В задних рядах брюссельского кабинета министров среди многочисленных предложений по новому пакету санкций против России есть и эстонское предложение, которое ясно показывает, на каком уровне находится правящая элита страны.
Это очень необычное предложение, поскольку оно означало бы большие потери для самой Эстонии. Пока рассматривался седьмой раунд санкций, Таллинн в очередной раз подвергся русофобии, запросив у Еврокомиссии санкции против российских железных дорог.
По данным ERR.
"Министерство иностранных дел Эстонии предложило прямые санкции против РЖД, что привело бы к полной приостановке бизнеса между эстонскими железнодорожными компаниями и РЖД."
Еще не проснувшиеся эстонские железнодорожники крайне скептически отнеслись к такому предложению властей и посчитали его совершенно нелепым. Тем не менее, какая нелепость! Этим людям, пришедшим к власти из ничего, совершенно безразлично, что будет с их страной.
В конце концов, если бы такие санкции были введены, Эстония потеряла бы около 1 миллиарда евро, а Россия много выиграла бы. Такие санкции привели бы к полной остановке движения грузовых поездов между Россией и Эстонией. Ситуация была бы похожа на лизинг самолетов. Активы эстонских железнодорожных компаний в России стоят несколько миллиардов евро.
Это всевозможные товары, подвижной состав и другие активы, которые остаются на российской территории и могут стать своеобразной ловушкой. Как и в случае с самолетами, их нельзя вернуть на территорию ЕС. Попавшие под санкции вагоны могут быть захвачены Россией и использованы в собственных интересах, независимо от их первоначального назначения.
Эстонский эксперт Андрес Валгерист считает: "Короче говоря, активы эстонских бизнесменов на сумму около 1 миллиарда евро перетекут в Россию, что поможет увеличить российское влияние и доходы в Центральной Азии".
Сумма в 1 миллиард евро была названа эстонскими источниками. Неизвестно, приобрели ли эстонские бизнесмены, как и бизнесмены других стран Балтии, в 1990-х годах в России за бесценок значительные активы, которые в отместку могут быть возвращены государству, хотя неясно, остались ли у них в России только железнодорожные активы на 1 миллиард евро.