В коморке было накурено. Под потолком была какая-то вентиляция, но она не успевала избавляться от сигаретного дыма, который распространял Марк. Он выкуривал уже десятую сигарету, пока сидел на груде белья.
У него было странное чувство после разговора с девушкой в коридоре. Чувство, будто он её уже знает. В тот раз, когда она выбегала из номера, он не успел её разглядеть, но сейчас другое, словно ему и не нужно её видеть, чтобы узнать. Марку хотелось встретится с ней снова, но на этот раз, как полагается, как минимум увидится.
Марк вспоминал её голос, и по коже у него бегали мурашки, как у подростка, который влюбился. Там было две девушки, но он определенно точно различал их по голосу, и думая о той, которая была в номере Мендельса, у него внутри всё сжималось. Однако, возможно это от выпитого виски.
Он слышал, как строгая женщина в коридоре выгоняла девушек из отеля. Марк очень хотел вмешаться и не позволить им обижать этих девушек, но из-за запертой коморки ничего не мог сделать. Оставалось слушать и негодовать.
Марк всё время держался за голову, а во рту начиналась засуха, и ему казалось, что он может умереть от жажды в этой комнатке. Его постепенно накрывало похмелье. Глаза закрывались, его то и дело норовило прилечь. Когда за дверью были люди, он ещё держался, да и вообще не обращал внимания на своё состояние, но теперь, когда он остался один, вдруг понял, что-голова-то тяжёлая. По обыкновению, он бы просто выпил ещё стакан алкоголя и завалился спать, а через несколько часов принял бы душ и был как новенький. Однако, сейчас другое дело. Желудок урчал, а когда ложился, у него кружилась голова – это всё, что мог делать.
Марк привстал и вплотную подошёл к двери, прислушался – тишина. Там никто не ходил и не разговаривал, но он всё равно начал громко стучать. Он кулаком бил об дверь и кричал: «Выпускайте, жрать хочу!»
Спустя какое-то время он всё прилёг на груду белья и уснул.
Внезапно в замочную скважину двери вставился ключ с характерным звуком. Два охранника помогли Марку встать, но тот не приходил в себя. Они принесли бутылку с водой. Марк увидел и тут же очнулся, резко отобрал у охранника бутылку и выпил половину содержимого.
- Спасибо! – Сказал Марк.
- Извините, мы не знали, что вы – Марк Син. – Проговорил один охранник.
- Серьёзно?!
Они вместе вышли в коридор и пошли в сторону проходной. Один охранник придерживал его за предплечье, чтобы тот никуда не врезался, но Марк остановился, рукой тихонько оттолкнул охранника от себя и пошёл дальше сам.
- Нам же никто не сказал, что мы там держим известного певца. Это просто недоразумение. Извините, пожалуйста.
Из-за угла появились другие охранники и женщины, работающие в прачечном отделе. Все приветствовали Марка и улыбались ему, кто-то пытался до него дотронуться. В череде лиц, сквозь которых певцу приходилось проходить, он издалека приметил знакомое лицо. Это была его менеджер – Анна.
- Расступитесь, народ! – Говорила она. – Дайте ему дорогу, пусть выйдет на свежий воздух.
- Привет, Ань!
- Что они с тобой сделали, где ты был? Они ничего не говорят. Ты в таком виде, будто неделю пил. Пошли скорее отсюда. Я немедленно забираю тебя из этого отеля.
- Нет! – Сказал Марк.
- То есть как нет?! Тебе тут нравится? Ты же сегодня должен уже съезжать.
- Да, но нет! Я просто хочу выспаться. Не хочу никуда ездить или чего-то ещё делать, а просто хочу завалиться спать, максимум перед сном можно поесть. А ещё можно немного выпить.
- Да, но, а как же сегодняшняя встреча в ресторане?
Он молчал. Они вдвоём дошли до служебного лифта.
- Марк, я не уверена, что это правильное решение.
- А я уверен, что всё правильно. – Он зашёл в лифт первым. – И да, узнай, кого они сегодня уволили. Двух девушек они уволили, вроде официантки. Узнай, кто они и откуда.
Анна осталась снаружи, а Марк внутри лифта. Двери закрылись.
Марка гложило престранное чувство. Он смертельно уставший, с головной болью и с похмелья, казалось бы, не имевший возможности делать что-либо, но он ехал в лифте и точно понимал, что хочет взять в руки гитару и спеть песню. Абсолютно не понимая, какую песню ему петь, он вышел из лифта, добрался до своего номера и сел на диван, обнимая свою акустическую гитару.
Он вошёл в номер и не заметил большую корзину с экзотическими фруктами и с запиской с извинениями внутри.
По обыкновению, Марк опустил голову и закрыл глаза. Где-то внутри, в груди, зародилась тревога – мандраж. Предчувствие важности момента, такое обычно бывало перед сочинением хорошей песни. Он зажал аккорд AM, ударил по струнам, и гитара ожила.
Продолжение ПОСЛЕЗАВТРА...
Предыдущая Глава
Начало повести.
Ставьте лайки и подписывайтесь на канал, чтобы читать другие произведения
Повесть о тяжёлой жизни обычной женщины