сведений для проверки законности и обоснованности судебного решения и по существу является тем же, что и отсутствие протокола судебного заседания.

Вместе с тем, данные выводы суда апелляционной инстанции сделаны без учета следующего.

В соответствии с чч. 1, 3 ст. 259 УПК РФ в ходе каждого судебного заседания ведется протокол. В ходе судебного заседания судов первой и апелляционной инстанций составляется протокол в письменной форме и ведется протоколирование с использованием средств аудиозаписи (аудиопротоколирование). В протоколе судебного заседания обязательно указываются: место и дата заседания, время его начала и окончания; какое уголовное дело рассматривается; наименование и состав суда, данные о помощнике судьи, секретаре, переводчике, обвинителе, защитнике, подсудимом, а также о потерпевшем, гражданском истце, гражданском ответчике, их представителях и других вызванных в суд лицах; данные о личности подсудимого и об избранной в отношении его мере пресечения; действия суда в том порядке, в каком они имели место в ходе судебного заседания; заявления, возражения и ходатайства участвующих в уголовном деле лиц; определения или постановления, вынесенные судом без удаления в совещательную комнату; определения или постановления, вынесенные судом с удалением в совещательную комнату; сведения о разъяснении участникам уголовного судопроизводства их прав, обязанностей и ответственности; подробное содержание показаний; вопросы, заданные допрашиваемым, и их ответы; результаты произведенных в судебном заседании осмотров и других действий по исследованию доказательств; обстоятельства, которые участники уголовного судопроизводства просят занести в протокол; основное содержание выступлений сторон в судебных прениях и последнего слова подсудимого; сведения об оглашении приговора и о разъяснении порядка ознакомления с протоколом судебного заседания и принесения замечаний на него; сведения о разъяснении оправданным и осужденным порядка и срока обжалования приговора, а также о разъяснении права ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Как следует из материалов уголовного дела, протокол судебного заседания соответствует требованиям закона. В протоколе судебного заседания отражены ход и последовательность судебного разбирательства, действия участников процесса, подробное содержание показаний, основное содержание выступлений сторон и другие сведения, как того требует ст. 259 УПК РФ. Протокол подписан председательствующим и секретарем.

Отсутствие части аудиопротоколов судебного заседания не подтверждает предвзятого и пристрастного отношения суда к рассмотрению дела, не свидетельствует о порочности данного документа в целом и не является безусловным основанием для отмены судебного решения. Более того, как следует из материалов дела, по факту отсутствия аудиопротокола по техническим причинам секретарем судебного заседания составлена справка.

Кроме того, суд апелляционной инстанции при наличии оснований сомневаться в достоверности показаний не был лишен возможности вызвать и допросить их, поскольку рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции проводится по правилам суда первой инстанции.

С учетом изложенного Первым кассационным судом общей юрисдикции апелляционное постановление в отношении Ш. отменено, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение.

(Постановление № 77-2339/2022 от 25 мая 2022 г.)

Суд апелляционной инстанции вправе отменить приговор и прекратить уголовное дело лишь в случае, если основания для прекращения дела наступили до вынесения решения суда первой инстанции.

По приговору мирового судьи судебного участка № 333 Чеховского судебного района Московской области от 3 августа 2021 г. В. осужден по ч. 1 ст. 115 УК РФ к штрафу в размере 30 000 рублей в доход государства. На основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ В. освобожден от наказания в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Апелляционным постановлением Чеховского городского суда Московской области от 15 сентября 2021 г. приговор отменен, уголовное дело в отношении него прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению вследствие истечения сроков давности уголовного преследования.

Согласно п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекло два года после совершения преступления небольшой тяжести.

Как следует из материалов уголовного дела, преступление, предусмотренное
ч. 1 ст. 115 УК РФ, относящееся к категории небольшой тяжести, было совершено
В. 5 августа 2019 г. Таким образом, срок давности по совершенному В. преступлению истек 5 августа 2021 г., то есть после постановления приговора.

В соответствии с положениями ст. 389.21 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд отменяет обвинительный приговор или иное решение суда первой инстанции и прекращает уголовное дело при наличии оснований, предусмотренных ст.ст. 24, 25, 27, 28 УПК РФ.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 г. № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», если суд первой инстанции при наличии оснований, предусмотренных п. 3 ч. 1 ст. 24,
ст.ст. 25, 25.1, 28 и 28.1 УПК РФ, не прекратил уголовное дело и (или) уголовное преследование, то в соответствии со ст. 389.21 УПК РФ суд апелляционной инстанции отменяет обвинительный приговор и прекращает уголовное дело и (или) уголовное преследование.

Суд апелляционной инстанции, отменив приговор мирового судьи и прекратив уголовное дело в отношении В., не принял во внимание, что срок давности привлечения к уголовной ответственности истек после вынесения приговора до вступления его в законную силу.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от
18 июля 2019 г. № 1851-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Абинякина Виталия Владимировича на нарушение его конституционных прав статьей 389.21 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», правила, закрепленные в статье 389.21 УПК РФ предполагают возможность прекращения уголовного дела ввиду истечения сроков давности до завершения судебного разбирательства в суде первой инстанции и лишь при согласии обвиняемого. Если данное основание (или согласие) отсутствовало в период судебного разбирательства в суде первой инстанции, его возникновение после провозглашения, хотя и до вступления в законную силу приговора не свидетельствует об ошибочности этого судебного акта. В таком случае отсутствует и необходимость отмены обвинительного приговора судом апелляционной инстанции.

Напротив, в соответствии со ст. 389.21 УПК РФ суд апелляционной инстанции отменяет обвинительный приговор и прекращает уголовное дело и (или) уголовное преследование, если суд первой инстанции не прекратил уголовное дело и (или) уголовное преследование при наличии оснований, предусмотренных, в том числе,
п. 3 ч. 1 ст.24 УПК РФ.

Тем самым ст. 389.21 УПК РФ в системе уголовно-процессуального регулирования предполагает отмену обвинительного приговора или иного решения суда первой инстанции и прекращение уголовного дела при наличии оснований, предусмотренных ст.ст. 24, 25, 27 и 28 УПК РФ и существующих на момент судебного разбирательства в суде первой инстанции (поскольку их неустановление или непризнание их таковыми этим судом свидетельствует об ошибочности его решения). Истечение сроков давности после провозглашения приговора суда, но до его вступления в силу предполагает лишь корректировку этого судебного решения в части освобождения осужденного от наказания.

Суд же апелляционной инстанции не усомнился в законности, обоснованности и справедливости приговора, а, следовательно, принял решение о его отмене без достаточных на то оснований.

Кроме того, при принятии решения судом апелляционной инстанции не было учтено, что по приговору мирового судьи был разрешен гражданский иск частного обвинителя - потерпевшего Р. с частичным удовлетворением его в пользу последнего.

В соответствии с положениями пп. 30, 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 г. № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» при наличии оснований для постановления оправдательного приговора (например, в деянии подсудимого отсутствует состав преступления) либо иных оснований для прекращения уголовного дела, в том числе нереабилитирующих, суд оставляет гражданский иск без рассмотрения, указав в решении, что за истцом сохраняется право на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства.

Суд апелляционной инстанции, исходя из положений ч. 1 ст. 389.22, ст. 389.24 и
п. 3 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ в их взаимосвязи, вправе изменить приговор в части гражданского иска и увеличить размер возмещения материального ущерба при условии, что он не имеет значения для установленных судом квалификации действий осужденного и объема обвинения, и (или) увеличить размер компенсации морального вреда не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, гражданского истца, их законных представителей и (или) представителей и в пределах суммы гражданского иска, предъявленного с соблюдением требований ч. 2 ст. 44 УПК РФ.

Вместе с тем, какого-либо решения по гражданскому иску судом апелляционной инстанции принято не было.

С учетом изложенного Первым кассационным судом общей юрисдикции апелляционное постановление в отношении В. отменено, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение.

(Постановление № 77-3125/2022 от 29 июня 2022 г.)

В соответствии с п. 16 ч. 4 ст. 47 и ч. 5 ст. 47 УПК РФ подсудимый вправе участвовать в судебном разбирательстве уголовного дела в судах первой, второй, кассационной и надзорной инстанций, а также в рассмотрении судом вопроса об избрании в отношении его меры пресечения и в иных случаях, предусмотренных
пп. 1-3 и 10 ч. 2 ст. 29 УПК РФ.

По постановлению Промышленного районного суда г. Курска от 13 января 2022 г. А. продлен срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 7 месяцев.

Апелляционным постановлением Курского областного суда от 27 января 2022 г. постановление оставлено без изменения.

Из материалов дела следует, что 26 января 2022 г. подсудимый А. ходатайствовал о своем участии при рассмотрении апелляционных жалоб его и защитника Ш. в его интересах в суде апелляционной инстанции. Согласно постановлению дело назначено к рассмотрению в апелляционном порядке с участием подсудимого А. посредством системы видеоконференц-связи. Между тем сведений о надлежащем извещении подсудимого А. о времени судебного разбирательства в материалах дела не имеется.

Как следует из справок филиала «Медицинской части № 2» ФКУЗ МСЧ-46 ФСИН России, А. не мог участвовать в судебном заседании в связи с гипертоническим кризом.

Согласно протоколу судебного заседания суд пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие подсудимого А. в связи с установленными обстоятельствами, исключающими его участие в судебном заседании, подтвержденными медицинскими документами.

Таким образом, причина неявки подсудимого А. в судебное заседание апелляционной инстанции являлась уважительной. Сведений о невозможности участия подсудимого в суде апелляционной инстанции в другое время, в том числе с учетом наличия у него заболевания, в материалах дела не содержится.

Первым кассационным судом общей юрисдикции апелляционное постановление в отношении А. отменено, материал передал на новое апелляционное рассмотрение.

(Постановление № 77-2911/2022 от 29 июня 2022 г.)

Согласно ст. 389.28 УПК РФ апелляционное определение должно содержать краткое изложение доводов лица, подавшего жалобу или представление, мотивы принятого решения с указанием оснований, по которым доводы жалобы признаны необоснованными.

По приговору Красногорского городского суда Московской области от
15 ноября 2021 г., оставленному без изменения судом апелляционной инстанции, С. осуждена по ч. 4 ст. 160 УК РФ.

Апелляционным определением Московского областного суда от
8 февраля 2022 г. приговор оставлен без изменения.

Анализ материалов уголовного дела свидетельствует о том, что судом апелляционной инстанции указанные требования уголовно-процессуального закона не соблюдены, не в полной мере выполнены процессуальные обязанности по проверке обоснованности обжалуемого приговора, то есть о допущенных судом апелляционной инстанции существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, которые могли повлиять на исход дела.

В апелляционных жалобах и выступлениях в суде апелляционной инстанции сторона защиты, оспаривая постановленный в отношении С. приговор, наряду с другими доводами, указывала на отсутствие признаков хищения в действиях осужденной, а именно корыстного мотива, противоправности действий по изъятию денежных средств и обращению их в свою пользу, с учетом доказательств в виде расписок от подрядчиков о получении от С. денежных средств в наличной форме за выполненные работы при строительстве торгового центра, а также наличия мотива для оговора ее со стороны свидетелей Г., В. и Г. ввиду имеющегося между ООО «..» и С. гражданского спора о взыскании в ее пользу стоимости доли в уставном капитале указанного общества в размере 16 149 167 рублей 40 копеек.

Перечисленные доводы стороны защиты суд апелляционной инстанции надлежащим образом не проверил, оценки им не дал, тем самым в нарушение положений ч. 4 ст. 7, п. 7 ч. 3 ст. 389.28 УПК РФ, вопреки разъяснениям, содержащимся в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 ноября 2012 г. № 26 «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции», вынес по существу немотивированное решение.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, уголовно-процессуальный закон не предоставляет суду возможность игнорировать или произвольно отклонять доводы жалобы, не приводя фактические и правовые мотивы отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку мотивировка решения суда во всяком случае должна основываться на рассмотрении конкретных обстоятельств, нашедших отражение в материалах дела, а также на нормах материального и процессуального права, - иначе не может быть обеспечено объективное и справедливое разрешение дела (Постановление от 3 мая 1995 г. № 4-П; Определения от 8 июля 2004 г. № 237-О, от 25 января 2005 г. № 42-О, от 23 декабря 2014 г. № 2788-О и др.).

Кроме того, суд апелляционной инстанции не дал оценки тому обстоятельству, что признав показания свидетелей М., С., К., согласно которым С. производились оплаты за ремонтно-отделочные работы ТЦ «Алиса», а также расписки о получении от нее денежных средств на суммы 500 000 рублей и 1 387 100 рублей достоверными, относимыми и допустимыми доказательствами по делу, то есть, установив факт расходования денежных средств на цели деятельности, осуществляемой возглавляемого ею ООО «…», что исключает обращение ею их в свою пользу, суд первой инстанции, вместе с тем, пришел к выводу о наличии в ее действиях состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, то есть хищения вверенного имущества в размере 3 800 000 рублей.

Судебной коллегией по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции апелляционное определение в отношении С. отменено, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение.

(Определение № 77-3138/2022 от 30 июня 2022 г.)

По аналогичным основаниям отменено апелляционное постановление (поименовано как определение) Красногорского городского суда Московской области от
28 сентября 2021 г. в отношении Р. (Постановление № 77-2447/2022 от 25 мая 2022 г.).

Выводы относительно квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, ее части либо пункту должны быть мотивированы судом. Это требование уголовно-процессуального закона должно соблюдаться и судом апелляционной инстанции.

По приговору Рузского районного суда Московской области от 16 марта 2021 г.
С. осужден по ч. 3 ст. 160 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, с применением
ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев.

Апелляционным определением Московского областного суда от 8 июля 2021 г. приговор изменен: действия осужденного переквалифицированы с ч. 3 ст. 160 УК РФ на
ч. 1 ст. 330 УК РФ, по которой назначено наказание в виде штрафа в размере 30000 рублей с освобождением от наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования; за С. признано право на частичную реабилитацию.

В силу п. 7 ч. 3 ст. 389.28 УПК РФ апелляционное определение должно содержать мотивы принятого решения.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, содержащимся в
п. 19 постановления от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре», выводы относительно квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, ее части либо пункту должны быть мотивированы судом. Признавая подсудимого виновным в совершении преступления по признакам, относящимся к оценочным категориям (например, тяжкие последствия, существенный вред, наличие корыстной или иной личной заинтересованности), суд не должен ограничиваться ссылкой на соответствующий признак, а обязан привести в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельства, послужившие основанием для вывода о наличии в содеянном указанного признака.

Вопреки указанным разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ и требованиям
п. 7 ч. 3 ст. 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции, переквалифицировав действия С. с ч. 3 ст. 160 УК РФ на ч. 1 ст. 330 УК РФ, которая предусматривает уголовную ответственность за самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией или гражданином, если такими действиями причинен существенный вред, в апелляционном определении ограничился ссылкой на доказанность вины осужденного в совершении данного преступления, при этом не мотивировал и не обосновал квалификацию деяния, в котором признал виновным С., по признаку причинения существенного вреда.

Кроме того, признавая за С. право на реабилитацию, суд апелляционной инстанции не учел, что в силу п. 34 ст. 5 УПК РФ под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию.

Основания возникновения права на реабилитацию перечислены в
чч. 2 и 2.1 ст. 133 УПК РФ, в круг которых не входит освобождение осужденного от наказания на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

По смыслу закона, к лицам, имеющим право на реабилитацию, не относится, в частности, осужденный, преступные действия которого переквалифицированы, либо в отношении которого приняты иные решения, уменьшающие обвинение, но не исключающие его.

Признание права на реабилитацию за лицом, которое такого права не имеет, искажает саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

(Определение № 77-3120/2022 от 16 июня 2022 г.)

Несоответствие резолютивной части судебного решения другим его частям, а равно противоречие в выводах суда, изложенных в описательно-мотивировочной и резолютивной частях судебного акта, свидетельствует о его незаконности и необоснованности.

По приговору Коломенского городского суда Московской области от
8 декабря 2020 г. П. осужден за совершение преступлений, предусмотренных
пп. «а, в» ч. 3 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, и окончательное наказание по совокупности данных преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ ему назначено в виде лишения свободы сроком на 4 года 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Апелляционным определением Московского областного суда от 22 июля 2021 г. приговор в отношении П. изменен.

Как следует из описательно-мотивировочной части апелляционного определения, суд апелляционной инстанции пришел к выводам о необходимости исключения из осуждения П. по пп. «а, в» ч. 3 ст. 158 УК РФ квалифицирующего признака «с причинением значительного ущерба гражданину» и смягчении назначенного осужденному наказания, как за данное преступление, так и по совокупности преступлений.

Однако в резолютивной части апелляционного определения, указав об исключении из осуждения П. по пп. «а, в» ч. 3 ст. 158 УК РФ квалифицирующего признака «с причинением значительного ущерба гражданину» и смягчении назначенного осужденному наказания за данное преступление до 3 лет 2 месяцев лишения свободы, по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ назначил осужденному такое же окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима, то есть не смягчил его.

Таким образом, суд апелляционной инстанции допустил противоречие между описательно-мотивировочной и резолютивной частями апелляционного определения.

Судебной коллегией по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции апелляционное определение в отношении П. изменено, смягчено назначенное ему на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ наказание.

(Определение № № 77-2495, 2497/2022 от 18 мая 2022 г.)

По приговору Заводского районного суда г. Саратова от 21 июля 2021 г. Г., ранее судимый, осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

Апелляционным определением Саратовского областного суда от 18 ноября 2021 г. приговор изменен, действия Г. переквалифицированы с ч. 2 ст. 162 УК РФ на
ч. 1 ст. 162 УК РФ, по которой назначено наказание в виде лишения свободы на срок
3 года с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Санкцией ч. 1 ст. 162 УК РФ предусмотрено наказание, в том числе, в виде лишения свободы на срок до восьми лет со штрафом в размере до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет или без такового.

Определяя вид и размер наказания, суд второй инстанции учел наличие смягчающих наказание Г. обстоятельств, предусмотренных чч. 1 и 2 ст. 61 УК РФ, установленных судом первой инстанции, и отягчающего – рецидива преступлений, и согласился с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения положений
ч. 3 ст. 68 УК РФ.

Однако, как следует из апелляционного определения, назначая наказание осужденному, судом второй инстанции были учтены как положения ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ, так и ч. 3 ст. 68 УК РФ. При этом, согласно резолютивной части апелляционного определения, к отбытию Г. было назначено лишение свободы на срок
3 года, что не соответствует требованиям ч. 3 ст. 68 УК РФ, согласно которым при любом виде рецидива преступлений, если судом установлены смягчающие обстоятельства, предусмотренные ст. 61 УК РФ, срок наказания может быть назначен менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, что для санкции ч. 1 ст. 162 УК РФ составляет 2 года 8 месяцев.

Судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции по кассационному представлению прокурора апелляционное определение в отношении Г. отменила, уголовное дело передала на новое апелляционное рассмотрение.

(Определение № 77-2021/2022 от 14 апреля 2022 г.)

Апелляционное определение, постановление должны содержать основания полной или частичной отмены или изменения обжалованного судебного решения, а резолютивная часть должна быть изложена таким образом, чтобы не возникало сомнений и неясностей при исполнении судебного решения.

По приговору мирового судьи судебного участка № 2 в Рамонском судебном районе Воронежской области от 2 июля 2021 г. К. (ранее судимый 31 марта 2021 г. по ч. 3 ст. 30,
ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 5 ст. 69 УК РФ к 300 часам обязательных работ), осужден по
ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ к лишению свободы сроком на 8 месяцев, на основании
ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору от 31 марта 2021 г. назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 9 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Апелляционным постановлением Рамонского районного суда Воронежской области от 3 сентября 2021 г. приговор мирового судьи изменен, смягчено наказание, назначенное по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ, в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 7 месяцев 20 дней с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Суд апелляционной инстанции, рассматривая дело по апелляционным представлению прокурора и жалобе осужденного, пришел к выводу, что в приговор необходимо внести изменения, указав в постановлении на применение положений
ч. 5 ст. 62 УК РФ и ч. 3 ст. 66 УК РФ при назначении наказания К., а также о смягчении осужденному наказания.

Вместе с тем, в нарушение требований закона в резолютивной части апелляционного постановления суд не указал срок наказания, который он с учетом смягчения назначил осужденному по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ, а смягчая наказание по совокупности преступлений с применением положений ч. 5 ст. 69 УК РФ, допустил нарушение норм Общей части УК РФ о том, что наказание, назначенное по совокупности преступлений, не может быть ниже наказания, назначенного за каждое из преступлений.

Первый кассационный суд общей юрисдикции, удовлетворив кассационное представление прокурора, апелляционное постановление в отношении К. отменил, уголовное дело передал на новое апелляционное рассмотрение.

(Постановление № 77-1945/2022 от 20 апреля 2022 г.)

Рассмотрение судом апелляционной инстанции уголовного дела без участия осужденного, а также изменение приговора в сторону ухудшения положения осужденного при отсутствии доводов об этом в представлении прокурора, повлекло отмену апелляционного постановления.

По приговору Зареченского городского суда Пензенской области от 21 июля 2021 г. М. осужден по ч. 1 ст. 318 УК РФ к лишению свободы на срок 6 месяцев, с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год.

Апелляционным постановлением Пензенского областного суда от
15 сентября 2021 г. апелляционное представление прокурора удовлетворено, приговор в отношении М. изменен: исключено указание о наличии смягчающего наказание обстоятельства - активного способствования расследованию преступления, о применении ч. 1 ст. 62 УК РФ, ст. 73 УК РФ. М. назначено по ч. 1 ст. 318 УК РФ наказание в виде
лишения свободы сроком 1 год с отбыванием в колонии-поселении.

Из материалов дела усматривается, что копия апелляционного представления прокурора на приговор от 21 июля 2021 г. осужденному М. по месту его регистрации и жительства судом первой инстанции направлена не была, сведений о вручении осужденному данного апелляционного представления материалы уголовного дела не содержат, возможность представить свои возражения относительно поданного апелляционного представления осужденному не обеспечена.

Кроме того, в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о выполнении судом апелляционной инстанции требований ст. 389.11 УПК РФ о надлежащем извещении осужденного М. о месте, дате и времени судебного заседания суда апелляционной инстанции.

Судебное заседание судом апелляционной инстанции было проведено без участия осужденного М., причины его отсутствия председательствующим судьей не выяснялись, вопрос о возможности рассмотрения уголовного дела по апелляционному представлению в отсутствие осужденного либо отложении рассмотрения апелляционного представления на обсуждение перед участниками не ставился.

Невыполнение судом апелляционной инстанции указанных требований повлекло нарушение гарантированного Конституцией РФ и уголовно-процессуальным законом права осужденного М. на защиту на стадии рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции. Осужденному М. не были созданы необходимые условия, обеспечивающие осуществление предоставленных ему прав, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, предусмотренными положениями ст. 15 УПК РФ.

Кроме этого, судом первой инстанции М. было назначено наказание в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ, то есть в виде условного осуждения к лишению свободы с возложением обязанностей, способствующих исправлению.

В апелляционном представлении прокурор, указывая на незаконность, необоснованность приговора в части назначенного осужденному наказания в виде лишения свободы, просил об изменении приговора, исключении указания на признание в качестве смягчающего наказания обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ - активное способствование расследованию преступления, а также указания о назначении наказания с применением положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, об усилении назначенного осужденному наказания до 8 месяцев лишения свободы. В остальной части прокурор просил суд апелляционной инстанции оставить приговор без изменения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 16 постановления Пленума Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 ноября 2012 г. № 26 «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции», суд апелляционной инстанции может принимать решения по основаниям, влекущим как улучшение, так и ухудшение положения осужденного, в пределах полномочий, установленных уголовно-процессуальным законом.

С учетом требований ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ суд апелляционной инстанции может принять решение, ухудшающее положение осужденного по отношению к приговору суда первой инстанции, не иначе как по представлению прокурора и (или) жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей. При этом суд не вправе выходить за пределы доводов жалобы или представления.

Как следует из материалов дела, в апелляционном представлении прокурор не просил суд апелляционной инстанции о внесении изменений в приговор в части назначенного наказания, ухудшающих положение осужденного М. путем отмены порядка исполнения назначенного наказания, определенного судом первой инстанции с применением положений ст. 73 УК РФ.

Вместе с тем, изменяя приговор в отношении М., суд апелляционной инстанции, в отсутствие соответствующего апелляционного представления прокурора, апелляционной жалобы потерпевшего пришел к выводу о необходимости назначения осужденному реального отбывания наказания в виде лишения свободы, без применения положений
ст. 73 УК РФ.

Первый кассационный суд общей юрисдикции по кассационному представлению прокурора апелляционное постановление в отношении М. отменил, уголовное дело передал на новое апелляционное рассмотрение.

(Постановление № 77-1710/2022 от 13 апреля 2022 г.)

Гражданский иск

Если потерпевшим по делу является несовершеннолетний, гражданский иск в защиту его интересов может быть предъявлен его законным представителем. Однако по иску, заявленному в интересах несовершеннолетнего, взыскание должно производиться в пользу самого несовершеннолетнего.

По приговору Мытищинского городского суда Московской области от
12 июля 2021 г. Н. и Н. осуждены по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Также судом удовлетворен гражданский иск, в пользу законного представителя с Н. и Н. взысканы суммы в счет компенсации морального вреда, причиненного несовершеннолетним потерпевшим.

Апелляционным определением Московского областного суда от 14 сентября 2021 г. приговор в части гражданского иска оставлен без изменения.

Между тем, при разрешении гражданского иска судом не учтены положения
ч. 3 ст. 44 и ч. 2 ст. 45 УПК РФ, согласно которым, если потерпевшим по делу является несовершеннолетний, гражданский иск в защиту его интересов может быть предъявлен его законным представителем.

Как следует из материалов дела, компенсация морального вреда взыскана в пользу законного представителя несовершеннолетних потерпевших, которая подала иск также в интересах несовершеннолетних детей.

Удовлетворив исковые требования в пользу законного представителя, суд не учел, что, несмотря на то, что гражданский иск в защиту интересов несовершеннолетних может быть предъявлен их законным представителем, взыскание необходимо производить в пользу самих несовершеннолетних, а не в пользу их представителя.

Судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции судебные решения в отношении Н. и Н. в части разрешения гражданского иска законного представителя о компенсации морального вреда отменила, дело в этой части передала на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

(Определение №№ 77-3202/2022, 77-3229/2022 от 28 июня 2022 г.)

По аналогичным основаниям в части гражданского иска отменены приговор Энгельского районного суда Саратовской области от 30 августа 2019 г. и апелляционное определение Саратовского областного суда от 19 ноября 2019 г. в отношении Г. (Определение № 77-3018/2022 от 28 июня 2022 г.); приговор Клинского городского суда Московской области от 25 мая 2021 г. и апелляционное определение Московского областного суда от 28 сентября 2021 г. в отношении К. (Определение № 77-3209/2022 от
30 июня 2022 г.); приговор мирового судьи судебного участка № 3 Балахнинского судебного района Нижегородской области от 14 мая 2021 г. и апелляционное постановление Балахнинского городского суда Нижегородской области от
11 октября 2021 г. в отношении Б. (Постановление № 77-2825/2022 от 21 июня 2022 г.).

Определение вида исправительного учреждения

При наличии в действиях осужденного особо опасного рецидива преступлений наказание в виде лишения свободы следует назначать в исправительной колонии особого режима.

По приговору Воскресенского городского суда Московской области от
12 марта 2021 г. П. осужден по п. «б» ч. 2 ст. 132 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Из описательно-мотивировочной части приговора следует, что суд признал в качестве отягчающего наказание обстоятельства рецидив преступлений, определив его вид как опасный, в связи с чем в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ назначил ему для отбывания наказания исправительную колонию строгого режима.

Вместе с тем, принимая указанное решение, суд не учел, что П. имеет три судимости по приговорам от 16 июля 1999 г. по пп. «в,г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, от 29 сентября 2000 г. по ч. 2 ст. 162 УК РФ, от 14 декабря 2009 г. по ч. 2 ст. 162 УК РФ за совершение преступлений, относящихся к категории тяжких, наказание по которым соединялось на основании ст.ст. 79, 70 УК РФ с назначением реального лишения свободы.

По приговору от 12 марта 2021 г. П. вновь осужден за совершение тяжкого преступления к реальному лишению свободы, в связи с чем в соответствии с
п. «а» ч. 3 ст. 18 УК РФ его действия образуют особо опасный рецидив преступлений.

Согласно п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы мужчинам при особо опасном рецидиве преступлений назначается в исправительной колонии особого режима.

Однако суд, вопреки указанным требованиям закона, направил осужденного П. для отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительную колонию строгого режима.

Судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции, удовлетворив кассационное представление прокурора, судебные решения в части назначения для отбывания наказания осужденному лишения свободы исправительной колонии отменила, уголовное дело в этой части передала на новое судебное рассмотрение в порядке, предусмотренном ст.ст. 396-399 УПК РФ.

(Определение № 77-2853/2022 от 31 мая 2022 г.)

По аналогичным основаниям отменены приговор Одинцовского городского суда Московской области от 20 апреля 2021 г. и апелляционное определение Московского областного суда от 24 июня 2021 г. в отношении К. (Определение № 77-1778/2022 от
6 апреля 2022 г.).

В соответствии с п. «а» ч. 3 ст. 18 УК РФ рецидив преступлений признается особо опасным при совершении лицом тяжкого преступления, за которое оно осуждается к реальному лишению свободы, если ранее это лицо два раза было осуждено за тяжкое преступление к реальному лишению свободы. При этом лицо не может признаваться ранее дважды судимым за совершение тяжких преступлений, если окончательное наказание ему назначалось на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ.

По приговору Железнодорожного районного суда г. Орла от 27 июля 2021 г. О. осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ УК РФ, на основании п. «в» ч. 7 ст. 79, ст. 70 УК РФ к
4 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

В апелляционном порядке приговор не обжаловался и вступил в законную силу.

При назначении О. наказания в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, судом в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ учтен рецидив преступлений, который на основании п. «а» ч. 3 ст. 18 УК РФ признан особо опасным.

Из материалов дела следует, что О. ранее судим по приговорам от
19 сентября 2016 г. и 2 ноября 2016 г. за совершение преступлений, относящихся к категории средней тяжести, а также за совершение тяжких преступлений к реальному лишению свободы по приговору от 13 июня 2017 г. по ч. 1 ст. 162 УК РФ, по приговору от 7 июля 2017 г. по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ и по приговору от 20 июля 2017 г. по
п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ.

Однако судом не принято во внимание, что по приговору от 20 июля 2017 г. назначено наказание на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения с наказанием по приговору от 7 июля 2017 г., постановлением от 26 сентября 2017 г. наказание по приговорам от 20 июля 2017 г. и от 13 июня 2017 г. также назначено на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Таким образом, окончательное наказание по приговору от 20 июля 2017 г. назначено по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ и на момент совершения преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, образует одну непогашенную судимость за тяжкое преступление.

Судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции приговор изменила, вместо особо опасного рецидива преступлений признала в действиях О. в соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ опасный рецидив преступлений, отбывание наказания в виде лишения свободы назначила в исправительной колонии строгого режима.

(Определение № 77-2176/2022 от 11 мая 2022 г.)

По аналогичным основаниям изменен приговор Щекинского районного суда Тульской области от 24 сентября 2021 г. в отношении Б. (Определение № 77-2385/2022 от
12 мая 2022 г.).

Лицам, совершившим преступления по неосторожности, а также умышленные преступления небольшой и средней тяжести, ранее не отбывавшим лишение свободы, исправительное учреждение назначается на основании п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ в колонии-поселении, а с учетом обстоятельств совершения преступления и личности виновного суд может назначить указанным лицам отбывание наказания в исправительных колониях общего режима с указанием мотивов принятого решения.

По приговору Балашихинского городского суда Московской области от
29 июня 2021 г., оставленному без изменения судом апелляционной инстанции, Г. (ранее судимый по приговору от 26 апреля 2018 г. по ч. 3 ст. 291 УК РФ к штрафу в размере 150000 рублей) осужден по ч. 2 ст. 167, ч. 1 ст. 119, ч. 2 ст. 213 УК РФ, на основании
ч. 2 ст. 69, ст. 70 УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 150 000 рублей в доход государства.

Суд первой инстанции применил при определении осужденному вида исправительного учреждения положения п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Однако, как следует из материалов дела, ранее Г. не отбывал наказание в виде реального лишения свободы, при этом суд никаких обстоятельств, связанных с совершением преступлений, личностью осужденного в обоснование решения о назначении Г. отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, в приговоре не привел.

Первый кассационный суд общей юрисдикции судебные решения в отношении Г. изменил, определил местом отбывания осужденному наказания в виде лишения свободы колонию-поселение, произвел зачет в срок наказания время содержания под стражей из расчета, произведенного в соответствии с п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

(Постановление № 77-3184/2022 от 28 июня 2022 г.)

По аналогичным основаниям изменены приговор Щелковского городского суда Московской области от 31 августа 2021 г. и апелляционное постановление Московского областного суда от 3 ноября 2021 г. в отношении С. (Постановление № 77-2588/2022 от
25 мая 2022 г.); приговор Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 14 сентября 2021 г. и апелляционное постановление Верховного Суда Республики Мордовия от 19 ноября 2021 г. в отношении А. (Постановление № 77-2346/2022 от
11 мая 2022 г.); приговор Мантуровского районного суда Курской области от
24 марта 2021 г. и апелляционное определение Курского областного суда от
20 июля 2021 г. в отношении А. (Определение № 77-2108/2022 от 28 апреля 2022 г.); приговор мирового судьи судебного участка № 11 Дзержинского судебного района Нижегородской области от 28 января 2021 г. и апелляционное постановление Дзержинского городского суда Нижегородской области от 26 мая 2021 г. в отношении Б. (Постановление № 77-1551/2022 от 5 апреля 2022 г.).

Если предыдущая судимость послужила основанием для назначения осужденному административного надзора, повторный ее учет в качестве отягчающего наказание обстоятельства в силу п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ не соответствует требованиям закона, однако она в силу ст. 18 УК РФ образует рецидив преступлений и подлежит учету при определении вида исправительного учреждения на основании ст. 58 УК РФ.

По приговору Суражского районного суда Брянской области от 1 декабря 2021 г. Е. (ранее судимый, в том числе по приговору от 8 февраля 2018 г. по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 3 годам лишения свободы, освобожден 16 октября 2020 г. по отбытии наказания) осужден по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ (4 преступления), на основании чч. 2, 5 ст. 69 УК РФ к
1 году 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Апелляционным постановлением Брянского областного суда от 8 февраля 2022 г. приговор оставлен без изменения.

Из материалов дела следует, что Е. совершил преступления, предусмотренные
ч. 2 ст. 314.1 УК РФ, имея непогашенную судимость по приговору от 18 февраля 2018 г., по которому он был осужден по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, то есть за тяжкое преступление.

По смыслу закона неснятая и непогашенная судимость Е. образует рецидив преступлений, однако в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 63 УК РФ и с учетом разъяснений, содержащихся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от
22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», не может учитываться в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, поскольку относится к признакам состава преступления, предусмотренного
ч. 2 ст. 314.1 УК РФ.

Вместе с тем, учитывая, что действия осужденного образуют рецидив преступлений, они должны учитываться при определении вида исправительного учреждения, поскольку в силу п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ наличие рецидива преступлений обуславливает назначение отбывания лишения свободы в исправительной колонии строгого режима мужчинам, ранее отбывавшим лишение свободы.

Назначая Е. отбывание наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима, суд первой инстанции вышеуказанные положения закона не учел.

Первый кассационный суд общей юрисдикции по кассационному представлению прокурора судебные решения в отношении Е. в части назначения вида исправительного учреждения и зачета времени содержания под стражей отменил, уголовное дело в этой части передал на новое судебное рассмотрение в порядке, предусмотренном
ст.ст. 396, 399 УПК РФ.

(Постановление № 77-3199/2022 от 28 июня 2022 г.)

Согласно п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений, ранее не отбывавшим лишение свободы, а также при рецидиве или опасном рецидиве преступлений, если осужденный ранее отбывал лишение свободы, отбывание наказания назначается в исправительных колониях строгого, а не общего режима.

По приговору Раменского городского суда Московской области от
24 декабря 2020 г., оставленному без изменения судом апелляционной инстанции,
М. (ранее отбывавший лишение свободы по приговорам от 20 августа 2012 г.,
14 марта 2017 г. за совершение преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ) осужден по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 2 годам 4 месяцам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69, ч. 4 ст. 74, ст. 70 УК РФ окончательно ему назначено 3 года 4 месяца лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 10 000 рублей.

На основании ч. 5 ст. 72 УК РФ, учитывая длительное содержание под стражей до судебного разбирательства, М. от отбывания наказания в виде штрафа (назначенного по приговору от 14 ноября 2019 г.) освобожден.

Определив к отбыванию наказания М. исправительную колонию общего режима, суд не учел, что он совершил преступление при наличии рецидива преступлений и ранее уже отбывал лишение свободы.

Также неправильно определив вид исправительного учреждения, суд необоснованно произвел зачет в срок наказания времени содержания под стражей М. на основании
п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, применив при этом повышенный коэффициент без достаточных на то оснований.

Кроме того, освободив М. от назначенного наказания в виде штрафа на основании
ч. 5 ст. 72 УК РФ, суд не учел, что штраф по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ не назначался, а назначен по приговору от 14 ноября 2019 г., также по данному уголовному делу он под стражей в период предварительного расследования не содержался.

Судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции, удовлетворив кассационное представление прокурора, судебные решения в отношении М. отменила, уголовное дело передала на новое рассмотрение (Определение № 77-1502/2022 от 6 апреля 2022 г.).

Применение положений ст. 72 УК РФ

В соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день в отношении осужденных за преступления, предусмотренные ч. 2 ст. 228 УК РФ.

По приговору Октябрьского районного суда г. Пензы от 10 сентября 2021 г.
В. осужден за совершение ряда преступлений, в том числе по ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Апелляционным определением Пензенского областного суда от 22 декабря 2021 г. приговор изменен в части зачета на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ отбытого им наказания по предыдущему приговору.

При разрешении вопроса о зачете в срок наказания времени содержания В. под стражей до вступления приговора в законную силу, суд оставил без внимания сведения об осуждении В. по ч. 2 ст. 228 УК РФ, вследствие чего, при наличии предусмотренных ч. 3.2 ст. 72 УК РФ препятствий, применил правила, предусмотренные п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции по кассационному представлению прокурора судебные решения в отношении В. в части зачета на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок наказания времени содержания под стражей отменила, дело в этой части передала на новое судебное рассмотрение в порядке ст.ст. 397-399 УПК РФ.

(Определение № 77-3173/2022 от 28 июня 2022 г.).

Рассмотрение вопросов, связанных с исполнением приговора

При решении вопроса о замене назначенного наказания в виде штрафа исправительными работами необходимо учитывать предусмотренные ч. 5 ст. 50 УК РФ ограничения в отношении лиц, которым не могут быть назначены исправительные работы.

По постановлению Ленинского районного суда г. Курска от 17 декабря 2021 г. удовлетворено представление судебного пристава-исполнителя, Б., осужденной по
п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ (три преступления) к штрафу в размере 110000 рублей, заменено наказание в виде штрафа на исправительные работы сроком на 1 год 6 месяцев с удержанием 10 % из заработка в доход государства.

Согласно ч. 5 ст. 50 УК РФ исправительные работы не могут быть назначены лицам, признанным инвалидами первой группы, беременным женщинам, женщинам, имеющим детей в возрасте до 3 лет.

В соответствии с п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», принимая во внимание, что наказание в виде исправительных работ предполагает привлечение осужденного к труду, суд должен выяснять трудоспособность лица, наличие или отсутствие основного места работы, место постоянного жительства и иные свидетельствующие о возможности исполнения наказания обстоятельства, в том числе указанные в ч. 5 ст. 50 УК РФ.

Изложенные требования закона судом не выполнены.

Как следует из протокола судебного заседания, судебный пристав-исполнитель сообщил суду о неявке Б. в судебное заседание, поскольку получил сообщение о нахождении ее в условиях стационара в родильном доме в связи с беременностью.

Суд указанные сведения судебного-пристава не проверил, хотя беременность осужденной препятствовала замене штрафа на исправительные работы.

Из представленной прокурором копии свидетельства о рождении следует, что у Б. родилась дочь.

При таких обстоятельствах Первым кассационным судом общей юрисдикции удовлетворено кассационное представление прокурора, постановление суда в отношении Б. отменено, материал передан на новое судебное рассмотрение.

(Постановление № 77-2796/2022 от 22 июня 2022 г.)

Если новый уголовный закон смягчает наказание за деяние, которое отбывается лицом, то это наказание в силу ч. 2 ст. 10 УК РФ подлежит сокращению в пределах, предусмотренных новым уголовным законом.

По постановлению Зубово-Полянского районного суда Республики Мордовия от
14 июня 2013 г. ходатайство С. о смягчении наказания вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу в соответствии со ст. 10 УК РФ, удовлетворено, внесены изменения в приговоры от 20 августа 1999 г., 25 июня 2008 г., 15 апреля 2004 г.,
25 июня 2008 г.

В апелляционном порядке постановление обжаловано не было и вступило в законную силу.

При рассмотрении ходатайства осужденного суд пришел к выводу о необходимости приведения приговора от 20 августа 1999 г. в соответствие с Федеральным законом от
8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации», которым из диспозиции ч. 2 ст. 158 УК РФ исключен квалифицирующий признак совершения кражи «неоднократно», а также приговоров от
25 июня 2008 г. и от 15 апреля 2004 г. в соответствие с Федеральным законом от
7 марта 2011 г. № 26-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации», которым из санкции ч. 3 ст. 158 УК РФ исключен нижний предел наказания в виде лишения свободы.

Вместе с тем, исключая из приговора от 20 августа 1999 г. квалифицирующий признак неоднократности и уменьшая объем обвинения, переквалифицировав действия осужденного С. с пп. «а,б,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на пп. «а,б» ч. 2 ст. 158 УК РФ
(в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ), суд увеличил размер назначенному осужденному наказание, определив ему лишение свободы на срок 4 года
11 месяцев, в то время как по приговору ему было назначено 4 года 1 месяц лишения свободы.

Дважды внеся изменения в приговор от 25 июня 2008 г., суд не пересмотрел приговор от 20 апреля 1998 г. При этом, судом в приговор от 25 июня 2008 г. внесены изменения в части осуждения С. по пп. «а,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, за которые он по данному приговору к уголовной ответственности не привлекался.

Помимо этого, смягчив наказание по приговору от 15 апреля 2004 г., суд не учел, что от отбывания этого наказания он был условно-досрочно освобожден, и не сократил в соответствующем размере срок неотбытого наказания по указанному приговору, что повлекло неверное определение размера окончательного наказания, назначенного по
ст. 70 УК РФ по последующему приговору от 25 июня 2008 г.

Кроме того, судом при принятии решения учтены не все внесенные в уголовное законодательство изменения, в частности, оставлен без внимания Федеральный закон от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации», которым санкции чч. 2 и 3 ст.158, ч. 2 ст. 166 УК РФ дополнены альтернативным наказанием в виде принудительных работ, а ст. 15 УК РФ дополнена частью шестой, в соответствии с которой с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд вправе при наличии смягчающих наказание обстоятельств и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств изменить категорию преступления на менее тяжкую.

Первым кассационным судом общей юрисдикции судебное решение отменено, материал передан на новое рассмотрение.

(Постановление № 77-1867/2022 от 12 мая 2022 г.)

Производство о применении принудительных

мер медицинского характера

Нарушение права на защиту лица, в отношении которого применены принудительные меры медицинского характера, повлекло отмену судебные решений.

По постановлению Мытищинского городского суда Московской области от
1 октября 2021 г., оставленному без изменения судом апелляционной инстанции, Н. освобожден от уголовной ответственности за совершение им в состоянии невменяемости запрещенных уголовным законом деяний, предусмотренных п. «г» ч. 2 ст. 117 УК РФ,
ст. 156 УК РФ. В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 97 УК РФ, п. «в» ч. 1 ст. 99 УК РФ,
ч. 2 ст. 101 УК РФ Н. направлен на принудительное лечение в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа.

Исходя из положений ст. 440 УПК РФ, судья, получив уголовное дело о применении принудительной меры медицинского характера, при отсутствии оснований для направления его по подсудности и для назначения предварительного слушания выносит постановление о назначении судебного заседания, в котором разрешаются вопросы, указанные в ч. 2 ст. 231 УПК РФ.

Лицо, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, должно быть извещено о месте, дате и времени судебного заседания для того, чтобы осуществить свое право на заявление ходатайств (о личном ознакомлении с материалами уголовного дела, о личном участии в судебном заседании и др.) или реализовать иные права, гарантированные уголовно-процессуальным законом.

В постановлении о назначении судебного заседания судья в соответствии с
п. 5 ч. 2 ст. 231 УПК РФ может принять решение о рассмотрении уголовного дела в закрытом судебном заседании с учетом положений ст. 241 УПК РФ, в том числе, если разбирательство уголовного дела в суде может привести к разглашению охраняемой федеральным законом врачебной тайны.

Согласно ч. 1 ст. 441 УПК РФ рассмотрение уголовного дела о применении принудительной меры медицинского характера производится в общем порядке с изъятиями, предусмотренными гл. 51 УПК РФ. Лицу, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, должно быть предоставлено право лично участвовать в судебном заседании, если его психическое состояние позволяет ему участвовать в судебном заседании. При этом учитываются заключение экспертов, участвующих в производстве судебно-психиатрической экспертизы, и при необходимости медицинское заключение психиатрического стационара.

Как следует из разъяснений, данных в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 апреля 2011 г. № 6 «О практике применения судами принудительных мер медицинского характера», лицу, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, должно быть предоставлено право лично осуществлять принадлежащие ему и предусмотренные
ст.ст. 46 и 47 УПК РФ процессуальные права, если его психическое состояние позволяет ему осуществлять такие права. При этом учитываются заключение экспертов, участвовавших в производстве судебно-психиатрической экспертизы, и при необходимости медицинское заключение психиатрического стационара. Указанные медицинские документы не имеют для суда заранее установленной силы и подлежат оценке в совокупности с другими доказательствами.

Присутствие такого лица в судебном заседании является необходимым условием для того, чтобы судья лично мог убедиться в его психическом состоянии и принять справедливое решение. Рассмотрение дела судом первой инстанций в отсутствие указанного лица (вопреки его желанию) допустимо лишь при наличии особых обстоятельств, например, если имеют место признаки агрессивного поведения или если физическое и психическое состояние не позволяет ему предстать перед судом.

Вместе с тем, в материалах уголовного дела отсутствуют как постановление о назначении судебного заседания, так и сведения об извещении участников процесса, в том числе лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, о месте, дате и времени судебного заседания. Кроме того, в уголовном деле, которое рассмотрено в закрытом судебном заседании, отсутствует мотивированное судебное решение об этом с приведением законных оснований из числа предусмотренных ст. 241 УПК РФ. В соответствии с протоколом судебного заседания вопрос о возможности рассмотрения уголовного дела в отсутствие Н. судом с участием сторон не обсуждался, судом лишь доведено до сведения участников процесса, что Н. в настоящее время находится на стационарном лечении, по своему психическому состоянию принимать участие в судебном заседании не может.

В то же время, исходя из требований уголовно-процессуального закона, суду следовало проверить невозможность личного участия Н. в судебном разбирательстве, и, лишь непосредственно убедившись в том, что по своему психическому состоянию он не может участвовать в рассмотрении дела, суд мог принять решение о проведении судебного разбирательства в его отсутствие.

Такой вывод согласуется с правовыми позициями, изложенными в Постановлении Конституционного Суда РФ от 20 ноября 2007 г. № 13-П «По делу о проверке конституционности ряда положений статей 402, 433, 437, 438, 439, 441, 444 и 445 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан С.Г. Абламского, О.Б. Лобашовой и В.К. Матвеева» и нормами международного права, предусматривающими право любого психически больного лица на осуществление всех признанных международными нормами гражданских, политических, экономических, социальных и культурных прав лично либо с участием защитника и прямо указывают на недопустимость какой-либо дискриминации.

С названными положениями соотносятся предписания Закона РФ от
2 июля 1992 г. № 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», согласно ч. 1 ст. 5 которого лица, страдающие психическими расстройствами, обладают всеми правами и свободами граждан, предусмотренными Конституцией Российской Федерации и федеральными законами; ограничение же прав и свобод граждан, связанное с психическим расстройством, допустимо лишь в случаях, предусмотренных законами Российской Федерации, как это следует из ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации.

Учитывая изложенное, судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции судебные решения отменила, уголовное дело передала на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

(Определение № 77-2065/2022 от 14 апреля 2022 г.)

Если лицо, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера, возражает против прекращения уголовного дела по нереабилитирующему основанию, то производство по делу должно быть продолжено.

По постановлению мирового судьи судебного участка № 82 Коломенского судебного района Московской области от 3 августа 2021 г. уголовное дело о применении принудительных мер медицинского характера в отношении Т. прекращено на основании
п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

В апелляционном порядке постановление обжаловано не было и вступило в законную силу.

В силу ч. 2 ст. 27 УПК РФ прекращение уголовного преследования по основанию, указанному в п. 3 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает. В таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, содержащимся в
п. 25 постановления от 27 июня 2013 г. № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», если во время судебного разбирательства будет установлено обстоятельство, указанное в п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, суд прекращает уголовное дело и (или) уголовное преследование только при условии согласия на это подсудимого (лица, изобличаемого в совершении запрещенного уголовным законом общественно опасного деяния).

Вместе с тем, как усматривается из материалов дела и протокола судебного заседания, уголовное дело в отношении Т., изобличаемой в совершении общественно опасного деяния, подпадающего под признаки преступления, предусмотренного
ч. 1 ст. 119 УК РФ, было рассмотрено мировым судьей в ее отсутствие.

С ходатайством о прекращении уголовного дела в отношении Т. в связи с истечением сроков давности уголовного преследования обратилась назначенная защитником адвокат Л. При этом последствия прекращения уголовного дела по нереабилитирующему основанию Т. мировым судьей не разъяснялись, ее согласие на прекращение уголовного дела по основанию истечения срока давности уголовного преследования не выяснялось.

На основании изложенного Первым кассационным судом общей юрисдикции по жалобе Т. судебное решение отменено, уголовное дело передано на новое судебное рассмотрение.

(Постановление № 77-2746/2022 от 7 июня 2022 г.)

При рассмотрении уголовных дел с административной преюдицией следует проверять обоснованность привлечения к административной ответственности за совершение административного правонарушения, судебное решение по которому имеет преюдициальное значение для решения вопроса о наличии в действиях лица общественно опасного деяния.

По постановлению Лукояновского районного суда Нижегородской области от
3 декабря 2020 г., оставленному без изменения судом апелляционной инстанции,
А. освобожден от уголовной ответственности за совершенное им деяние, предусмотренное
ст. 264.1 УК РФ, в состоянии невменяемости, к нему применена принудительная мера медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях общего типа.

По смыслу закона уголовная ответственность по ст. 264.1 УК РФ (в редакции федерального закона от 23 апреля 2019 г. № 65-ФЗ) наступает при условии, если на момент управления автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством лицом, находящимся в состоянии опьянения, виновный является лицом, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения или за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения либо имеет судимость за совершение в состоянии опьянения преступлений, предусмотренных чч. 2, 4, 6 ст. 264 УК РФ либо ст. 264.1 УК РФ.

Как следует из обжалуемого постановления, суд первой инстанции квалифицировал действия А. как управление механическим транспортным средством лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Из материалов уголовного дела усматривается, что А. на основании постановления мирового судьи был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.26 КоАП РФ.

Вместе с тем, согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы
А. обнаруживает признаки психического расстройства вследствие раннего поражения головного мозга с умственным недоразвитием, достигающим степени выраженной дебильности, с резкими эпилептиформными пароксизмами в анамнезе, что лишало его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Из материалов уголовного дела также усматривается, что А. закончил 2 класса, по решению МПК был признан необучаемым, имеет статус инвалида II группы (инвалид с детства), ежегодно переосвидетельствовался, в настоящее время является инвалидом II группы бессрочно; в 2003 году проходил стационарное лечение в ГУЗ НОПНБ № 1 с диагнозом «остаточные явления органического поражения головного мозга, снижение интеллекта, психопатоподобное поведение»; неоднократно признавался «невменяемым», проходил лечение в психиатрическом стационаре.

Согласно ст. 2.8 КоАП РФ не подлежит административной ответственности физическое лицо, которое во время совершения противоправных действий (бездействия) находилось в состоянии невменяемости, то есть не могло осознавать фактический характер и противоправность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия или иного болезненного состояния психики.

В силу п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ невменяемость физического лица, совершившего противоправные действия (бездействие), является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

Вместе с тем обоснованность привлечения А. к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.26 КоАП РФ, судом не проверялась, вопрос о вменяемости А. во время совершения им административного правонарушения мировым судьей не исследовался и не обсуждался.

Первым кассационным судом общей юрисдикции судебные решения в отношении
А. отменены, уголовное дело передано на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

(Постановление № 77-2800/2022 от 21 июня 2022 г.)

Рассмотрение вопросов о наложении ареста на имущество

(ст. 115 УПК РФ)

По постановлению Вольского районного суда Саратовской области от
10 июня 2021 г. наложен арест на принадлежащие О. денежные средства в сумме, не превышающей 316 187 рублей 81 копейку, находящиеся на счете, открытом в банке ПАО «Сбербанк».

В апелляционном порядке постановление обжаловано не было и вступило в законную силу.

Наложение ареста на имущество состоит в запрете, адресованном собственнику или владельцу имущества, распоряжаться и в необходимых случаях пользоваться им, а также в изъятии имущества и передаче его на хранение.

В соответствии с правовыми позициями, содержащимися в Постановлениях Конституционного Суда РФ от 31 января 2021 г. № 1-П и от 21 октября 2014 г.
№ 25-П, наложение ареста на имущество в рамках предварительного расследования по уголовному делу как мера процессуального принуждения, предусмотренная ст. 115 УПК РФ, может применяться как для сохранности имущества, относящегося к вещественным доказательствам, так и в целях защиты субъективных гражданских прав лиц, потерпевших от преступления.

Принимая решение, суд первой инстанции наложил арест на имущество, обосновав свое решение лишь тем, что О. совершил хищение денежных средств. Признавая ходатайство дознавателя обоснованным, суд указал, что указанные данные могут способствовать установлению лиц, причастных к совершению данного преступления.

Вместе с тем, следователь, а не дознаватель, как указано в постановлении суда, обращаясь в суд с ходатайством о наложении ареста на денежные средства, находящиеся на банковском счете О., обосновал его целями обеспечения возмещения ущерба потерпевшему, других имущественных взысканий и возможной конфискации имущества, чему суд оценки не дал. Кроме того, вопреки требованиям закона, суд первой инстанции не указал банковский счет, на который наложен арест, а также не установил ограничений, связанных с владением, пользованием и распоряжением арестованным имуществом.

Первым кассационным судом общей юрисдикции судебное решение в отношении
О. отменено, материал передан на новое рассмотрение.

(Постановление № 77-2061/2022 от 11 мая 2022 г.)

Судебная коллегия по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции

Источник: Первый КСОЮ

Полностью с документом можно ознакомиться на официальном сайте суда.

Для тех, кто интересуется темой кассационного обжалования приговоров рекомендуем прочитать : Кассационная жалоба по уголовному делу "по новому". Форма, содержание, ошибки и прочие особенности...

Сборник решений по приговорам, отмененным и измененным в кассационном порядке в КСОЮ и ВС РФ в 2020 году

Сборник решений по приговорам, отмененным и измененным в кассационном порядке в КСОЮ и ВС РФ в 2021 году

Кассационная практика по уголовным делам в 2022 году. Сборник решений КСОЮ и ВС РФ.