19 ноября 1995 г.
Наступило холодное утро.
Я бы дьяволу душу продал,
Если б знал в какую Вселенную
Я иронией воли попал.
Недосып. Чашка горького кофе.
Его сладкий сухой аромат.
Я смотрел бы в окно и пофиг,
Что проходит сегодня парад.
Что парад? Меня ждут тетради.
Вот рюкзак стоит грозный, как тролль.
Я запрятал в него учебники;
Я под куртку убрал свою боль.
Я сказал себе: "Всё будет в порядке."
Улыбнулся и вышел во двор.
Шёл по улице медленно, шатко.
Но с весёлой надеждой, лишь стон
из прошедшего сна вырывался,
нежно веки мои прикрывал.
Вот бы снова одинокая трасса,
Звук автобуса, автовокзал...
И куда-нибудь и подальше...
Вот бы снова в родной колее...
Но я справлюсь. Я жил не дважды,
Моё сердце спасалось в огне.
Я очнулся. И вот махина
перед взором предстала моим,
как откормленная скотина;
Школа, школа, тобою храним.
Вот и нет! Не пусты ворота.
И плевать этим людям-шипам.
Они ищут и ждут кого-то,
Своей радости им не отдам.
Я зашёл в кабинет злосчастный.
И послышалось: "Кто ты такой?"
"Д-шжэ-эри, Джше-эр-рэм-ми, просто Джерри"
Я б прихлопнул себя рукой.
Не суицидник, и не аморальный,
Я себя то вообще как люблю.
Но сегодня мне стало пусто,
Столько глаз, и они все в плену...
( своей алчности и малодушия
и так далее и бла-бла-бла)
Тонкий смешок развеял
мои вскользь сказанные слова.
"Что за тип?" Но умолкли речи.
День прошёл. Он прошёлся по мне.
Люди были добры, как свечи,
поджигающие петарду во мгле.
Кто петарда? Ну это понятно.
И до ночи я слышал слова:
"Слабослышащий, о, отвратно!"
Я сидел у изголовья окна.
Столько плесени сказано было,
Столько колких забитых фраз.
Только сердце моё не ныло,
Ведь фитиль борьбы не погас.
А ещё одна нервотрёпка.
Мой прекрасный слуховой аппарат
Разбил пацан гнустный Ромка,
И я врезал ему...
не рад, ой, не рад был директор Василий,
Кто же знал, что Роман его сын?
Только мне то какое дело?
В моём сердце полно морщин.
Завтра, слава Богу, суббота.
Меня ждут два чудесных дня.
Магазин и новое что-то,
что подарит слух лучше в два
или в три, четыре раза...
И я слышу , да только вот...
Слова как-то застревают в горле
и немеет проклятый рот.
Смеялись мелкие дети,
Но мне было наплевать.
Давно я живу на свете,
Как будто уж жизней пять.
Но всё ведь могло быть похлеще,
Сейчас бы увидеть РуИ.
Ему без меня там, наверное, тошно.
Вот. В небе погасли огни.
Не-эу-дачник, спллошное недоразу-умэние,
Недо-мальчик, неполноцен. человек.
Изг-гх-нанник, твоё везение -
что сегодняшний закончился день.
О, Руи, Руи, как же сложно,
Как же хочется выть на луну.
О, Руи, жаль я не собака,
Только тень твою не обниму.
За сегодня тройная плата:
У Ромки выбитый зуб,
У Ксюши на платье заплата,
Я же - ходячий труп.
На столе стоит чашка с чаем,
Из неё вверх вздымается пар.
Почему новое начало
так похоже на злобный пожар?
У меня же сигнал под веком
И отметина на щеке.
Я отстаивал право находиться под солнцем,
Но влетело и ему, и мне.
О, врата преисподней, бездны!
О, ужасного мира тоска!
Я не знаю здания бесполезней,
чем тупейшая школа моя.
Я пытался...Хотел всем понравиться.
Я же добрый, вообще, человек.
Но не могут люди исправиться
И лишь тянут бесслёзности век.
Руи, Руи! Напиши мне первым.
Я не смогу сегодня спать.
Воздух холодный щекочет нервы,
Пойду с Амуром гулять...