Скоро ты станешь бабушкой, мам, - как бы между прочим пробормотал Дима, дожевывая пирожок с мясом.
– Что?! – Я отставила в сторону сковородку и села напротив сына.
– Ну понимаешь… Так получилось. Сонька беременна…
– Сонька? - порылась в памяти.
Дима так же, как его отец, питал слабость к женщинам.
– Да ты ее, наверное, видела. Такая темненькая…
– Что я всегда тебе внушала ? Поступай так, чтобы ни одна девушка из-за тебя не плакала! - вскинулась я . Вымахал Димка - будь здоров, но в голове ещё ветер гуляет. До сих пор только лоботрясничал, жил без каких-либо обязательств… А тут сразу на тебе – ребёнок… Совсем он к этому не готов…
– Да что тут думать… Раз так случилось - женюсь. Но ты не переживай, мам, у Соньки своя квартира…
<< А может, я должна радоваться? - подумалось мне. – Стану молодой бабушкой, малыш будет отрадой >>.
Достала альбомы со старыми фотографиями. Димочка был очаровательным ребёнком. Такой пухленький бутуз… Я обожала своего малыша. Тем более что мы остались вдвоём. Отец Димы ушёл к другой женщине, когда сыну исполнилось три годика. И ничего нельзя было поделать… Так все сложилось… Вскоре познакомилась с будущей невесткой. Дима пригласил Соню к нам в гости. Что говорить, красивая… Перед обедом сын достал бутылку вина и три рюмки.
– Мне кажется, Сонечка не должна пить, — заметила я.
– Это почему же? Вино, особенно красное, хорошо действует на кровь! - рассмеялась девушка.
– Дима только улыбнулся и наполнил все рюмки…
Сын переехал к жене, но часто заглядывал ко мне - хозяйка из Сони была никакая. Готовить она не умела, а ведь мой сын любил вкусно поесть. Я тоже иногда к ним заходила с варениками, голубцами или баночкой гуляша. Но создавалось впечатление, что мешаю им. У них часто сидели гости, и маленькая комнатка, в которой они обитали, казалось голубой от сигаретного дыма. Я старалась поскорее уйти в свой дом - тихий и спокойный.
… Когда в первый раз увидела Максимку, казалось что время повернулось вспять. Такие же темные волосики, пухленькие щечки, как у Димы в детстве. Почувствовала, как на сердце становиться тепло. Малыш был таким очаровательным, таким беззащитным… Осторожно, чтобы не разбудить внука, взяла его на руки. Но ребёнок неожиданно сморщился, и через секунду комната наполнилась жалобным плачем.
– Крепкий у нас мальчуган, будет быстро расти. Кажется, он голодный. Покорми его, Сонечка, – осторожно протянула младенца невестке.
Софья со смехом покачала головой:
– Нет, я не кормлю его грудью. Зачем эта морока? Сейчас столько разных смесей продаётся.
– Но для ребёнка гораздо полезнее материнское молоко, - урезонила невестку. – При этом ты должна соответственно питаться. Ради ребёнка нужно чем-то жертвовать. В этом и заключается материнство.
– Хорошошенькое дельце: этого не есть, того не пить, - раздраженно бросила Соня. - Быть с ним по первому требованию, бежать на каждый крик…
Она вздохнула и пошла на кухню готовить смесь.
– Дима, и ты ей это позволяешь? - спросила я, качая на руках крошечного Максимку. - Как можно?
– Успокойся. Ну не хочет Сонька кормить пацана грудью - это её личное дело. Она, знаешь, любит выпить до обеда бутылочку пивка. Даже лучше, что не кормит, - произнёс сын и включил телевизор.
Я неодобрительно покачала головой и направилась с попискивающим внуком на кухню.
Невестка энергично трясла бутылочку со смесью.
– Видите? Пять минут - и всё готово. – Соня вылила несколько капель на ладонь, проверяя температуру смеси. – Хотите его покормить?
Она не дожидаясь ответа, протянула мне бутылочку.
– С удовольствием, - охотно согласилась я.
– Ну, тогда пойду… Пока вымою голову… Вечером к нам гости придут, надо привести себя в порядок.
Я села и приставила бутылочку к губам внука. Он стал жадно сосать и сразу успокоился. Аппетит у Максимки был отменный, совсем как его отца. Только мой Дима не питался порошком, растворенным в воде…
Вернувшись домой, долго терзалась тревожным мыслями. Не так представляла себе семью сына. Не предполагала, что Соня окажется такой безответственной. Как она намерена заботиться о ребёнке, если ещё и выпить любит? А Дима даже не видит в этом ничего плохого! Ох, не доросли эти молодые до брака, до того, чтобы стать родителями. Чувствовала, что мне самой придётся заняться малышом.
Заходила к ним как можно чаще, забирала внука на прогулку в парк, чтобы подышал свежим воздухом. У них в квартире всегда такая духота! Сколько раз делала сыну замечания, но он только пожимал плечами.
– Ой, мама успокойся! У меня и так хватает забот.
Невестка не работала. Она сидела весь день в четырёх стенах в халате, с сигаретой в зубах. Я не раз уже утром чувствовала от неё запах пива. Однажды Софья все-таки перехватила мой неприязненный взгляд.
– Зоя Викторовна, что вы на меня так смотрите? – вызывающе спросила она. – Димона целыми днями нет дома. А я сижу здесь одна как перст. Мне же хочется хоть каких-то развлечений. Вчера у нас были гости…
– А как же ребёнок? – с укором спросила я.
– Ничего с ним не случится. Накормлен, сухой, чего вы ещё от меня хотите? – буркнула невестка и зевнула. - Ну так как? Идёте с Максом гулять или дальше будете читать мне мораль и наставления?
Я решила поговорить с сыном, когда он пришёл.
– Мам, посидишь сегодня с Максом? – с порога спросил Дима. – Сонька плохо себя чувствует, а мне надо на работу. Здесь пеленки и молочная смесь…
– Послушай, раз уж пожаловал, может поговорим?
– В чем дело, мам? - насторожился сын.
– Ваша семейная жизнь как-то странно выглядит, - начала я. – Мне тревожно за вас. Тебя целыми днями нет дома, а Соня сидит одна и…
– Не беспокойся ты о ней, мамуля, – презрительно бросил Дмитрий. - Она умеет развлекаться…
– Но это ведь твоя жена! - возмутилась я.
– Ну, так получилось. Залетела, вот и поженились.
– А ребёнок? - У меня в голове не укладывалось то, как легко Дмитрий говорит о столь важных вещах. – Ведь брак – это очень серьезно, а вы подходите к нему так безответственно. У вас родился сын. Почему вы не думаете о нем?
– С Максимом как раз все о ‘кей. – Дмитрий посмотрел на часы. – Так посидишь с ним ? Я кивнула. Потом взглянула на спящего внука. Осторожно расстегнула кофточку. Малыш почувствовал мое прикосновение - неожиданно зашевелил ручками и открыл глазки. Я боялась, что ребёнок расплачется. Но он только беззубо улыбнулся, а потом доверчиво протянул ко мне ручонки.
– Солнышко мое любимое! – Сердце залила волна неожиданности. – Сейчас посмотрим, сухой ли ты, а потом бабуля приготовит тебе кашу. И пойдём с тобой на прогулку, сегодня такой замечательный день!
Наступил вечер, а за внуком никто из родителей не приходил. Пришлось мне самой им звонить.
– Я не знала, что уже так поздно. Может, вы, Зоя Викторовна, сами его привезёте? - промямлила Соня. В подъезде услышала шум и музыку, которая доносилась из квартиры… Несколько раз нажимала на звонок, прежде чем на пороге появилась невестка. Раскрасневшаяся, смеющаяся и вполне здоровая…
– Спасибо, – Софья улыбнулась. – Сына, иди к мамочке… Она взяла ребёнка и пошатнулась.
– Соня, но ведь ты абсолютно пьяна! – Я потрясенно смотрела на невестку.
Было ясно: здесь в разгаре вечеринка. Дима и его жена веселились, совсем позабыв о своём маленьком сынишке. И тогда меня понесло… Я кричала, что они нерадивые, безответственные родители, и ребёнка им ни за что не оставлю.
– Забираю Максимку с собой! Позвоните, когда протрезвеете ! - подытожила гневно.
Возвращалась домой в отчаянии. Значит, вот как протекает жизнь моего сына: алкоголь, сигареты, разгульная жизнь… Теперь они все чаще привозили мне ребёнка. Все дольше малыш оставался у меня. Порой по несколько дней. В течение последующих лет именно я воспитывала Максима. В браке Димы и Сони что-то не ладилось. Сын опять начал бегать << за юбками >> , а невестка и сама была не промах: тоже изменяла мужу.
Иногда я задумывалась, почему мой сын вырос таким. Ведь старалась воспитать его как можно лучше. Я видела, как Дима нуждается в мужском общении. После развода два раза пыталась устроить личную жизнь, но каждый раз новые отношения оканчивались одинаково – большим разочарованием. Мои мужчины уходили, а Дима страдал из-за этого ещё сильнее, чем я.
Не желая, чтобы он в очередной раз переживал уход того, кого успел полюбить, решила, что воспитаю сына сама. Хотелось уберечь его от разочарований, но в итоге сын так и не узнал, что такое полноценная семья.
<< Старых ошибок не исправить. Теперь главное - Максимка >> , – повторяла себе. Забирала внука так часто, как только могла. Нередко ребёнок проводил у меня всю неделю.
А потом я неохотно отдавала внука своему сыну. Да и малыш не всегда хотел идти с отцом. Сердце разрывалось, когда видела эти губки, сложенные в подкову, и трясущийся подбородок. Но, с другой стороны, ребёнку необходимы родители, дом, семья.
– Дорогой, надо ехать, – объясняла малышу. – Тебя мамочка ждёт. Не расстраивайся, мой хороший. Совсем скоро папочка опять привезёт тебя ко мне…
Однажды Дмитрий появился на пороге моей квартиры один с двумя тяжелыми сумками.
– Все, мама. – Сын тяжело вздохнул. – Больше не могу играть с Сонькой в семью! Ушёл от неё. Насовсем.
А как же ребёнок? - в ужасе прошептала я. — Ведь Соня не сумеет его воспитать! Он ей не нужен. Тебе не жаль своего сына?! Какую судьбу вы ему готовите? Но мои слова не доходили до Дмитрия. Он поселился в своей прежней комнате. Вернулся к своим холостяцким привычкам. Когда я спрашивала, что будет с Максимкой дальше, сын только пожимал плечами. А я страшно тосковала по внуку, боялась, что с ним что-то может случится. Порой бессонными ночами в голову приходили ужасные мысли…
Может внук голодный, может, кто-то из пьяных дружков Сони издевается над ним…
Я должна была поехать к невестки увидеть его. Начала собирать в сумку гостинцы, когда неожиданно раздался звонок в дверь. На пороге стояли Соня с Максимкой. Я крепко прижала к себе внука. А он обнял меня и доверчиво прижался всем своим маленьким тельцем.
– У меня срочные дела, – объявила невестка. – Зоя Викторовна, вы не побудете с Максимом пару дней?
– Разумеется. Ты ведь знаешь, – ответила ей.
– Здесь одежда и игрушки. – С этими словами невестка протянула мне большую сумку. – Ну, я пошла…
Максим остался на неделю. И меня распирала такая радость - словно крылья за плечами выросли. Когда слушала рассказы внука, волосы вставали дыбом. Оказывается малыш почти не гулял. Чтобы развлечь ребёнка мать включала телевизор и занималась своими делами. Максим мог смотреть мультики сколько угодно. Поэтому мальчик был чересчур возбудимым. Ведь ему нужно куда-то девать энергию.
Так жалела мальчугана! Но что могла поделать? Все же Соня-его мать, в я только бабушка. Однако старалась создать у себя для внука хотя бы подобие настоящего дома. Самыми тяжелыми были минуты, когда за Максом приходила мама. Он не хотел с ней идти, относился к этому, как к какому-то наказанию.
– Не хочу к маме! - плакал он, прижимаясь уже моей юбке. - Я буду хорошо себя вести, не отдавай меня!
– Не устраивай сцен! Пошли немедленно! – теряя терпение, гневно кричала Софья из коридора.
– Не огорчай маму, мой золотой, – шептала я внуку. Сердце сжималось, когда он обнимал меня своими ручонками. Как я его понимала! Здесь у ребёнка было всё: покой, уют, домашняя еда, а прежде всего - любовь. У матери - жидкие супы из пакетов, непрестанные пирушки и очередные << дяди >> . Когда любовники оставались на ночь, ребёнку приходилось иногда до полудня оставаться голодным.
– Иди дорогой… – Я силой пыталась отцепить его пальчики, сжимающие мою юбку. – Скоро ты опять ко мне придёшь. Мы испечём с тобой пирог с яблоками. И будем читать твоими любимые книги…
Максимка знал, что ему все равно придётся уйти с матерью, но всегда боролся. В течение нескольких лет он жил на два дома.
Все изменилось, когда Софья решила поехать работать в Италию. Она отправилась туда на полгода, а сына оставила мне. Дмитрий переехал жить к очередной женщине.
– Понимаешь, мама, Максиму будет лучше с тобой, - как ни в чем не бывало объяснял Дима нежелание взять с собой ребёнка. – А там чужая тетенька…
Знала вскоре сын вернётся. Таким уж он был: любил страстно, но недолго. Только бы не сделал ещё одного бэби. Ведь потом эти крохи страдают…
– Будь осторожен, сынок, - предупредила я. – И помни о том, что я всегда тебе говорила…
Знаю, знаю… - нехотя произнёс Дмитрий. - Чтобы не одна женщина из-за меня не плакала… Дмитрий все понимал, но не слушал моих советов. С тех пор только я занималась воспитанием внука. А он вовсе не был легким ребёнком. Может, я слишком его избаловала? Или мальчику не хватало родителей?
Максима я очень любила. Мне так нравилось, сидя в кресле, смотреть, как увлечённо он рисует. Помню, однажды вечером, как обычно сидя в кресле, наблюдала за мальчуганом, и в какой-то момент задремала.
– Бабушка! – Я, открыв глаза, увидела насмерть перепуганного Максима. – Бабуля, ты не умерла?
– Нет… Ты совсем не двигалась. Мне стало страшно. Бедняжка боялся: если я умру, останется совсем один.
– Бабуля, а когда мама за мной придёт? – однажды неожиданно спросил ребёнок.
– А что, тебе грустно без неё?
– Её уже так долго нет. Я хочу, чтобы мама вернулась… Он смотрел на меня жалобно. Ну да… Этого следовало ожидать. Мальчик все-таки тоскует по маме. Он не видел её уже несколько месяцев. Какая бы она ни была, но ведь мать есть мать.
Когда наконец, Софья приехала, радости не было конца. Я никогда не видела, чтобы Максим прижимался к матери так, как тогда. Истосковался, бедолага…
– Что будет с ребёнком, Соня ? - пыталась выяснить я. - Ты заберёшь его с собой? Или оставишь?
А разве ему здесь плохо? – невозмутимо спросила она. – Забрать его пока не могу- живу там не одна…
Я понимала, что читать мораль этой женщине абсолютно бесполезно. Когда же она, наконец, остепенится? Соня прожила у нас неделю и засобиралась обратно.
– Мамочка, не уезжай, пожалуйста, – умолял Максим, плача и обнимая ее за шею. — Я так соскучился…
– Мне надо… - она погладила сына по голове.
– Не уезжай!!! - отчаянно повторил мальчик.
– У меня уже куплен билет на завтра, сынок, - объясняла она. – Пойми, Максим, там моя работа…
– Здесь ты тоже найдёшь работу, – упирался сын.
– Это сложно… Ну, не хнычь. Ты ведь мужчина! - И освободилась от объятий малыша. И тогда у Максима началась истерика. Он кричал, выл, швырялся игрушками. А когда, наконец, успокоился, прижался ко мне.
– Мама меня любит? Она останется со мной, правда, бабуля? - прошептал он.
– Конечно, останется, - уверенно произнесла я, а про себя подумала: << До завтра в лучшем случае… >>
Весь вечер Максим хвостиком ходил за матерью, не отпуская ни на минутку. Даже ложась спать, попросил, чтобы Соня легла с ним. Мальчуган схватил мать за руку и не выпустил, пока не уснул. Утром, едва проснувшись спросил:
– Где мама?
Полдня малыш не отступал от матери ни на шаг. А Соня то и дело нервно поглядывала на часы. Днём, когда Максим обедал, Софья сказала:
– Сыночек мне надо выйти на полчаса в магазин…
— Но ты не уедешь? - Он со страхом смотрел на мать.
– Нет, – улыбнулась она. - Что тебе купить?
– Ну… Шоколадку…
Софья быстро вышла из квартиры. Я видела из окна, как невестка бросает в багажник такси сумку. Даже не посмотрела наверх. Села в машину и укатила. Малыш, ничего не подозревая, устроился у окна. Он выглядывал мать. Сидел так час, два…
– Гле она ходит так долго? – спросил наконец.
– Идём поиграем, - предложила я.
Он не захотел. Остался у окна, ждал… Его личико становилось все печальнее. В конце концов, он догадался: увидела, как краем ладони Максим вытирает слёзы.
– Не плачь… – Я села рядом с ним.
– Она уехала,да? – спросил он, опустив голову.
– Да,– ответила я печально.
– Даже не попрощалась. Почему, бабуля, ну почему?
– Сынок, она просто не хотела , чтобы ты страдал…
– Мама обманула меня, – твёрдо произнёс Максим.
Я протянула руки, чтобы обнять несчастного ребёнка, но он, вырвавшись и не глядя на меня, в отчаянии бросился в ванную комнату.
Я пошла за ним. Открыла дверь. Максим сидел, спрятав голову в колени, в углу. Я не знала, как утешить бедное дитя. Присела перед ним на корточки, гладила его по голове и шептала: << Хороший мой, родненький, не плачь. Я тебя никогда не брошу. Все будет хорошо… >>
Сердце разрывалось от боли. Именно тогда Максим потерял доверие к матери.
В течение нескольких следующих лет Софья ненадолго приезжала. И уезжала. Внук уже не драматизировал ее отъезды. Понял, что это не поможет. Однажды от неё пришло письмо, но не из Италии, а из США. Она писала, что выехала туда с женихом, хочет остаться там насовсем. Высказывала уверенность, что Максиму со мной будет хорошо, она пока забрать его не может.
я не представляла себе. Как можно бросить собственного ребенка. Для моего внука наверняка было бы лучше, если бы она оставила его один раз и уже не вернулась. А так всякий раз мальчик переживал драму. Я не показала ему это письмо. Не хотела, чтобы он опять страдал…
Шло время. Максим вырос, повзрослел. Красивый парень из него получился. Живой, как ртуть. Мне хотелось заменить ему и отца, создать для ребёнка тёплый, родной дом, поэтому позволяла мальчику слишком много, не могла ни в чем ему отказать.
Софья редко писала, но каждый месяц присылала деньги. Дмитрий опять влюбился. На этот раз серьезно. Решил жениться. У его избранницы Надежды было двое собственных детей, поэтому, увы, мало верилось, что Максим переедет жить к отцу.
– Подумай, как бы это выглядело, если бы я приперся в Надину квартиру с ребёнком… – объяснял Дима. – Там ведь не дворец- всего две комнаты.
– Ты не боишься, что потеряешь его?! - спросила я с упреком. – Какой же из тебя отец?
– Ой только не преувеличивай, мама! — Дима улыбнулся. – Я тоже рос без отца, и что? Человеком стал!
После свадьбы отца Макс выглядел задумчивым.
– Не грусти. Папа очень тебя любит, но не умеет это показать… – Мне хотелось хоть как-то утешить внука. – Давай, я налеплю тебе вареников.
Максим кивнул. Было страшно жаль мальчика. Если бы только сумела, звёзды с неба для него достала бы. Но любовь родителей я ему заменить не могла. Правда после женитьбы Дмитрий остепенился и даже стал приглашать сына в гости. А он тянулся к отцу…
Шло время. Максим поступил в институт, мечтал стать программистом. Я поддерживала его честолюбивые планы, как могла. Нам хорошо жилось вдвоём. Благодаря этому ребёнку я оказалась не одинока. Мне было с кем поговорить, о ком позаботиться. Макс тоже заботился обо мне. Однажды в нашу дверь позвонили.
– Я открою, бабуля. Это, наверное, кто-то ко мне, – услышала из прихожей голос Максима.
В коридоре царила непонятная тишина…
– Деточка, кто там пришёл?! - крикнула я.
Внук тихо вошёл в комнату. Вид у него был испуганный. за ним неуверенно следовала какая-то женщина. Сначала даже не узнала ее. Сжатые губы накрашены слишком ярко, сеть морщинок вокруг глаз, опущенные плечи…
– Бабушка, это мама приехала, - как будто издалека донёсся до меня голос внука.
Не поверила собственным глазам. Соня? Здесь? Зачем?
– Я вернулась к тебе, Максимка, – объявила она, с надеждой гладя сына. – Уже точно навсегда… Теперь мы будем вместе. Привезла немного денег… Проживем… Как же ты вырос! Она потянулась, чтобы погладить сына по голове, но тот он отстранился. Воцарилось тягостное молчание.
– Ты уже почти мужчина и такой красивый! – Голос ее был заискивающий, преувеличенно восторженный.
– Но это совсем не твоя заслуга, мама. Что случилось, что ты вдруг обо мне вспомнила?
Я видела, как лицо Сони бледнеет, становится серым, как пепел… Пепел, который остался от всех чувств маленького мальчика, ждущего свою маму, умоляющего о капле внимания и любви. Пепел, в который превратились его любовь и отчаяние, страх и надежда, когда он часами высматривал в окно мать.
– Но я же люблю тебя, - прошептала Соня.
– Неужели? – с сарказмом произнёс Максим.
– Это правда, сынок… – Ее голос дрожал. Ей нечего не нужно было добавлять.
Мы с внуком поняли, что эта женщина осталась совсем одна. Поэтому она вернулась в Россию. Вернулась из чистого эгоизма, а вовсе не из любви к собственному единственному ребенку.
– Ведь все еще можно исправить… – убеждала она себя и сына. – Мы поселимся вместе, всё будет хорошо. Ведь я твоя мать…
Соня говорила все тише, потому что видела в глазах Максима только равнодушие.
– Может, ты во мне и нуждаешься, но я в тебе… – Он заколебался. – Нет, уже нет. Когда-то ты была очень нужна мне, но у тебя не нашлось времени. Никогда не было времени. Ты опоздала, мама.
Он отважно посмотрел ей в глаза.
– Я слишком долго тебя ждал. Плакал, тосковал… Но ты думала только о себе. До меня тебе не было никакого дела. Я давно уже понял это.
– Максим, прошу тебя… Я вернулась, люблю тебя, хочу дать тебе дом, которого у тебя никогда не было. – Голос невестки был хриплым от алкоголя и сигарет. – Я больше не уеду, не брошу…
Больно было смотреть, как она теперь униженно вымаливала любовь собственного сына.
– Мой дом здесь, у бабушки, - ответил парнишка. – Всегда был… И я отсюда никуда не уйду.
– Не делай мне так больно. Теперь я осталась абсолютно одна… – Соня все же расплакалась.
– Я тоже плакал, мама… – признался Максим. – Но тебя тогда не было рядом со мной.
Я понимала, как жестко сейчас внук ранит свою непутевую мать. Но так же хорошо помнила другие, не менее, а то и более серьёзные РАНы, которые бездумно нанесла эта женщина своему маленькому беззащитному сыну. Соня делала все безотчетно, не задумываясь а иногда даже подло.
- Бабушка научила меня любви. И я никогда ее не брошу, - твёрдо сказал мальчик. – Мой дом здесь.
Мне было жаль эту женщину. За все в жизни нужно платить, и зачастую это очень больно. Максим уже заплатил свою цену. Теперь пришла очередь его матери. Соня вытерла рукой слёзы, совсем размазав макияж. Она выглядела крайне жалко, униженной.
– Держи… - Я подала невестке платочек.
– Прости меня. – Она дрожащими руками вытирала глаза. – Наверное, не должна была приходить. Пойду. Можно буду хотя бы навещать вас иногда? Ведь я здесь совсем одна.
– Конечно, можно, Соня, что за вопрос. Правда ведь, дорогой? – Я звала внука за руку.
Максим кивнул. Но все знали, как будет трудно восстановить то, что так последовательно, методично разрушалось долгие годы.