Всем привет! Меня зовут Маша Арбузова, и этой осенью я помогаю команде ЦСИ собирать интересные материалы о кинотеатре «Быль», а также рассказывать о людях и событиях, которые повлияли на наш город. Сегодня мы публикуем материал о знаменитых вечеринках дискотеки «Animals».
В 90-е годы «Быль» становится местом притяжения для многих молодых людей благодаря дискотекам «Animals». Это была одна из самых крупных вечеринок города, на которой собирались прогрессивные представители поколения: от школьников до резидентов местных танцевальных группировок и субкультур. Я встретилась с одним из авторов идеи и организатором дискотек Александром Сотниковым, а также диджеем «Animals» Александром Ожигановым. Мы поговорили о создании «Animals», культурном значении этих дискотек и вспомнили самые яркие моменты.
Маша: Как возникла дискотека?
Александр Сотников: В 80-е как по всей стране, так и в Старом Осколе, началась перестройка: появилось много свободы, о которой раньше кто-то мечтал, а кто-то относился скептически. Это время стало началом городских дискотек: в юго-западной части города – Микро, запустилась дискотека «Икар», дискотека в ДК «Комсомолец», еще была площадка «Шипка», поменьше. На новом городе* (прим. северо-восточная часть Старого Оскола) была только дискотека «Космос». Собственно, все, больше в этом районе не было дискотек. Хотя новый город от старого в то время отличался контингентом: было очень много недавно приехавших из других городов людей, со своими видениями, требованиями и запросами на развлечения.
Александр Ожиганов: Было много молодежи.
Александр Сотников: Да, молодежи было много, потому что комбинат ОЭМК открыли в 1979 году, и я помню, как в 1985 сам приехал с семьей в Старый Оскол. Это было осенью, и я помню плакаты «Самый молодой город», «Средний возраст жителей 28 лет». Сейчас понимаю, что это было действительно здорово, если смотреть на другие близлежащие города, таких ярких и молодых не было.
Вернемся к дискотекам. Уже работает ДК «Комсомолец» на Микро, и там была довольно мощная дискотека, так как «Комсомолец» был единственным большим дворцом культуры в городе. Также много было школьных дискотек, когда их разрешили. Мы с Сашей (Ожигановым) как раз начинали с них. Будучи учениками, пробовали себя в роли диджеев на школьных дискотеках. Они обычно проводились в пятницу или субботу, в вечернее время: с 4 до 6 вечера. Тогда это время считалось вечерним.
Александр Ожиганов: Тогда в городе все дискотеки проводились строго до 23:00.
Александр Сотников: В конце 80-х на новом городе, в микрорайоне Макаренко, построили большой «Дворец культуры и отдыха молодежи ОЭМК», но среди людей за ним закрепилось название «Молодежный». Там образовалась дискотека «Мираж», она стала очень популярной, потому что впервые там появился специализированный дискотечный зал. Он был круглой формы, как арена цирка. И все было сделано по последнему слову техники – специальная акустика, дискотечное оборудование.
До этого мы учились в 18 школе, шефство над ней взяла центральная заводская лаборатория ОЭМК. Тогда на ОЭМК у каждого цеха была своя дискотека, и существовал конкурс дискотек между цехами. Так как один из цехов шефствовали над школой, они организовал кружок по дискотеке. Закупили оборудование, колонки, и начали обучать нас этому замечательному искусству. Мы сами паяли светомузыку, разводку делали, то есть такие технические работы, и начали организовывать свои дискотеки в актовом зале школы.
Когда открылся «Молодежный», лучшая дискотека города снова оказалась под руководством ОЭМК. Мы были еще школьники, но очень сильно просились поучаствовать, чтобы приблизиться к «великому». В один момент нам все-таки разрешили, сначала под руководством старших, потом, когда уже позволил возраст, на полставки вроде устроились даже. А в 18 лет я уже там точно работал. Дискотека была очень успешная, ее вели разные и по-своему интересные диджеи: Толик Лехтман, Костя Фомичёв, Коля Выродов, Серёга Андрианов, Витёк Коротенко. Также зал вмещал большое количество людей и сам дворец молодёжи был интересной архитектуры. Чтобы попасть в дискотечный зал, там нужно было спуститься вниз, на цокольный этаж, и это само по себе заряжало особой атмосферой – все, что казалось молодежным, должно было быть полускрытым, андеграундным. Там внизу еще был замечательный бар.
Тем временем перестройка продолжалась, все хорошо, все счастливы. Вдруг в 91-м случился развал СССР, я помню, это было летом. Мы отменили все дискотеки, потому что было непонятно, что происходит и что будет дальше. Перемены, конечно, дело интересное. Но 91 год закончился, развалился СССР, а потребность в дискотеках, зародившееся ранее, никуда не пропала. На тех площадках, что работали тогда в Осколе, были аншлаги.
Александр Ожиганов: Слухов ходило очень много. Я помню, говорили, что какая-то уже школа должна открыть дискотечный зал, какие-то детские садики закрываются и там будут дискотеки. Народ болтал что попало. Хотя я сам диджей, был постоянно в этой среде, общался, но даже я ничего не понимал. Люди говорили тем, кто занимается организацией вечеринок, мол, «ребят, нужно что-то делать, потому что «Молодежный» переполнен. Нужно открыть новую точку, потребность есть».
Александр Сотников: Еще надо понимать, что средний возраст посетителей дискотек в целом был от 14 до 20. Такого, как сейчас, чтобы люди за 30 ходили по клубам, не было.
Александр Ожиганов: Так как потребность в дискотеках была, а специальных мест не было, в стране появляется новый тренд – дискотеки в кинотеатрах. И, естественно, информация доходит до Старого Оскола.
Александр Сотников: Тогда еще разрешили кооперативы создавать, заниматься частным предпринимательством. Можно было зарегистрироваться и сделать то, что хочется, если городская администрация разрешает. Это новость приходит из Москвы к нам, нам в тесном кругу рассказывают, что в Москве повсеместно кинотеатры сдают в аренду свои места, и там в числе прочего организовывают дискотеки. Офигенно, все на драйве, в месте просмотра кинофильма ещё и танцуют. Но как это можно организовать у нас, в «Были», в голове тогда не укладывалось. «Быль», честно скажу, был для меня что-то священным, потому что сходить в кино тогда было целым культурным мероприятием. Во-первых, там гигантский экран. Во-вторых, стояли игровые автоматы, «Морской бой». Хотя недалеко был торговый центр, там была целая комната игровых автоматов. Но это было неинтересно, потому что в «Были» как-то круче. А самое волшебное – это второй этаж, кафе и мягкое мороженое.
Александр Ожиганов: Могу сказать, сейчас попкорн в кинотеатрах – это вообще не то. Вот сочетание мороженого и фильма на большом экране было волшебным. А с дискотекой на тот момент непонятно было, где организовывать. Зала-то нет.
Александр Сотников: Мы понимали, что никто нам не отдаст кинозал, потому что его архитектура сама по себе неподходящая для танцев. У «Молодежного» (прим. ДК «Молодежный»), например, был отдельный дискотечный зал. А здесь непонятно. Мы с инициативной группой пошли на переговоры к директору кинотеатра Светлане Петровне Черныш, пообщались. Она и сейчас является очень современной женщиной, а тогда вообще. Всегда была и остаётся в моде, в теме новшеств, и ей всегда было это интересно. С директором «Молодежного» такой свободы не было. Мы сначала предложили ему организовать дискотеку в «Были» от лица «Молодежного», так сказать, филиал. Но он этот стартап не понял.
Мы расстроились, у нас ведь уже зажглись глаза, мы понимали, что «Быль» – это перспективно. Тогда договорились с «Молодежным», что на один вечер возьмем аппаратуру в аренду, сделаем выездное мероприятие. С «Былью» договорились провести дискотеку в кафе на 2 этаже, потому что это единственное место, где люди могли бы свободно танцевать и перемещаться. Сдвинули столы, поставили диджейские пульты, магнитофоны и колонки. Дискотека была в субботу, параллельно с «Молодежным», и риск, что к нам никто не придет, был велик.
Реклама была самой банальной: в течение недели в «Молодежном» мы делали анонсы, что в субботу состоится выездное мероприятие в «Были». Не было какой-то прессы, средств коммуникации, как сейчас. Не помню насчёт плакатов, но, скорее всего, не рисовали. Тогда было сильно развито сарафанное радио. Мы не были уверены в стопроцентном успехе, но нам было очень интересно попробовать. Вдруг мы действительно ошибаемся, люди не придут и будет неинтересно. Но в то же время была вера в успех, потому что дискотека в «Были» – это нонсенс. Храм искусств, а тут хлоп – и дискотека.
Этот день настал, это было 26 октября 91 года. Почему я все еще помню этот день – после дискотеки мы вышли и пошёл первый снег. Предзимнее такое настроение, и вот с тех пор, обратите внимание, 26 октября, плюс-минус один день, обязательно первый снег в Старом Осколе выпадает. Естественно, это природное явление, оно никак не связано с дискотекой, но как-то запомнилось.
В общем, первая проба состоялась. Чтобы сделать мероприятие успешным, было принято решение провести дискотеку в необычном формате. Важно, в то время диджеи работали по одному, и каждый был популярным для своей публики. В «Были» было принято решение провести дискотеку на два диджея – сразу два видения, два микрофона.
Александр Ожиганов: Был такой период времени, когда действительно люди по городу ходили и спрашивали, где какой диджей работает. Почему Саша заострил внимание на двух диджеях – это был разрыв шаблона. Кинотеатр, нет танцпола, два диджея, которые говорят в микрофон одновременно, концепция вообще другая была.
Александр Сотников: А еще мороженое давали, это был плюс. Потому что раньше нельзя было зайти в кинотеатр просто купить мороженое и уйти, надо было приобрести билеты. Пускают по билетам до сеанса, ты идешь в кафе. После сеанса мороженое уже не поешь – выпускали из другого выхода.
Маша: Сейчас диджеи не контактируют с публикой, не взаимодействуют, ничего не говорят, они просто ставят музыку. Но тенденция, что диджеи меняются в течение одного вечера, есть.
Александр Ожиганов: Работа с микрофоном была для нас обязательна, у кого-то получалось более интересно, у кого-то менее. Кто-то просто кричал «давай, давай», другие действительно работали с публикой. От этого зависел успех дискотеки.
Александр Сотников: И программу мы вели не банальным объявлением песен, а ориентируясь на настроение людей, а также на то, что ты хочешь донести. Поэтому умение чувствовать настроение было очень важным.
Александр Ожиганов: Например, в магнитофоне уже подмотана кассета, на определенной песне. После этой песни уже стоит следующая. Ты знаешь, что через 15 секунд заканчивается композиция, уже готов сказать что-то в микрофон… и тут понимаешь, что следующая песня публике не заходит. Бегом вытаскиваешь эту кассету и ставишь другую. Бывает переставляешь, а песня уже закончилась. И ты берёшь микрофон, пока кассета мотается, рассказываешь анекдот, болтаешь, а кассета все мотается. И в голове только одна мысль: «когда же она уже намотается».
Александр Сотников: Паузу заменяешь своим ораторским искусством. Поэтому, собственно, мы активно вели программу. На первой дискотеке в «Были» программу вел я и Витёк Коротенко, с Сашей Ожигановым мы тогда еще не были знакомы.
Маша: Резюмируя, дискотека прошла успешно.
Александр Сотников: Дискотека прошла мега-успешно. Людей пришло неожиданно много. В какой- то момент пришлось закрыть входные двери и прекратить продажу билетов, так как первый и второй этажи были полностью забиты людьми. Тогда на дискотеку пришло около 700 человек. Для сравнения, «Молодежный» в пятницу или субботу посещало по 200 – 400 человек.
Кто-то ел мороженое, но большинство танцевали. Мы работали, на лестнице постоянное движение вверх-вниз. Такое количество людей впервые собралось в Были не на премьере фильма, а в рамках неформального мероприятия. Но произошел и неприятный инцидент – двери закрыли, и кто-то от злости разбил на улице витрину. Но все быстро уладили.
Маша: Мне сложно представить как контролировать безопасность такого количества людей.
Александр Сотников: Безусловно, были наряды милиции, они обеспечивали безопасность. А так, люди психологически и идеологически жили в одном «аквариуме», все были настроены очень позитивно. Драки, конечно, бывали, но это быстро пресекалось милицией.
В общем, после первой дискотеки администрация сказала: мероприятию быть, но давайте думать где. Поняли, что 2 этаж не совсем удобная локация: подниматься по лестнице, идти через танцпол в кафе. Договорились, что следующая дискотека пройдет в фойе 1 этажа, но с одним условием: чтобы работал кинотеатр. То есть это будет кинодискотека. Формат был следующий: благодаря методисту Марине подбирались молодежные фильмы, ты заходил на дискотеку и танцевал до 23:00, а после еще полтора часа мог смотреть кино в малом зале на 300 человек. Тогда уже стал доступен американский прокат, были популярны все эти «последние ряды с местами для поцелуев». До этого не было таких поздних последних сеансов, а теперь у многих появилась убедительная отмазка для родителей.
Маша: Оборудование вы уже сами закупали?
Александр Сотников: Да, мы встали на распутье. С одной стороны, можем брать аппаратуру в «Молодежном» и там есть выездной комплект, с другой – филиал нам открыть не разрешили. Мы все еще считались работниками ДК «Молодежный». Тогда было время хозрасчетов, кооперативов, предпринимательства, и мы решили рискнуть – уйти из «Молодежного», найти средства, купить аппаратуру, заработать деньги и выйти в плюс.
Нашли инициативных ребят, сделали проводку, светомузыку. В общем, с того момента, как стало понятно, что дискотека останется, началась другая жизнь. Нужно все было подготовить, развесить, установить аппаратуру, заставить это фойе танцевать. Помогали все, кто мог. Мы понимали, что с «Молодежным» нужно прощаться, но это была наша зона комфорта, а тут нужно было все начинать заново. Всегда есть сомнение, что что-то не получится. Но у нас получилось.
Маша: Вы впоследствии конкурировали с «Молодежным»?
Александр Сотников: Конечно! Была здоровая, открытая и прозрачная конкуренция. Понятно, что в кинотеатре не было танцплощадки, но были и плюсы: это центр города, новая музыка, никто ее не согласовывает и не проверяет – цензура уже ослабла. Это был стартап, демоверсия. Постепенно народ перестал большом количестве ходить в «Молодежный» и переместился в «Быль», ведь в «Были» было креативнее. Из-за особого подхода к дискотеке, продиктованного ограничениями пространства, был успех.
Также для конкурентной борьбы у нас был свой ряд инструментов, и одним из них была музыкальная программа. Интернета тогда не было, в доступе музыки тоже не было, добывали новинки разными способами: ездили по другим городам, иногда кассеты привозили моряки, друзья приносили. Мы всегда были за честность и справедливость и не подменяли названия, если не знали, что за группа. А еще понимали, что что музыка, которую мы ставим, должна быть высочайшего качества, так как звук проходит через большие колонки и огрехи очень слышны. Записывали музыку только в студиях звукозаписи, которые уже тогда в Осколе были очень крутыми, – у них были связи с московскими студиями. Там нам передавали бобины, 2-3 раза в неделю приходили новые. Так, приходит несколько бобин с разными сборниками, мы слушаем, выбираем хорошие песни и отсеиваем не совсем хорошие. Мы искали интересные ремиксы, всегда составляли трек-лист и знали правильное название группы и песни. Во второй части дискотеки обычно были песни по заявкам. У каждого диджея была своя фонотека. Мы работали вдвоём, вели одну и ту же программу, но у каждого был свой кейс с кассетами. Не потому, что мы жадные, просто это было чем-то личным.
Как я уже говорил, первое открытие дискотеки было в октябре 1991 года, а второе, официальное – уже 8 февраля 1992. Это время понадобилось нам, чтобы перестроить работу кинотеатра: билетеры, контроллеры работали до 9 часов, а наши сеансы заканчивались после 12.
Дискотеку назвали «Animals», сделали позывные. У «Nazareth» была песня «We Are Animals», очень драйвовое название. Мы не вкладывали какую-то подоплеку, связанную с животными, просто красивая музыка. С художником сделали вывеску. Всем понравилось.
Формат был такой: нужно было 2 ведущих, работающих в унисон. Это было непривычно для нас, но для публики было очень драйвово. Два разных голоса, разные интонации. Мы были не просто парнями, которые крутят музыку. Если бы мы делали свою работу плохо, нас бы быстро забыли. Ведь это было модно, диджеев было множество.
Сначала я вел дискотеки вдвоем с диджеем Виктором Коротенко, а после познакомился с Сашей Ожигановым. На тот момент он вел дискотеки в «Молодежном», там, где я работал до «Были». Там мы и познакомились, а позже я позвал его к нам.
Александр Ожиганов: Когда я устроился в «Быль», мне была крайне важна обратная связь. Заканчивая дискотеку, я выходил в зал, подходил ко всем и спрашивал о впечатлениях. Что понравилось, что нет. Делал я это с завидной регулярностью, это было очень важно. До «Animals» никто этого не делал. Мы общались с Сашей, дополняли друг друга колоссально. Собирали мнения, анализировали. В итоге, дискотека стала лучшей в городе на долгие годы. Также мы старались организовывать необычные проекты, выходящие за рамки «Были».
Один из проектов: мы устроили прямой эфир с радио «Оскол». Сейчас, с появлением интернета, это сделать просто. А раньше и предположить было нельзя. Я тогда предложил Саше поставить трек и транслировать его в прямой эфир на радио. Технически тогда это было сделать очень сложно.
Александр Ожиганов: Как дискотеку загнать на радио? Мы этого добились в определенный момент. У меня дома был радиотелефон Панасоник. Я с помощью этого радиотелефона вышел в эфир, Саша подключил своих ребят на радиостанции. И я говорю в микрофон: «Добрый день», а эти слова уже транслируются на радио. Представляете: люди едут в такси, дома сидят, кто-то на даче. В определенный момент основная передача заканчиваются, и ведущий передает: «у нас тут маленькая вставочка с дискотеки Энималс» – и мы запускаем свою музыку, в прямом эфире.
Александр Сотников: Еще мы поддерживали танцевальные течения. В то время в Осколе стали набирать популярность разные направления: брейк, хип-хоп. А где танцорам можно было показать свои умения? Это в Америке на улицах, как в фильмах, в кругу танцуют брейк-данс. У нас все-таки культура была другая. Показать себя приходили на дискотеку. Тогда образовалась группа – FFG, и еще другие подобные. Они устраивали баттлы на танцполе с уже популярной танцевальной командой «НОУС» (которые, кстати, даже выступали на «Утренней звезде» Юрия Николаева), соревновались между собой и новыми участниками из Белгорода и Воронежа. Мы помогали с организацией и всячески поддерживали.
Александр Ожиганов: Они популяризировали танцы, не ходили по дворам и подъездам, а развивались. Чтобы так танцевать, нужно было иметь хорошую физическую подготовку.
Александр Сотников: Позже у FFG в «Были» организовалась штаб-квартира. Они так же, как и мы когда-то, договорились с кинотеатром и тренировались там. И это тоже стало частью культуры «Были». Потому что эти старооскольские рэперы, брейкеры, и развитие их субкультуры тесно связаны с «Былью» и «Animals». И площадка на нашей дискотеке стала для них местом самореализации.
Маша: Я хотела бы резюмировать: у вас получается интересная, глубокая, гибридная история. Дискотека плюс кино. Потом дискотека выходит на радио, танцоры...
Александр Ожиганов: К бомбочке готовы?
Маша: Готова
Александр Ожиганов: Мы, конечно, всегда думали, как сделать вечеринки еще интереснее. Одна из идей пришла от ребят, которые к нам приходили. Один раз подошли молодые люди, которые слушали рэп, и попросили выделить один день дискотек для них, реперов. А их же было много на тот момент.
Маша: рэп-вечеринка такая, да?
Александр Ожиганов: Мы говорим: «Интересно», стали обсуждать. Не завтра конечно, нужно подготовиться. И кто-то другой нам говорит: «Слушай, реперы – это ладно, а что металлистам делать?»
Александр Сотников: И дальше пошло-поехало. Получается, дискотеки были во все дни, кроме понедельника и вторника. Но в среду и в четверг не очень много людей приходило. Так, мы выбрали эти дни, и решили дать возможность людям, которые любят рэп и рок-музыку, послушать ее не на концерте, а у нас. С хорошей акустикой, так еще и в фойе кинотеатра.
А в начале 96 пришло рейверское направление. Я сначала противился этому стилю, потому что не понимал, как под него танцевать. Надо было миксовать, сводить. Но там была такая сильная энергия. И по четвергам мы стали проводить рейв-вечеринки. Этим самым закрыли все музыкальные потребности, у нас собирались все: реперы, металлисты, рейверы. А выходные отдавали общим дискотекам, в основном, евроденсу.
Александр Ожиганов: Про саму дискотеку можно рассказывать вечно, Но в целом хочется отметить, что у нас не было проходных дискотек. Типо отработали и ладненько. Мы с Сашей очень старались, чтобы каждый раз запомнился.
Александр Сотников: «Animals» была интересной – и это самое главное. Чтобы к тебе пришли не только сегодня, но чтобы хотели вернуться завтра, послезавтра. И чтобы каждый интуитивно понимал, что здесь позитивно, неформально и классно. Здесь лучше, чем сидеть по дворам. И все эти традиции: позывные в начале дискотеки, обязательно каждая третья песня – медленный танец. А заканчивалось все песней «Show must go on» группы «Queen».
Маша: Казалось бы, изначально просто дискотека, но оказалось, что это огромный центр притяжения для разных субкультур, инициатив и просто людей. Мне кажется, это как раз-таки олицетворяет то, что я хотела показать в проекте – «Быль», как центр притяжения людей с разными вкусами и взглядами
Александр Сотников: Да, это было. Я уверен, что если спросить часть живущих сейчас в Старом Осколе семей, где они познакомились, они скажут на «Animals».
Александр Ожиганов: К нам даже молодожены в дни своих свадеб приходили потанцевать, особенно, по выходным.
Маша: Когда все стало сходить на нет?
Александр Ожиганов: Примерно в 97 году, это был очень тяжелый по музыке год. Я помню, мы с Сашей переживали, что как-то уже нет хитов.
Александр Сотников: В музыкальной индустрии началась перестройка. Евродэнс уходил. Новые стили входили в моду, и мы стали меняться вместе с нашей публикой.
В 98-ом начали открываться новые места, с более современной музыкой, подачей. Это были уже настоящие ночные клубы, а в «Были» никто изначально такого делать не хотел, так как было важно сохранить кинотеатр и его концепцию в том виде, в котором она изначально задумывалась. Сама дискотека сошла на нет, кинотеатр перешел на новый уровень.
Александр Ожиганов: Но и мы с Сашей тоже изменились и вскоре тоже ушли из сферы дискотек.
Александр Сотников: Это было позитивно, важно и креативно. Потому что креативность – это найти то решение, которое прямо сейчас, в текущих условиях, будет необычным и новаторским. Со временем любой креатив превратится в нечто закономерное... Казалось, кто мог бы подумать, что в начале 90-х в кинотеатре, храме искусств, будет дискотека…Но это было, и бесспорно стало определенным символом своего времени.