Раздался третий звонок. Зал засуетился, толкаясь локтями и шаркая по бархатным цвета спелой малины креслам. Сзади меня булькнула последняя СМС. В ближайшие полтора часа мы все без связи.
Дверь справа откинула тяжёлую штору, которая скинула с себя затаившуюся в складках серую пыль, и в зал при медленно угасающем освещении вошла молодая девушка с высокой причёской и в длинном нежно-голубом платье. Свет на секунду задержался на ней, погладил открытые острые плечи, скользнул по шее, выхватив блеск стеклянной бижутерии, и продолжил угасать. Девушку сопровождал молодой человек в тёмном костюме. Он поддерживал свою даму за локоть и аккуратно вёл к моему пятому ряду.
Уютно угнездившиеся зрители вставали и вжимали в себя животы и всё, что можно было вжать, чтобы пропустить эту фею на её место в центре. По ряду шла волна: встал, вжался, выдохнул, сел. Волна подхватила меня, я впечаталась в спинку поднятого кресла и мимо меня проплыла она. Воздушное платье мимоходом коснулось моей руки, и мне сразу захотелось извиниться за то, что я его потревожила. Взгляд невольно упал на обнажённую в декольте грудь и уцепился за идеальные тонкие ключицы. Она улыбнулась: «Простите, пожалуйста». Я осторожно вдохнула эту девушку. Она вся была молодость, свежесть…
Приземлившись в кресло и опустив глаза, уже при окончательно потухшем свете я долго смотрела на свои двухлетние удобные джинсы Ливайз и пальцы с коротко остриженными ногтями. Вокруг ещё витало облако из оставленных ею ненароком цветочных ароматов. Я сжалась в комок.
Софиты притянули всё внимание на сцену. Показывали «Анну Каренину». Впервые я понимала Вронского, как никогда.
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые истории
Ставьте 👍, если понравилось, автору очень приятно ❤️