На предложение назвать летчика, летавшего без ног в годы Второй мировой войны, не задумываясь назовут Алексея Маресьева. Имя действительно популярно. К тому же его историю экранизировали, сняв фильм «Повесть о настоящем человеке».
Но он был не один. Их было более десятка, летчиков, оставшихся без конечностей, но не оставивших профессию.
Сегодня хочу рассказать о Захаре Сорокине.
Родился в год Октябрьской революции. Достигнув призывного возраста, в 1937 году пришел в ряды Красной Армии. В 1939 году, после окончания Ейского военно-морского авиационного училища, вчерашнего курсанта направляют в Севастополь. В качестве пилота был зачислен в 32-ой истребительный авиационный полк ВМФ.
В Крыму и застала его война. Не уступая в мастерстве опытным пилотам, четко выполнял приказы по прикрытию кораблей ЧФ от возможных бомбардировок немецкой авиации. Но люфтваффе в районе патрулирования не появлялись. Сорокин знал, что в далеком Заполярье шли настоящие бои. И это не давало покоя. Он спал и видел, как сбивает самолеты противника.
Не знаю, можно ли назвать мечтой то, о чем грезил Захар, но в июле 1941 года его желание сбылось. В составе летной группы прибывает на Север. Сорокин попадает в эскадрилью опытнейшего летчика Бориса Сафонова. Борис Феоктистович имел не только богатый опыт пилота, но был человеком большой души. Он умел доступно донести новичку и «старику» уроки выживания в небе. При этом, словно рентгеном просвечивал подчиненных.
Сорокин на обучении у Сафонова
Увидев в первый раз Сорокина, комэск сразу разглядел в нем открытого, мужественного бойца. Вот только избыточная прыть настораживала. Чтобы новенький не наломал дров, научить его выдержке и холодному расчету, взял в свое звено. Он — ведущий, Захар — ведомый.
Каждый вылет был уроком: ученик во всем подражал учителю. Постепенно действия становились не спонтанными, в кабине чувствовал себя увереннее и научился смотреть на все 3600.
Заполярное небо — не Бродвей: в нем не прогуляешься. Регулярные бушующие ураганные ветры штормили скоростной истребитель МиГ-3, который поднимался высоко в облака. В таких условиях летать непросто.
Но летчиков-полярников это не останавливало. Осень 1941 года оказалась для Захара Артемовича судьбоносной.
В сентябре он сбил пять крылатых машин фюрера. 17 числа за учтенные к тому дню был награжден орденом Красного Знамени.
Боевые вылеты
25 октября новый бой. Разве мог тогда молодой офицер подумать, что эта дата откроет новую страницу в его жизни.
В паре с Дмитрием Соколовым подняли МиГи в затянутое тучами небо. Видимость практически нулевая. И вдруг четыре «Мессершмитта». Завязался неравный бой. Один бомбардировщик, оставляя за собой черный шлейф, пошел вниз. Со вторым разбирается Соколов. На прицеле у Захара третий. Очередь… Мимо... Снова жмет гашетку. Но закончились боеприпасы. А здесь, откуда ни возьмись, четвертый вынырнул. Хлестанул по фюзеляжу и кабине. Тупая боль пронзила правую ногу. Но Захар продолжил бороться и пошел на таран. От столкновения истребитель отбросило, а фриц, с отрубленным хвостов, спикировал вниз.
Чудом сел на замерзшее озеро. Раненый, сумел расправиться с двумя люфтваффевцами и их собакой. Затем по сплошному снегу, проваливаясь под ледяную корку, в промокших унтах, шел туда, где были люди. И дошел, пройдя 70 км за 6 суток.
Вот только спасти обмороженные ноги не удалось. В госпитале ампутировали обе стопы. Но старший лейтенант научился ходить. На его счету 10 официально признанных побед. Из них четыре совершил, будучи на протезах.
В августе 1944 года удостоен звания Героя Советского Союза.