Графиня наконец присела за маленький столик и написала записку. Переодеваться не стала, накинула легкую шаль поверх пеньюара, прошла в светлую, с золотом, гостиную. И отворила окно…
Ждать он себя не заставил. Довольно скоро черный ворон опустился на подоконник. Сидевшая с книгой на софе Зинаида отложила чтение и кивнула в знак приветствия. Птица влетела в комнату, исчезла в мареве, а на ее месте появился Федор Иванович Воронов и сдержанно поцеловал холеную руку графини.
— Давно мы не виделись, Феденька, — Зинаида улыбнулась, по-прежнему не вставая с места.
— Да, Зина, порядочно. Но ведь ты и сейчас позвала меня по какому-то делу?
— Иногда выпадают в жизни испытания, когда рассчитывать приходится только на помощь старых друзей.
Зина приглядывалась к Воронову, и улыбка ее становилась все более натянутой. Федор пугал ее. Его черные глаза холодно поблескивали, тонкие черты прекрасного лица застыли, словно маска. Он всегда был таким после превращения, графиня знала. Первые минуты оставался отстраненным и чужим, продолжая воспринимать мир людей с его глупой суетой с высоты птичьего полета. Вот сейчас… его бледное лицо порозовеет, взгляд прояснится… и все-таки – он был чужим. «Не надо с ним связываться», — мелькнула запоздалая мысль. Не прислушавшись к ней, Зинаида пригласила Федора присесть.
Он сел в кресло напротив, и графиня устремила на него пытливый взгляд из-под ресниц. Элегантный фрак, шейный галстук, булавка с брильянтом – все безукоризненно. Как всегда. Но в нем не было ленивой грации франта, скорее – затаенная напряженность сжатой пружины, готовность в любой миг сорваться с места… и улететь. И чувствуя, как в душе нарастает то ли страх, то ли неприязнь, Зинаида Сергеевна перешла сразу к делу.
— Федя, ты слышал, о чем сейчас сплетничают? Это касается великого князя Александра Константиновича.
— Дела великого князя не слишком-то мне интересны, Зина.
— Да, я знаю, — ответила она, скрывая нетерпение. – И сейчас ты подумал, что родовитей всех князей будешь… Но спустись к нам на землю хотя бы ненадолго, Федя. Могу я пожаловаться другу? Александр бросил меня.
-— Бедная Зина! Я бы посочувствовал, если бы не знал, как ты этого не любишь.
— Мне не сочувствие нужно! – пылко ответила графиня. – Александр влюбился на балу в глупую провинциалку. Великая княгиня Вера Павловна встревожена, говорит, ее сын совсем сошел с ума, дело принимает нешуточный оборот.
— Так что способен, чего доброго, и жениться, отмахнувшись от мнения родни? Это, конечно, прискорбно, но чего ты хочешь от меня?
— Федя… — светло-карие глаза Зинаиды гневно блеснули. – Можешь похитить молодую Измайлову?
Книга "Девушка и Ворон".
