А в городе? На радость Таганрожцам дал концерт на стадионе «Торпедо» Муслим Магомаев. С ним выступили, тогда популярные, Лариса Мондрус и Эмиль Горовец. Творческий диапазон у Муслима был фантастическим. От «Бухенвальдского набата», «Севильского цирюльника» и «Королевы красоты» до - «Май бэби, бэби, бала, бала» собственного сочинения.
Эта песенка, так сказать на английском языке, была полной неожиданностью. И только прибавила популярности певцу. Что творилось на стадионе? Народу столько не было на матче кубка СССР с московским «Торпедо». Огромные толпы вокруг стадиона слушали концерт. На всех не хватило билетов. После концертной программы, Магомаева несколько раз провезли по беговой дорожке стадиона на милицейском газике (в народе «бобик») повернув в лицо обожаемому певцу свет от специальной фары.
Все были счастливы, бросали цветы с криками благодарности. Фанаты выскакивали на поле и бежали рядом с газиком. В конце концов, тот остановился из опасений кого-нибудь задавить. Милиция не на шутку забеспокоилась, любимца могли порвать на сувениры. И когда все с трибун оказались на поле, Магомаева быстро вывели через боковую проходную, а газик на всякий случай перевернули. А что? Настоящий народный артист.
Кстати, на этом стадионе в товарищеских матчах местному «Торпедо» (тогда класс Б) проигрывали сборные Китая, Финляндии и Венгрии, не говоря уже о «Терек» из г. Грозного.
Производственная практика прошла в г. Запорожье под музыку весьма колоритных местных рок–команд, игравших на танцах в парках и в клубах. По вечерам и даже в выходные дни, я на пари, что никто дневники по практикам не читает, кроме их авторов, подробно описывал свободное время препровождения в разделе общественной и политической жизни. Пари я проиграл. Именно мой дневник и прочли, кому надо. По устному заявлению доброжелателя.
От практики отстранили и отправили в институт с сопроводительным письмом от заместителя директора по кадрам опытного завода производства полупроводников и микросхем. К производственным успехам претензий не было. Нормы выполнял и получал зарплаты с премиями.
Тем не менее, отчисление. Было заседание кафедры с мнением, на решение ректора. Как у Иисуса с прокуратором Понтием Пилатом. Когда секретарь завела в кабинет, увидел улыбающегося нового ректора с моим дневником на его столе, поздоровался за руку и спросил, не могу ли я ему его подарить? Я был польщён и с большим признанием подарил. Он был ещё молод!
Музыкально отметилось путешествие на теплоходе по Дону, Волге и Неве, озёрам Ладожскому и Онежскому, через каналы Волго-Дон и Волго-Балт, из Ростова-на-Дону в Ленинград и обратно. Перед пятым курсом. У меня были деньги после Казахстанской шабашки, а у приятеля были папины деньги. 10 дней туда, 4 дня там и 10 дней обратно. Пролетели, как один. По вечерам в музыкальном салоне, на белом рояле приятель лихо играл, и мы с ним дуэтом пели весёлые песенки. Мы пользовались определенным успехом у публики, особенно у профессорских жен и дочерей.
Два культ массовика и затейника играли на баянах. Вместе с пассажирами исполняли частушки и песни приволжских городов, по правую руку следования. Их специально разучивали. Все было красиво. И теплоход, и барышни, и реки, и водохранилища, каналы со шлюзами и берега.
Параллельно с нами следовал такой же теплоход с британскими гражданами, пенсионного возраста и весьма крепкого здоровья по части выпивки и громкого пения частушек на нашем ломаном языке. Обычно первыми швартовались мы, а британцы за нами. Но в Плёсе перепутали, сначала британцы, а мы за ними. Состоялось, совместное британо-советское знакомство с творчеством художника Левитана прямо на местах установки мольбертов.
На ближайшей улице к причалу местные гуляли свадьбу, конечно, под волжские гармоники. Это привлекло внимание, уже прилично подвыпивших британцев, прихвативших с собой экзотическую выпивку. Таких бутылок с хорошим виски и картинками горожане Плёса не видывали. Мы тоже потянулись к свадебному дому. Все перемешались.
Местные жители приходили на теплоходы и скупали заморские напитки и закуски. Все праздновали свадьбу. Часть наших и британских путешественников потерялись в Плесе. Поиски местной милицией и общественниками до вечера, результатов не дали. Отплытие отложили до следующего дня. Свадьба переместилась на палубы до самого утра. Теплоходная музыка больше подходила к танцам. Утром на палубах и в трюмах обнаружилось немало не вменяемых местных.
В калькуляции путешествия были предусмотрены, утренние поздравления именинников с шампанским за завтраками, а после ужинов длительные фуршеты, с добавками за свой счёт в буфетах обоих теплоходов. Именинникам, если стоял на ногах и, способен был выразить желание, предоставлялась возможность немного порулить теплоходом, под аккомпанемент аккордеонистов и вопли поздравляющих обоих теплоходов. Мой день рождения оказался в графике поздравлений.
Последний аккорд студенчества плохо помню. И состоялся ли он? Важные события приглушили музыку. Женитьба моя да свадьбы друзей, диплом, гибель прямо перед самой защитой диплома школьного друга, с которым не приняли наш весь класс в комсомол. В принципе, таким аккордом можно было бы считать военные сборы. Но то отдельная песня.