Тропа под ногами мужчины была еле различимой, в его ушах слышался лишь гул ветра, а кроны плотно растущих друг к другу деревьев не пропускали ни единого луча лунного света. Уставший и изнемождённый, он уже не понимал, куда он бредет и как долго, но он точно знал, что во что бы ни стало должен найти хижину. Переставлять отяжелевшие ноги ему помогала мысль о том, что если (нет, когда!), когда он доберется до того злополучного дома, он сможет исправить все то, что натворил.
Спустя несколько минут, а, быть может, часов, вдали показался слабый огонек света. Он словно магнит притягивал путника, с каждым новым шагом придавая ему все больше сил, а главное, надежды. Все пространство вокруг сузилось, и не существовало ничего, кроме этой манящей точки света где-то впереди, которая становился все больше и больше по мере приближения к ней. Когда до хижины оставались считанные метры, мужчина, наконец, смог разглядеть ее.
Снаружи это было ничем не примечательное крохотное строение. Построено оно было из обычных деревьев, скорее всего, некогда растущих в этом самом лесу. Крыша больше походила на груду веток вперемешку со мхом, а крыльцо было сооружено из камней причудливой формы, которые также были частью местного ландшафта. 3 окна, 1 дверь да гвоздь, торчащий из нее.
И вряд ли хоть кто-то подумал бы, что именно здесь отчаявшимся даруется желанное и исправляются все ошибки.
Не успел путник подойти к хижине поближе, как тут же дверь отворилась. На пороге появился Старик и улыбнулся. Улыбка его казалась доброй, но в глазах можно было разглядеть, как снуются бесы.
- Ты что-то долго. Проходи - промолвил Старик, показывая рукой куда-то вглубь дома, откуда доносился звук кипящей воды и запах ароматных трав.
Гость лишь молча кивнул и направился внутрь хижины.
В полумраке комнаты мужчина не сразу заметил, что прямо у входа, слева от двери стоит массивный книжный шкаф, полностью заполненный книгами, правда разглядеть их названия не представлялось возможным, поскольку единственным источником света была свеча, стоящая на столе в противоположном углу комнаты. На полу лежал ковер, о который гость неловко запнулся, проходя в комнату. Тут же на ковре прямо по середине стояло кресло, а на нем лежала раскрытая книга. Видимо, Старик читал ее в ожидании гостя.
Внутри хижина оказалась даже меньше, чем виделась снаружи. Разумеется, в доме также была и кухня, она располагалась рядом со столом и состояла из пары ящиков с расшатавшимися дверцами, небольшого количества полок, заваленных травами, и кухонной плиты. По правде говоря, плита была самым странным предметом этого дома, поскольку она совсем не соответствовала духу этого места. Попадая внутрь дома, вы словно перемещались в далекое прошлое, где вы находились в окружении старинных предметов, где в воздухе витал запах книг и аромат трав. Но плита… Та самая плита, на которой бурлила странная травяная жидкость, явно была атрибутом другого места и времени.
- Давай, садись! Чего встал?! - проворчал Старик, указывая на стол в углу комнаты, - Я знал, что ты идешь. Чувствовал твое приближение. У заблудших душ, понимаешь, особая энергия. Я ее за версту чую.
Старик прошаркал к плите и помешал свое варево 2 раза по кругу влево и 3 раза вправо.
Путник неуверенно прошел через всю комнату в направлении стола, стараясь ни обо что не запнуться, аккуратно обошел Старика и сел за стол.
- Я знаю, зачем ты здесь. - продолжил хозяин дома - Вы все сюда за этим приходите. Живете ваши жизни так, словно не будет никаких последствий, а они ведь есть, сынок.. Для каждого они свои, это да… но раз ты здесь.. это значит, что для тебя они оказались непосильны, так ведь?
- Так..- практически беззвучно промолвил мужчины, а к его глазам на секунду подступили слезы.
- Мне неинтересно кто ты и что натворил - продолжил Старик. Он не спеша отошел от плиты, подошел к столу, за которым сидел гость, и расположился напротив него - я тебе не судья. Ты прекрасно знал, что путь сюда будет долгим и трудным, и раз ты здесь, значит, тебе это действительно нужно. Ты ведь знаешь условия сделки?
- Да. Я рассказываю вам историю, вы исполняете мое желание. Но я не понимаю, разве это равноценный обмен? Кому вообще нужны чьи-то рассказы? Вы способны исполнить все, чего только пожелают люди, и просите за это такую ерунду?!
- Ты и правда не понимаешь… - спокойным и несколько надменным тоном промолвил Старик - Это не ерунда. Мы все состоим из историй. В каждой частичка нашей души. Они определяют, кто мы есть и кем хотим стать. Некоторые истории согревают нас холодными вечерами, а некоторые вызывают ужас всякий раз, когда мы их вспоминаем. Мы и есть истории. Тысячи событий и встреч, которые с нами приключились. Так что в обмен на исполнение желания, я прошу ни много ни мало часть твоей души, которая будет аккуратно запечатана на свитке пергамента и надежно спрятана в сундуке.
- Часть моей души.. - мужчина задумался. Он никогда не считал свои истории частью души, но, глядя на Старика он ни капли не сомневался, что тот имел в виду именно то, что сказал. Не сомневался так же и в том, что каким-то непонятным образом хозяин этого странного места на самом деле заберет то, что просит. Но стоило только мужчине представить, какое освобождение ему даруется, когда Старик исполнит желание, как все его страхи и сомнения отошли на задний план. - Я согласен
- Что ж отлично, - сказал Старик улыбаясь. Он медленно подошел к плите и снова помешал варево. Теперь уже 2 раза по кругу вправо и 3 раза влево. Затем перелил содержимое в большую глиняную кружку и поставил ее перед мужчиной. - Пей
И тот выпил..
Вкус содержимого кружки казался гостю таким знакомым, в нем можно было различить аромат травы, летнего зноя и одновременно приятной вечерней прохлады, почему-то даже чувствовался вкус холодного пива, хотя варево только что сняли с плиты, и оно явно должно было быть горячим.
Все эти запахи и вкусы каким-то магическим образом возвращали мужчину к тому времени, которое он предпочел бы забыть. Он все сильнее погружался в свои воспоминая, и уже с трудом мог различать, что находилось вокруг. В этот момент Старик подошел к книжному шкафу, взял оттуда свиток пергамента и перо(чернила, по какой-то причине, он не взял, да у него их и не было) и вернулся к столу. Он аккуратно положил свиток прямо перед гостем, а перо вложил ему в руку. Мужчина моментально начал что-то на нем писать, хотя перед глазами у него стояла сильная пелена, но слова будто сами лились на бумагу, пока сам он блуждал по закоулкам своей истории.
