— Просыпайся, просыпайся, быстро,— Баяна открыла глаза, около ее кровати стояло несколько, сильно встревоженных, людей
—Да проснись ты, наконец, тебя срочно требует Солнцеликий
— Кто?— не поняла девушка,
— Повелитель, да пребудет с ним милость Бога
—Зачем?
— Хватит разговаривать, готовьте ее,— скомандовала богато одетая хазарка, которая утром осматривала Баяну после купания
— Как же так сразу? Она же совсем не обучена ничему, даже языка не знает,— тараторил главный евнух
— Приказы Богоподобного не обсуждаются, а выполняются,— прикрикнула богатая женщина
— Да, катун,— склонился в поклоне главный евнух
Баяну подхватили служанки, опять отвели в купальню, где опять тщательно искупали, тело натерли ароматным маслом, уже другим, нежели утром, от чего кожа стала гладкая и нежная, как шелк
Потом девушку осмотрел врач, подтвердив ее непорочность
После этого ее расчесали, красиво уложив волосы, нарядили в тонкие ароматные одежды и дорогие украшения
Доктор аккуратно сделал ей проколы в мочках ушей, куда рабыни сразу вдели массивные серьги
На ноги обули атласные, расшитые и украшенные самоцветами, туфли
Для девушки все было необычно, непонятно и неприятно
Одна из рабынь шепнула ей для чего ее готовят, от чего она, стала, уж было, возмущаться, но катун, как называли здесь знатную хазарку, больно обхватила ей руку и зашипела прямо в лицо:
«Не в твоем положении возмущаться, ты здесь рабыня, как и твой……. предатель Барджиль, хочешь сохранить ему голову на месте, делай, как говорят…….»
Наконец, все приготовления были готовы
На девушку опять накинули плотную накидку, укрывающую ее с головы до пят
Окружив ее со всех сторон, евнухи повели по коридору, придерживая с обеих сторон за руки
Дойдя до большой золоченной двери, евнухи отступили, а стража провела ее в личные покои Богоподобного повелителя
Баяна переступив порог, почти легла на пол, устланный мягким ковром, уткнувшись в него лицом, как ее и учили в гареме
В комнате было почти темно, силуэты мебели проступали темными пятнами
— Поднимись, услышала она властный голос
Каган подошел и снял с нее покрывало,
некоторое время всматривался в ее лицо, потом проговорил:
— Твоя женщина прекрасна, я не сомневался даже, что у потомка благородных Ашина будет хороший вкус
Потом правитель подал знак и, подошедший к Баяне, раб, быстрым движением накинул ей на шею шелковый шнурок и стал его стягивать
Девушка захрипела:
«Оставьте ее! Я согласен»,— услышала она голос Барджиля и потеряла сознание
Данный материал является интеллектуальной собственностью автора. Копирование и прочее использование на разных ресурсах запрещены
следующая часть:
предыдущая часть:
предисловие- анонс: