Стыло
Мне ветрено, стыло, мой милый,
В небесной лазури тоска клинописью
Под плач журавлиный.
И наглой рябины кровавая сытость
Среди облетающих кружев.
Лишь рваное небо, кусочки признаний
В темнеющих лужах.
Поздняя осень
Растрепалась, обабилась осень.
Раздарила подарки свои.
И в унылую рыхлую проседь
Стыло плачет о прежней любви.
Что дождями навечно беременна,
Что пьяна от туманной тоски,
И блуждает в эпохе безвременья,
Разрывая надеждой тиски...
То не дождик
То не дождик, небеса
Зашивают раны,
И уходит прочь беда
В белые туманы.
Сердобольной толстой бабой
Туча тянется к леску.
Ей обнять бы, отлюбить бы
За столетнюю тоску.
Но испуган предвкушеньем
Обнаженный черный лес.
Лишь простуженным сипеньем
Скрипы веточек окрест.
Ошарашен откровеньем,
От мишурности отмыт,
Город старые колени
Зябко кутает в гранит.
Предзимье
Как гостья робко, юная зима
Ступала, осторожно остужая.
Хрустальным звоном полнились леса,
Сокровищами льдистыми играя.
Мороз еще был юн, еще он не окреп,
Еще казалось - и тепло возможно.
Еще любилось, верилось, ждалось,
Но как-то по-особому, тревожно.
И хрустом отзывался спешный шаг.
Трухою сыпалась надежда,
Куст у тропы бесстыдно наг -
Стряхнул последнюю одежду.
Лишь солнце всполохом багряным
Ожгло закатом небеса.
Из тьмы уснувшего тумана
Летели вьюги паруса.