Великий русский писатель предъявлял к своим детям довольно высокие требования. Детей у него было 13, пятеро из которых умерли в детстве. В 34 года он женился на 17-летней девушке Софье, с которой прожил долгие 50 лет.
Отчасти отношение Толстого к детям было продиктовано его взглядами на жизнь, которые начали меняться после женитьбы. Он стремился отказаться от собственности, жить собственным физическим трудом, что для его жены Софьи было тяжёлым бременем. В книге «Моя жизнь» она писала:
«…Он ждал от меня, бедный, милый муж мой, того духовного единения, которое было почти невозможно при моей материальной жизни и заботах, от которых уйти было невозможно и некуда. Я не сумела бы разделить его духовную жизнь на словах, а провести её в жизнь, сломить её, волоча за собой целую большую семью, было немыслимо, да и непосильно».
Из первых 30 лет замужества в сумме 10 лет Софья Андреевна была беременна. Лев Николаевич предъявлял высокие требования не только к жене, но и к своим детям.
«Бывало, в детстве ушибёшься — не плачь, ноги озябли — слезай, беги за экипажем»
В общении с детьми Лев Николаевич был очень сдержан и строг. Слова любви в семье никогда не высказывались — они «подразумевались», любовь была «по умолчанию», потому что Толстой не видел смысла в том, чтобы тратить время на сантименты.
Если с дочерьми писатель ещё мог проявить толику чувств, то в отношении сыновей они исключались. «Телячьи ласки» высмеивались, причём «телячьими ласками» считались не только проявления родительской и детской любви, но и жалобы: на холод, усталость и прочее.
Нет слова «не могу»
В воспитании детей Лев Николаевич не признавал слово «не могу». По воспоминаниям его сына Ильи Львовича, за отцом надо было «успевать во что бы то ни стало». Касалось это и езды на лошадях: дети падали, отставали, но писателя это не особо волновало.
Образ жизни семьи
Идеология Льва Николаевича предполагала отказ от «излишеств», с чем его жене Софье было невероятно тяжело смириться. Она окончила Московский университет (сейчас — МГУ), выросла в состоятельной семье и привыкла к выходам в свет, но после замужества она 19 лет почти не выезжала из Ясной Поляны.
Для семьи Толстой подготовил «план жизни». Он заключался в том, чтобы упростить образ жизни семьи (за счёт одежды, обуви, еды, экипажей, музыкальных инструментов, мебели, прислуги), а часть дохода жертвовать в пользу школ и бедняков.
Вся семья жила довольно просто. Дети играли с крестьянами, ели и одевались без изысков, несмотря на состоятельность Толстых.
Толстой не любил детей до 2−3 лет
В письме своей тётушке, Александре Андреевне Толстой, великий писатель признавался:
«…Я не люблю детей до 2–3 лет — не понимаю. Говорил ли я вам про странное замечание? Есть два сорта мущин — охотники и неохотники. Неохотники любят маленьких детей — беби, могут брать в руки; охотники имеют чувство страха, гадливости и жалости к беби. Я не знаю исключения этому правилу».
В этом же письме Толстой говорит о своих детях. Несмотря на его строгость и кажущуюся нелюбовь, он буквально видел своих детей насквозь.
В письме тётушке Толстой удивительно точно предсказал будущее своих шести детей, которые были у него на тот момент. Удивительная наблюдательность и прозорливость, которые сделали из Толстого гения и классика русской литературы, позволяли ему невероятно точно понимать своих детей.