-Я не могу жить с роботом! -прокричал он и с силой хлопнул дверью.
Много обидных слов было сказано в тот вечер... Но Юля даже почувствовала облегчение, когда за Вадиком закрылась дверь. Да, это конец, но она так устала! Да, она не могла строить отношения. Не умела. Не получалось, как бы ни старалась. Нуждалась в них, но потом слишком быстро уставала.
Мужчины требовали от нее то, чего она не в силах была дать. Любовь, нежность, внимание. А у нее, казалось, не осталось ни первого, ни второго, ни третьего. Чувств не было, лишь усталость.
А еще, Вадик хотел детей. Не просто хотел, он настаивал на этом! Юля же давно для себя решила: детей не будет. Ей хватило сестры и младшего брата. Поднять еще одного малыша у нее просто не хватит сил. Она так рано стала взрослой! Слишком рано...
Тяжело опустившись в свое любимое кресло, она огляделась вокруг. Её небольшая квартира была стерильно чиста. Все на своих местах. Никакого бардака, пыли, ненужных вещей. В отличие от дома, где она выросла. Она убирала там до изнеможения, старалась навести уют, но всё тщетно. Спустя пару часов всё становилось также, как до уборки. Грязно, серо, уныло.
Нет, сначала всё было хорошо. Юля отчетливо помнила смеющуюся маму, добродушного отца, нежно обнимающего жену за талию. Они пили чай в их маленьком дворике, играли в прятки с младшей сестренкой и ели пирожные, которые каждые выходные пекла мама.
После рождения братика, которого все так ждали, всё резко и внезапно изменилось. Что случилось с мамой, Юля до сих пор не понимала. Тяжелая депрессия, говорили врачи. Из цветущей счастливой женщины их мама постепенно превратилась в тень. Могла днями лежать в постели неподвижно, а на тумбочке вместо цветов теперь все время стоял стакан воды и таблетки.
Когда всё это произошло, бабушка на время переехала к ним. Ухаживала за маленьким братиком, который все время плакал, жарила сырники на кухне и вздыхала. А потом бабушка тоже начала болеть и вернулась к себе в деревню.
-Не могу я у вас в городе, дышать просто нечем! - говорила она, когда Юля провожала ее со слезами на глазах -Приезжайте летом, вот когда будет раздолье! Свежий воздух, лес, речка...
Только до лета бабушка не дожила. Ушла быстро и тихо. Юля тогда долго плакала, а Анютка с Виталиком совсем ничего не понимали. Как они теперь, без бабушки? Может, мама все-таки выздоровеет и всё станет, как прежде?
Папа возил маму по врачам, но никто почему-то не мог ей помочь. Мама снова стала улыбаться, но не как раньше. Теперь улыбка была странной, как будто кто-то тянул за невидимые ниточки и уголки губ у нее поднимались. Она смотрела в пустоту и никого не видела.
Сначала Юля по привычке подходила к ней. Целовала, забиралась на колени. Девочка отчаянно надеялась, что ее ласка поможет маме стать прежней. Но ничего не происходило.
Такой Юля и запомнила маму. Возвращаясь из школы, видела одну и ту же картину: телевизор, глупые передачи, мама с отсутствующим взглядом. Девочка в то время уже оставила попытки ее вернуть. Перестала целовать и обнимать. Что в этом толку? Она все равно, казалось, ее не видит.
Лишь молча подходила к матери, забирала из рук пульт, выключала бубнящий телевизор и спрашивала:
-Ты ела?
Мать качала головой и странно улыбалась.
Юля вздыхала. Доставала из холодильника слипшиеся макароны. Подогревала, чувствуя отвращение. Давно уже такая еда служила им и завтраком и ужином. Девочка даже радовалась, что папа давал деньги на горячие обеды в школе. Там подавали супы, котлеты, картофельное пюре и отбивные. Она в недоумении смотрела на одноклассников, с фырканьем отодвигающих от себя тарелки с едой. Ведь там всегда всё так вкусно! Или... Ей просто так казалось?
Они остались совсем одни в своем мрачном мирке. Папа пропадал на работе: брал дополнительные смены ,чтобы подзаработать. Он всё не оставлял надежды вылечить маму от непонятного недуга. Но каждый новый врач только разводил руками после очередного дорогостоящего лечения.
В конце концов, папа на всё махнул рукой. Стал часто уходить вечерами из дома, оставляя на плите всё те же неизменные слипшиеся макароны, или сосиски с гречкой, или пельмени.
-Присмотри за сестрой и братиком! - говорил он, а потом добавлял шепотом, как будто по секрету - И попробуй развеселить маму, пока меня нет. Пусть она порадуется.
И Юля пробовала: устраивала с младшими концерт, вырезала маме птичек из бумаги, танцевала и пела. Однако мама только устало поднималась с дивана и говорила:
-Что-то вы расшумелись, котята. Вот папа вернется - всё ему расскажу! -она шутливо грозила пальцем и снова странно улыбалась - Пойду-ка я прилягу. У себя. Устала что-то. Юляша, за старшую!
За старшую, за старшую! А может, она не хотела быть старшей? Но разве кто-то ее об этом спросил? Вот Анютка, снова смотрит на нее жалобным взглядом и просит есть, а маленький Виталька плачет и хочет, чтоб ему погладили разболевшийся животик...
Вот такой она и помнит свою жизнь. Вечный бардак, плач... Постоянно от нее кто-то что-то хочет. Просит. Хрупкие плечики Юли просто не выдерживали такого напора!
Когда сестра с братом подросли, а она смогла пойти работать, то с облегчением покинула отчий дом. Их маленький захудалый городишко. Она не волновалась: сестра и брат давно уже не дети и смогут позаботиться о себе сами. А она для них сделала всё, на что хватило ее детских сил. Сейчас ей надо было учиться и работать. Учиться и работать. Много работать. Именно это она умела делать лучше всего.
И вот, ей уже 35, очередной мужчина ушел из ее жизни, а она даже не плачет, вспоминая их разговор.
-Я зарабатываю столько, что легко хватит на четверых и еще останется! -кричал Вадик перед уходом - Но ты безумно любишь свою работу и я уважаю твой выбор. Работай, пожалуйста, но не так! Ты же совсем не можешь расслабиться: вроде ты есть ,а вроде тебя нет. Я ждал, я надеялся, что смогу растопить лед в твоем сердце. Но прошло уже два года, а ничего не меняется!
Вадик выдохнул и устало провел рукой по волосам:
-Идем в ресторан: ты смотришь на часы. Летим на отдых: ты уже в самолете начинаешь подсчитывать дни до возвращения. А уж о том, чтобы просто погулять по парку ,побыть вместе, побездельничать, об этом не может быть и речи! Этого просто нет в твоих списках! Меня нет в твоем плотном расписании! Прости, Юлька, но я не могу так жить. Понимаю, что у тебя было сложное детство, но... Видимо, я не тот кто сможет всё это вывезти. И еще... Я очень хочу ребенка! Настоящую семью.
-Ты знаешь ,что я не могу этого тебе дать - ровно ответила Юля, а потом отвернулась и прошептала - Не могу и не хочу.
Она в очередной раз с гордостью осмотрела свою идеальную квартиру и вслушалась в блаженную тишину. Ну и что, что без мужчины? Одиночество гораздо безопаснее. Не надо ни за кого переживать, волноваться. Не надо плакать и сходить с ума. Да и вообще. У нее есть ее работа. Любимая работа. А от этого всего она очень устала. Очень.
Юля поставила на стеклянный столик ноутбук и погрузилась в работу.
За окном тихо барабанил дождь и мелькали размытые огни ночного города.
Конец