В современном мире я еще не встречала абсолютно здорового ребёнка. Хотя бы один вопрос по здоровью, но требует контроля специалиста. Окулисты, ортопеды, гастроэнтерологи, хирурги, неврологи прочно заняли свои места в детских поликлиниках и разнообразных медицинских центрах. Одним дежурным походом к педиатру уже не обходится ни одна семья с ребёнком.
Но есть специалисты, к которым страшно попасть на приём. И я не совру, если скажу, что ни одна мать не хотела бы привести своё дитя к психиатру, как к профильному специалисту по установленному диагнозу. Вообще у нас в стране очень сложные отношения между рядовым гражданином и специалистом по ментальному здоровью, будь то психолог, психотерапевт или психиатр. Обращение к этим специалистам считается стыдным и, чаще всего, тщательно скрывается от знакомых.
Наш невролог, у которого мы наблюдаемся с Андреем, с самого начала говорил нам, что после четырёх лет будет необходимо посетить психиатра. И вот после того, как у сына случился нервный срыв, он дал мне контакт лучшего психиатра в городе, которая заведовала в центре для деток с различными отклонениями.
На приём мы с Андреем шли во всеоружии: все записи невролога, несколько ЭЭГ, узи сосудов шеи, записи с приёма остеопата. Все эти документы и тогда, и сейчас, бережно хранятся в отдельной папке в хронологическом порядке. Так специалистам удобнее отслеживать динамику, уже невозможно запутаться в собственных воспоминаниях, когда и что мы принимали или какие проходили процедуры.
На том первом приёме психиатр сказала одну важную вещь:
Всё лечение, которое вы получали, было направлено на стимуляции мозговой деятельности, что было необходимо для запуска и развития речи. С точки зрения неврологии все правильно и логично. А вот с точки зрения психиатрии есть большое упущение. Мозг вы стимулировали хорошо, но совсем не давали ему "подпитку". Такими темпами можно разогнать мозг и быстро его истощить.
На том приёме мы обусловились, что в течении месяца мы питаем мозг, приводим в порядок состояние Андрея после срыва и снова приходим к ней.
В этот месяц мы пережили многое - и слезы отчаяния, когда Андрей в один момент переставал слышать меня и понимать мои просьбы, начинал бегать по кругу с абсолютно ничего не видящим взглядом. Были и моменты радости, когда Андрей вдруг с абсолютно уверенностью сам заговорил про Новый год и подарки от Деда Мороза.
Подоспел очередной приём у психиатра. Мы обсудили изменения в поведении Андрея, проговорили основные моменты, которые меня беспокоили. Самое основное:
- Игнорирование любых действий, которые ему не интересны. Например, я просила сына убрать игрушки, а он делал вид что не слышит меня. То есть он не просто начинал саботировать уборку, а именно делал вид, что не услышал или не понял меня. А когда я добивались своего, то уборка прекращалась буквально на второй игрушке - он забывал о том, чем занят и начинал снова играть.
- Сын меня не слушал. В буквальном смысле - я начинала ему что-то говорить, а он уходил на середине фразы. Например, я говорила ему задание: "Обведи яблоки на картинке синим карандашом, а груши красным", а он уже хватал синий карандаш и начинал обводить все фрукты вперемешку. То есть у него не только не хватало усидчивости, чтобы долго выполнять задание, у него ещё и не хватало терпения просто дослушать мою фразу до конца.
- Практически отсутствовал собственная потоковая речь. Сын говорил много, но это были либо простые фразы, типа "Мама, дай пить", либо это был выученный текст - фразы из книжек, диафильмов и мультфильмов.
На основании моих жалоб психиатр дала нам направление на занятия в центре коррекции с нейропсихологом. К сожалению, мы попали только на индивидуальные занятия, на групповые не успели записаться. Хотя на индивидуальных Андрей показал себя очень хорошо. Именно этот курс натолкнул меня на важное умозаключение - сын лучше воспринимает правила и знания, которые даю ему не я, а кто то посторонний.
Всего было десять занятий по два раза в неделю. Увы, но буквально пару из них мы не доходили, так как у нас сменились семейные обстоятельства - родилась дочка, долгожданная сестрёнка Андрея. Отдельной статьи достойно описание того, как он её ждал. И после её рождения с каждым месяцем я вижу не только, как растёт она, но и как взрослеет сын. Кроме того, сейчас мы двигаемся в нашей коррекции по немного иному курсу, чем изначально.
#гиперактивность
#гиперактивныйребенок
#особенный
#особенныйребенок
#зпрр