10.12.42г.
Озеро замерзло. Не настолько, чтобы открылась уже «дорога жизни» трасса, но достаточно уже, чтобы пешком и на лыжах и даже на лошадях ходить через него.
Выдвижение обороны на лед - уже началось: пока еще палатки и люди, а окончательная система обороны с ДЛОТами будет позже – когда лед окрепнет.
Выдают водку. Неприятно смотреть мне на людей не умеющих сдержать в себе желание напиться. Более того. Противно. Мне совершенно непонятна эта слабость. А ведь доходит до того, что стреляют, стреляются, дерутся одним словом – перестают быть людьми.
После нескольких дней «психа» овладевшего мной, когда я не смог найти себе места от гнетущей тоски, постепенно прихожу в норму.
Вчера был на берегу в р-не обороны. В стереотрубу наблюдал проволочные заграждения немцев по их берегу у Шлиссельбурга. Они возвели их накануне ночью.
При нас велась небольшая минометно-артиллерийская перестрелка. Вяло, просто для очистки совести. Немецкие мины до нашей обороны не долетают.
Неужели придется здесь зимовать? Это конечно очень спокойно, но несколько совестно. Хочется какого-то движения вперед.
Мальчишку с сестрой (у которых разбомбило дом и убило мать 6-го ноября) наконец устроили в школу-детдом на Всеволожской. Приходили. Выглядят хорошо. Говорят, что в этом детдоме терпимо, но большие обижают маленьких – отнимают хлеб, а воспитатели не могут справиться.
Следующая страница 18.12.1942.
Предыдущая страница