28 октября 1962 года завершилась острая фаза Карибского кризиса. Одна из ключевых причин кризиса — плохое понимание сторонами механизмов принятия решений у своих оппонентов, полагает профессор департамента политики и управления факультета социальных наук ВШЭ Алексей Макаркин. В интервью HSE Daily он рассказал о своем видении того, почему 60 лет назад мир оказался на грани ядерной войны.
— Как складывались отношения между США и СССР к моменту обострения кризиса?
— Они развивались очень непросто. После смерти Иосифа Сталина в марте 1953 года сразу начался пересмотр конфронтационной внешней политики.
В 1959 году Хрущев первым из руководителей России и СССР посетил США, встретился с президентом Дуайтом Эйзенхауэром. Внешне визит также выглядел весьма успешным. Многие ожидали, что он даст мощный импульс развитию советско-американских связей и дальнейшей нормализации отношений с Западом.
— Было ли потепление отношений?
1 мая 1960 года, на следующий год после визита Хрущева в США, над Свердловском был сбит американский самолет-разведчик U-2, было видно, что за улыбками скрываются серьезные действия друг против друга. Хрущев понял это, а также отказ США извиниться за эту акцию как подготовку к войне, и запланированная встреча с Эйзенхауэром в Париже была сорвана.
США подозревали Советский Союз в тактическим отступлении, за которым может последовать новое обострение. Началась новая конфронтация, которая ярко проявилась в эпизоде, когда Хрущев, требуя слова, стучал сандалией по трибуне в ООН.
— Почему потепление оказалось недолгим?
— На Западе полагали, что СССР более агрессивен, чем было в реальности, а Хрущев думал, что американские политики — придаток ВПК и намерены раскручивать гонку вооружений до окончательной победы над СССР.
— Как повлиял на ситуацию приход к власти демократа Джона Кеннеди?
— У Хрущева возникло ощущение, что в Белый дом пришел «мальчик» (Кеннеди в 1961 году исполнилось 44 года, Хрущеву — 67 лет. — Ред.), которого можно попробовать «на слабо». Летом 1961 года вспыхнул второй Берлинский кризис, из-за статуса Западного Берлина. Танки обеих сторон стояли неподалеку друг от друга, ситуация была близка к войне в центре Европы.
Кризис был купирован, он привел не к войне, а к строительству Берлинской стены. Хрущев тогда отступил, его ультиматум США и НАТО об очищении Западного Берлина остался громкими словами. Американцы увидели, что он не такой фанатик, каким казался на трибуне ООН, и может отступить. Стена была альтернативой войне, символом, что стороны не хотят переходить границу.
— Почему выбрали именно Кубу?
— В Москве стали изучать уязвимые места США, решили, что это Куба, где американцы пытались свергнуть Фиделя Кастро. Кастро с удовольствием согласился принять советскую военную помощь, и возникла идея показать американцам способность СССР предпринять решительные шаги в исторической сфере влияния США.
— Чем было вызвано обострение кризиса?
— Самоутверждение Хрущева столкнулось с тем, что американская разведка смогла выявить установку ракет на Кубе. 14 октября самолет ВВС США снял стартовые позиции советских ракет, Вашингтон это оценил как реальную угрозу, хотя СССР уступил в Берлине. 20 октября Кеннеди объявил о начале военно-морской блокады Кубы, а 27 октября советские ПВО сбили американский самолет-разведчик, снимавший их позиции на острове.
— Что сыграло ключевую роль в том, что столкновения не произошло?
— К тому времени появился опыт отношений, были созданы контакты с американцами, мир изменился по сравнению с 1953 годом, в Москве прошла американская выставка, стороны смотрели друг на друга не только через прицелы.
Одновременно выстраивались каналы общения, основанные на личном доверии, когда люди говорили не лозунгами, а сугубо прагматично.
— Что стала основой для переговоров?
— Хрущеву и Кеннеди было важно сохранить лицо и не допустить войны. 28 октября они обменялись письмами, где договорились о пакетной сделке, причем СССР сразу убирал ракеты с Кубы, а США из Турции — через полгода. Также США гарантировали, что не нападут на Кубу.
Важно было то, что и в СССР, и в США ключевые решения принимали политики, понимавшие, что вооруженный конфликт, способный привести к третьей мировой войне, недопустим. Они смогли быстро создать новый канал связи и сумели договориться.