— Кристиан?
— Ты Юки до чертей напугала, — сказал мужчина, помогая мне подняться, — думала, что передоз. Даже знать не хочу, что вы приняли. Если Вуд узнает, ей крышка.
— Все в порядке, — собственный голос больше напоминал скрип, — просто нужно домой. Где Юки?
— Пошла вызывать своего братца. У нас с тобой есть некоторое время поговорить.
Съежилась, осознавая, что осталась один на один с этим похотливым европейцем без сил, совершенно потерянная и слабая. Приготовившись защищаться всем, что есть, я ощетинилась. Но внезапно снова пробила волна озноба. Он подошел и сел напротив. Кристиан сейчас выглядел совершенно иначе. Во взгляде читались серьезность и беспокойство. От былой игривости не осталось и следа. Он схватил мою руку, я в ужасе попыталась вырвать ее, но сил не хватило.
— Стой, не рыпайся, — сказал он устало, — покажу кое-что.
Затем одним резким движением мужчина рванул трикотажную ткань рукава. Руку пронзила боль. Кристиан аккуратно отодрал пропитанную чем-то липким мягкую синтетику. Я с ужасом глядела на свою руку, пытаясь собрать мысли воедино. Вся поверхность кожи была покрыта кровью.
— Что это? — на большее меня не хватило, я лишь судорожно хватала ртом воздух.
— В смысле? — Кристиан выглядел потрясенным, — ты не знаешь?
Он поднялся и вышел, а спустя минуту вернулся с миской воды. Взяв у меня из рук тряпку, Кристиан намочил ее и стал вытирать руку от крови. И чем больше он ее смывал, тем четче вырисовывались знаки, которые ярко проявились на поверхности кожи. С каждым движением мужчины нарастала паника, в голове множились вопросы. Дверь распахнулась и в комнатку влетела Юки, затем подбежала ко мне и крепко обняла.
— Я так испугалась, Катерина-сама, — тараторила она, — думала, что угробила сокровище брата. Я так к тебе привязалась. Если бы с тобой что-то случилось...
Но в тот момент я не могла думать ни о чем, кроме странных символов, которыми покрылась моя рука. Один из них, выглядящий, словно его толстым лезвием вырезали на коже, сильно выделялся, занимая почти всю ладонь. Я в ужасе глядела на знак, напоминающий череп животного, с рогами и перевернутым треугольником сверху. Из ран все еще текла кровь, и Кристиан вздохнул.
— Пока не закончится формирование метки, будет кровоточить.
Метка ведьмы? В душе боролись страх и радость от осознания, что наконец-то дело сдвинулось с мертвой точки. Но этот символ. Чей он? Я не могла сказать ни слова, боль в тот момент поглощала целиком, не давая возможности даже собрать слова в предложения. Из глаз потекли слезы.
— Юки, выйдем? — спросил Кристиан, — поговорить надо.
Когда они покинули комнату, я с трудом встала и, шатаясь, подошла к двери. Почему мне ничего не говорят? Что все это значит? Снаружи донеслись обрывки фраз:
— Ты не сказала, что она... что принадлежит ему.
— Я не знала, Кристиан-сан, — Юки была серьезна, — а что это меняет?
— Ты знаешь, что. Она в курсе?
— Метка только проявилась, — сказала девушка, — мы ждали этого момента полгода.
— Я расскажу, — голос Кристиана стал приближаться.
— Нет, стой! — Юки бежала за ним.
Продолжение следует...