Англосаксы всегда видели в Германии серьезную угрозу, пишет Sabah. Берлин долгое время следовал прозападной политике, но после начала украинского кризиса стало ясно, что Вашингтон намеренно оказывает на него давление. И Германия задумалась о начале новой независимой политики.
Современная Германия, которая практически возродилась из пепла после 1870-х годов благодаря военным и дипломатическим успехам Отто фон Бисмарка, стала подниматься в период Pax Britannica (1815-1914). По этой причине развитие Германии с самого начала рассматривалось англосаксами как большая опасность.
Германия, зная это, обратилась к регионам, которые не были подконтрольны британцам. Гитлер проводил такую политику, которая привела бы его на плодородные украинские земли и вывела через них в Россию, чтобы завладеть каспийским энергетическим бассейном.
Однако этот проект закончился разгромом. После 1945 года Германия разделилась. Промышленность была уничтожена. Это государство было вынуждено стать аграрной страной. Во время холодной войны англосаксы пошли на создание военной структуры, по выражению первого генерального секретаря НАТО, лорда Гастингса Исмея (Hastings İsmay), в соответствии со "стратегией удержания России снаружи, США внутри, а Германии внизу".
Германия как атлантист поневоле задумывалась как фронт борьбы между СССР и США. Однако сдержать Германию так и не смогли. Восточная Германия стала наиболее развитой страной Варшавского договора, а Западная Германия — самой успешной в промышленном отношении страной натовского лагеря.
После холодной войны политика англосаксов в отношении Германии не изменилась. Например, премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер (Margaret Thatcher) выступала против идеи объединения Германии. Известно, что за кулисами Горбачеву предлагали предотвратить эту попытку.
Однако Германия никогда не останавливалась на пути достижения геополитических целей в духе меркантилистской логики. После распада СССР влияние Германии в Европе и на Балканах вновь возросло. Это была единственная западная страна, которая наиболее успешно вышла из мирового финансового кризиса 2008 года.
Несмотря на давление США и Израиля, Германия не довела отношения с Турцией до разрыва. В этом контексте мы знаем, что одним из самых тревожных для проамериканцев в Берлине факторов является неоосманская повестка дня. Помимо Турции, Германия также развивала отношения с Россией и Китаем. Однако украинским кризисом США хотят разрушить все геополитические инициативы Берлина и прежде всего энергетические мосты, которые она построила с Москвой.
Понимая, что хочет сделать Вашингтон, реалистическое крыло ФРГ считает, что пришло время действовать. Вот почему близкий к этим кругам канцлер Олаф Шольц сопротивляется украинской политике под управлением США и Великобритании.
Промышленность Берлина, который только начинает стратегическую борьбу за независимость от Вашингтона, также находится под угрозой из-за энергетического кризиса. Украинским конфликтом США во многом затормозили реализацию Германией стратегии по обретению независимости. На самом деле англосаксы, как и во время холодной войны, вновь берут на прицел Германию под новым зонтиком европейской безопасности. Первые три условия этого зонтика заключаются в следующем:
— враждебность по отношению к России;
— полная приверженность атлантическому альянсу;
— отказ от самостоятельности.
Мечи обнажились. В то время как США сорвали проекты "Северный поток — 1" и "Северный поток — 2", Германия стремится получать российский газ через Турцию. В этой связи Берлин является одним из тайных партнеров проекта транспортировки российского газа из Анкары в ЕС.
Ясно, что Берлин не сдастся. Если попытка Германии встать на ноги будет сорвана, тогда может произойти вторая веймарская трагедия. Напомним, этот период начался с созданием республики в 1918 году вместо монархии, упраздненной после Первой мировой войны, и закончился после того, как Адольф Гитлер стал канцлером 30 января 1933 года.
Отныне атлантисты прекрасно знают, к какому апокалипсису приведет чрезмерное притеснение Германии. Вот почему они "проглотили" оборонный бюджет этой страны в размере 100 миллиардов евро.
Таким образом, немецкие интеллектуалы и политики-реалисты, такие как Шольц, дают понять, что отныне будет проводиться более автаркическая, активная, напористая национальная внешняя политика.