Британцы ступают на очередную ступень рок-неординарности
Всегда интересно наблюдать, помимо огня, воды и чужого труда, за тем, как эволюционируют музыкальные исполнители. В то время, как влекомое общим потоком большинство предпочитает топтаться на месте, некоторые ищут себя. Так открываются редкие ниши или же длинные дороги с захватывающими пейзажами на остановочных пунктах.
Одна из популярных и коммерчески успешных британских групп последних двух десятилетий Arctic Monkeys выпустила свой седьмой альбом. Несмотря на ожидания возвращения к удобоваримому и радиоформатному звучанию альбома AM (2013) или энергичных инди-роковых ранних записей группы, диск развивает вектор, заданный предыдущей, неоднозначной и подчас чересчур экспериментальной, пластинкой коллектива Tranquility Base Hotel & Casino (2018).
Это богато аранжированная, эстетски винтажная, записанная с большим вниманием к деталям, но требовательная к слушателю музыка. Если определять жанровые пределы, то будет присутствовать оркестровый рок, барокко-поп и даже лаунж-поп, а критики при оценке звучания The Car дают отсылки к работам Дэвида Боуи, Скотта Уокера, Сержа Генсбура и Жака Дютрона.
Визуальная эстетика клипов, выпущенных на песни There’d Better Be A Mirrorball и The Body Paint, также указывает на источники вдохновения и музыкальные эпохи, приглянувшиеся группе.
10-трековый The Car являет первый альбом, над которым группа работала с полным оркестром, позволив голосу Алекса Тернера, звучащему более задумчиво и податливо, чем когда–либо, пробиться сквозь кинематографический пейзаж струнных, фортепианных мотивов и низких басовых раскатов.
Элегическое начало There’d Better Be A Mirrorball сразу же поднимает ставки. Мелодия расставания, которая тихо тоскует по исчезающим ощущениям скрипки и клавесина. Главный сингл альбома был первым, который был записан в студии и этот момент запечатлён в ретро-видео, снятом на 16-миллиметровую камеру самим Тёрнером.
Дерзкий трек Body Paint полностью переворачивает сценарий: это тонкий и как будто подмигивающий номер, где солист поёт «и если ты думаешь обо мне, я, наверное, думаю о тебе» в вихревой атмосфере, под раскатистый бас О'Мэлли, которые вдруг уступают место штормовому ветру и гитарному соло от Кука. В этой краткой части новая работа веселит, привнося толику лёгкости.
Тернёр экспериментирует с гитарой wah-wah как для Jet Skis On The Moat, так и для смехотворно фанковой I Ain't Quite Where I Think I Am, отсылающей к периоду Young Americans и Station To Station Боуи. Композиции легко маринуются в текстурах восходящих взмахов и тонкого, медового соула.
В то же время Sculptures Of Anything Goes – самая мрачная песня группы на сегодняшний день, затаскивающая слушателя в логово чудовища искажений и тяжёлой электроники.
Ну и заглавный трек – проникновенная и задучиво-созерцательная песня, кружащаяся в оркестровых потоках, как высохшие осенние листья на одиноком и холодном тротуаре.
Безусловно The Car уходит намного дальше предыдущего альбома, где группа не совсем понимала ни видоизменённое звучание, ни динамику новых звуков. Музыканты словно переехали из гаража в просторную квартиру с видом на океан. И эта новая обстановка вдохнула жизнь в новый виток творчества. Хочется надеяться, что надолго.
Оценка: 3,5/5
Источники изображений: www.discogs.com, www.nme.com